АБРАМОВСКИЙ МОГИЛЬНИК: ПОГРЕБЕНИЯ С КРЕМАЦИЯМИ

№58-1,

Исторические науки и археология

В Абрамовском могильника зафиксировано 16 погребений с кремациями. Большинство погребений датируется второй половиной IV - первой половине V века. Появление погребений с кремациями на мордовских могильниках бассейна р. Теши связано с влиянием населения с Верхней и Средней Оки, имевшим место в эпоху Великого переселения народов. Кремации более позднего времени имели эпизодический характер, источник их распространения не ясен.

Похожие материалы

Абрамовский могильник расположен в бассейне р. Теша (правый приток Оки), исследовался в 1962 г. В.Ф. Черниковым [1], 1970-1971, 1973 – 1975 гг. экспедицией Мордовского госуниверситета под руководством М.Ф. Жиганова [2-5]. Всего было исследовано 272 погребения. Данный могильник является основным источником по изучению северной (притешской) группы памятников древней мордвы I тысячелетия н. э. Однако материалы могильника до сих пор полностью не опубликованы. Предварительные результаты раскопок освещались М.Ф. Жигановым в «Археологических открытиях» [6-10] некоторые наблюдения были высказаны в его историографической работе «Память веков» [11]. В отдельных статьях исследователями рассматривалась: керамика [12], бусы [13], погребальный обряд [14-18], украшения погребального костюма [19-20]. Кроме того, были опубликованы отдельные захоронения с наиболее выразительным инвентарем [21-23]. Три работы было посвящено хронологии памятника [24-26]. Материалы могильника также привлекались исследователями при написании ряда обобщающих работ, посвященных различным аспектам развития материальной культуры мордвы I тысячелетия н. э. [27-35].

Наша статья посвящена публикации материалов погребений с кремациями, которых на могильнике насчитывается 16: п. 9, п. 20, п. 24, п. 42, п. 49, п. 54, п. 62, п. 67, п. 69, п. 92, п. 93, п. 141, п. 166, п. 207, п. 249, п. 254.

Погребение 9. Пятно обнаружено на глубине 0, 55 м. Размеры его 2, 5 м на 0, 8 м. Ко дну погребения яма сужается до 0, 7 м. Дно ямы выровненное.

Глубина погребения 1, 35 м, ориентирована по линии север – юг. На глубине 1, 1 м встречены крупные обломки сильно обожженного дерева. Они были в беспорядке засыпаны в могильную яму. Создается впечатление, что при засыпке погребальной ямы на глубине 1, 1 м был зажжен костер, который затем засыпан землей. На уровне плашек четко прослежен небольшой слой обожженной земли. В засыпке же найдены обломки лепной глиняной посуды.

Обряд погребения – трупосожжение. На дне погребальной ямы прослежены небольшие обломки обожженных костей, которые были разбросаны в центральной части погребения. По дну могилы были рассыпаны бусы – красные пастовые, синие стеклянные и четковидные позолоченные (№3). (Номера в скобках соответствуют цифрам на плане погребений – прим. автора). В центральной части погребения найден железный нож (№1) (рис.1, 1), в южной части – обломок железной пряжки (№2) (рис.1, 2).

Погребение расположено на 2 хронологическом участке могильника, который датируется первой половиной IV в. [26]. Это самое раннее трупосожжение на могильнике. Погребение предположительно женское.

Погребение 20. Пятно размерами 2, 95 на 1 м обнаружено на глубине 0, 8 м. Ориентировано оно по линии север – юг. Пятно ко дну уменьшается до размеров 2, 5 на 0, 8 м. Глубина погребения – 2, 15 м.

Обряд погребения – трупосожжение. Обожженные косточки стали попадаться в засыпке погребения с глубины 1, 2 м. Мелкие обожженные косточки были рассыпаны и по дну погребальной ямы. В северной части погребения в беспорядке лежали красные пастовые бусы (№1). Здесь же найден обломок бронзовой височной привески с грузиком бипиримидальной формы (№2) (рис.1, 3).

Погребение расположено на 3 хронологическом участке могильника, который датируется второй половиной IV в. [26]. Захоронение женское.

Погребение 24. Пятно размерами 2, 45 на 0, 7 м обнаружено на глубине 0, 7 м. Ориентировано оно по линии север – юг. Пятно имело правильную подчетырехугольную форму с округленными углами. Глубина погребения 1, 35 м.

Рисунок 1. Абрамовский могильник. Погребения 9, 20, 24.

Обряд погребения – трупосожжение. На дне погребальной ямы встречены отдельные обломки обожженных костей. В северной части погребения, в 30 см от северной стенки в центре, было несколько красных пастовых и позолоченных четковидных бусин (№1). Примерно в средней части могилы, ближе к восточной стенке найдены глиняный лепной сосуд горшковидной формы (№2), и железный нож (№3) (рис.1, 4, 5).

Погребение расположено на 3 хронологическом участке могильника, который датируется второй половиной IV в. [26]. Захоронение предположительно женское.

Погребение 42. Пятно размерами 3 х 0, 8 м, ориентированное по линии север – юг, обнаружено на глубине 0, 8 м. Ближе ко дну могильная яма постепенно уменьшается до размеров 2, 6 на 0, 7 м. Глубина погребения 1, 65 м (рис.2).

Обряд погребения – трупосожжение. Отдельные обломки обожженных костей стали попадаться в засыпке погребения начиная с глубины 0, 9 м. Дно погребения было почти сплошь покрыто обломками обожженных костей. В северной части могилы найдены обломок височной привески с грузиком (№1) (рис.2, 1) и четковидная стеклянная позолоченная бусина (№2) (рис.2, 2).

Погребение расположено на 3 хронологическом участке могильника, который датируется второй половиной IV в. [26]. Захоронение женское.

Погребение 49. Пятно размерами 2, 5 х 0, 75 м, ориентированное по линии север – юг, обнаружено на глубине 0, 7 м. Пятно имело форму четырехугольника с закругленными углами. Такая форма и размеры сохраняются до дна погребения. Глубина погребения – 1, 9 м (рис.2).

В центральной части на дне погребальной ямы обнаружено округлое пятно темно-серого цвета, четко выделявшееся на фоне желтой материковой глины. Выяснено, что это была яма диаметром 35 см, глубиной 0, 6 м от уровня дна погребения. На дне ямы найдена красная пастовая бусина (№1) (рис.2, 3). Там же прослежены мелкие кусочки обожженной глины, видимо, остатки от распавшегося обломка лепного сосуда.

На дне самой погребальной ямы выявлены незначительные обломки обожженных костей – остатки трупосожжения.

Погребение расположено на 3 хронологическом участке могильника, который датируется второй половиной IV в. [26]. Захоронение предположительно женское.

Погребение 54. Пятно обнаружено на глубине 0, 8 м. Размеры 1, 95 на 0, 6 м, яма ориентирована по линии север – северо-запад на юг – юго-восток. Глубина погребения 1, 25 м (рис.2).

Обряд погребения – трупосожжение. На дне погребальной ямы найдены отдельные скопления мелких обожженных костей. Обнаружен так же обломок бронзовой застежки (№1) (в коллекции не сохранилась).

Погребение расположено на 4 хронологическом участке могильника, который датируется первой половиной V в. [26]. Захоронение неопределенное.

Погребение 62. Могильное пятно обнаружено на глубине 0, 85 м. Размеры 2, 3 на 1, 0 м, ориентировка по линии север – северо-восток на юг – юго-запад. Глубина погребения 1, 6 м (рис.2). Указанные размеры пятна сохраняются до дна погребения. В засыпке на глубине 1, 0 м найден обломок кремня.

Обряд погребения – трупосожжение. Обожженные кости, уголь, зола были разбросаны по центральной части погребения. В могиле найдены: обломки неопределенного железного предмета (№1, 4), железный нож (№2) (рис.2, 4), железная пряжка овальной формы (№3) (рис.2, 5).

Погребение расположено на 4 хронологическом участке могильника, который датируется первой половиной V в. [26]. Захоронение предположительно мужское.

Погребение 67. Пятно размерами 2, 5 на 0, 6 м обнаружено на глубине 0, 9 м. Ориентировано пятно по линии север северо-восток на юг – юго-запад. Глубина погребения 1 м (рис.2).

Обряд погребения – трупосожжение. Слой обожженных костей, угля и золы идет полосой по центральной части дна погребения. В северной части слой достигает толщину до 5 - 6 см (отдельные обожженные косточки, зола, уголь, обломки лепной керамики встречены начиная с глубины 0, 9 м в засыпке погребения). Из вещей найден лишь обломок бронзовой сюльгамы с кольцом, орнаментированным насечками по внешней и внутренней стороне (№1) (рис.2, 6).

Погребение расположено на 4 хронологическом участке могильника, который датируется первой половиной V в. [26]. Захоронение неопределенное.

Погребение 69. Пятно размерами 1, 9 на 0, 5 м, ориентированное по линии северо-восток на юго-запад, обнаружено на глубине 0, 75 м. Глубина погребения – 0, 9 м (рис.2).

Обряд погребения – трупосожжение. Отдельные обожженные косточки встречены в засыпке могилы начиная с глубины 0, 8 м. Основная часть обожженных костей и золы была засыпана в небольшой округлой яме диаметром 20 см, глубиной 10 см. Часть обожженных костей и золы была засыпана неширокой полосой по центру дна погребения. В центральной части погребения лежал железный нож (№1) (рис.2, 7).

Погребение расположено на 4 хронологическом участке могильника, который датируется первой половиной V в. [26]. Захоронение неопределенное.

Погребение 92. пятно размерами 3, 05 на 1, 0 м. ориентировано по линии север – юг, обнаружено на глубине 1 м. Глубина погребения – 2, 1 м. Ко дну могильная яма постепенно уменьшается до размеров 2, 9 на 0, 6 м (рис.3).

Обряд погребения – трупосожжение – небольшое скопление обоженных косточек выявлено в северной части погребения. Дно почти повсеместно покрыто углисто-золистым слоем (толщиной до 7-8 мм). В ряде мест под бронзовыми украшениями прослежены остатки подстилающей погребение древесной коры.

Абрамовский могильник. Погребения 42, 49, 54, 62, 67, 69.
Рисунок 2. Абрамовский могильник. Погребения 42, 49, 54, 62, 67, 69.

Все вещественные находки, кроме остатков неопределенного железного предмета, найденного в южной части могилы (№7), располагались в северной половине погребения. Это обломок бронзовой сюльгамы с насечками по кольцу (№1) (рис.3, 7), остатки бронзового спирального перстня (№2) (рис.3, 5), железный стержень (шило?) (№3) (рис.3, 6), обломки бронзовой пряжки (№4) (рис.3, 1, 2), бронзовый пластинчатый браслет с расширяющимися концами, украшенный заштрихованными треугольниками (№5) (рис.3, 8) и обломки бронзовых пластинчатых украшений обуви (№6) (рис.3, 8).

Погребение расположено на 3 хронологическом участке могильника, который датируется второй половиной IV в. [26]. Захоронение предположительно женское.

Погребение 93. Пятно размерами 1, 53 на 0, 45 м, ориентированное по линии север – северо-запад на юг – юго-восток, выявлено на глубине 0, 8 м. Глубина погребения – 1, 15 м (рис.3).

Обряд погребения – трупосожжение. Обожжённые косточки, зола, уголь были разбросаны по средней части погребения полосой в ширину 25-30 см. В северной части могилы обнаружен лепной глиняный сосуд (№1) (в коллекции не сохранился), рядом – остатки ожерелья из красных пастовых и стеклянных позолоченных бус (№2) (рис.3, 9-13). Чуть ниже их лежала бронзовая круглая щитовидная пластинка с двумя петельками для крепления с внутренней стороны (№3) (рис.3, 14).

Погребение расположено на 3 хронологическом участке могильника, который датируется второй половиной IV в. [26]. Захоронение предположительно женское.

Погребение 141. Обнаружено на глубине 0, 85 м. Могильная яма размерами 2, 82 х 1, 06 м, ориентирована по линии север – северо-запад на юг – юго-восток. Глубина погребения – 2, 15 м (рис.4). Обряд погребения – трупосожжение. Обожженные косточки с отдельными включениями золы и мелких угольков были рассыпаны почти по всему дну ямы. Особенно значительное скопления косточек и золы отмечено в 0,8 м от север – северо-западного конца по центральной линии могилы. Под остатками трупосожжения во многих местах прослежены остатки древесной коры.

Абрамовский могильник. Погребения 92, 93.
Рисунок 3. Абрамовский могильник. Погребения 92, 93.

У северо-северо-восточного угла вдоль длинной боковой стенки лежали 2 наконечника копий, один двушипный, второй с листовидным пером (№№ 1, 2) (рис.4, 8, 9) и железная пряжка (№3) (не сохранилась). В 0,5 м от северо-северо-западной стенки по центральной линии – бронзовое кольцо диаметром 7 см плохой сохранности и остатки височного кольца (№4) (не сохранились). Здесь же у западной стенки находился втульчатый топор, лезвием к стенке (№5) (рис.4, 7) длиной 14 см. В 30 см от бронзового кольца к юго-юго-востоку – бронзовая пряжка (№6) (рис.4, 4), нож (№7) и еще одна бронзовая пряжка небольших размеров (№8) (рис.4, 5). В юго–юго-восточной части у северо-восточной стенки лежали удила и остатки железного пластинчатого предмета (№№ 9, 10) (рис.4, 1-3, 6), у противоположной стенки – железная пряжка (№11) (не сохранилась).

Погребение расположено на 5 хронологическом участке могильника, который датируется первой половиной - серединой V в. [26]. Захоронение мужское.

Погребение 166. Выявлено на глубине 1, 1 м. Могильная яма размерами 2, 3 х 0, 72-0, 75 м, ориентировано по линии север – юг. Глубина погребения – 1, 6 м (рис.5).

Обряд погребения – трупосожжение на стороне. Обожженные косточки и следы угля и золы встречались почти по всему дну могилы. В 0, 3 м от северного конца могильной ямы, у западной стенки обнаружен двушипный наконечник копья (№1) (рис.5, 1), в центральной части – нож длиной 14 см (№2) (рис.5, 2).

Погребение расположено на 5 хронологическом участке могильника, который датируется первой половиной - серединой V в. [26]. Захоронение мужское.

Погребение 207. Пятно длиной 0, 88 м и шириной 0, 44 м было обнаружено на глубине 0, 46 м. погребение ориентировано по линии СС-З на ЮЮ-В (угол отклонения составил 24°). Глубина погребения 0, 61 м (рис.5). В засыпке погребения встречены фрагменты керамики, бронзовая сюльгама с закрученными в трубочку концами, слабо выступающими за ширину кольца (гл. 0, 47 м) (рис.5, 4). Кальцинированные кости встречены начиная с гл. 0, 47 м до дна погребения. В 0, 3 м от западной стенки лежала еще одна бронзовая сюльгама (№1). Рядом с ней находились краснопастовая бусина (№2) и бронзовая спиралька (№3) (рис.5, 3). Обряд погребения – трупоcожжение. Обожженные косточки и зола встречены отдельными пятнами в северной и центральной частях дна погребальной ямы.

Погребение расположено на хронологическом участке могильника 7б, который датируется началом VII века [26]. Захоронение неопределенное.

Абрамовский могильник. Погребение 141.
Рисунок 4. Абрамовский могильник. Погребение 141.

Погребение 249. Могильное пятно обнаружено на глубине 100 см. Пятно имеет подпрямоугольную форму с округлыми углами. Длина погребения 145 см. Погребение ориентировано по линии СС-В. Угол отклонения составил 18°. Глубина погребения - 130 см.

По всему дну погребения и в засыпке (с глубины 1, 1 м) встречены кальцинированные кости и древесный уголь. Трупосожжение было на стороне, притом, частичное, так как в 70 см от северной стенки по центральной линии был найден спиральный бронзовый перстень на необожженной фаланге пальца (№6) (рис.5, 12). Перстень имел 1,2 см в диаметре.

Абрамовский могильник. Погребения 166, 207, 249.
Рисунок 5. Абрамовский могильник. Погребения 166, 207, 249.

В 17 см от северной стенки, в центре выявлен глиняный лепной сосуд горшковидной формы, имеющий округловыпуклое тулово (№1) (рис.5, 14), чуть правее – бронзовое колечко (№2) (рис.5, 12). В 60 см от северной стенки, по центральной линии, найдены четыре бронзовые сюльгамы с короткими, слабо выступающими за ширину кольца, загнутыми в трубочку концами (№5) (рис.5, 9-11). По всему дну погребальной ямы (а так же в засыпке) встречались фрагменты керамики (№3) (рис.5, 13). По площади дна погребения (в основном вдоль центральной линии) были разбросаны бусы из красной пасты (№7) (рис.5, 5-8).

Погребение расположено на хронологическом участке могильника 7а, который датируется последней третью VI века [26]. Захоронение неопределенное.

Абрамовский могильник. Погребение 254.
Рисунок 6. Абрамовский могильник. Погребение 254.

Погребение 254. Пятно обнаружено на глубине 87 см. Оно имело подчетырехугольную форму с овальными углами. Длина погребения 2, 2 м, ширина – 0. 47 м, глубина – 1,4 м. Погребение ориентировано по линии СС-З на ЮЮ-В (угол отклонения 21°) (рис.6).

Обряд погребения – трупосожжение, совершенное на стороне. Обожженные кости (№5) были разбросаны в северной части погребения.

В 5 см от северной стенки, левее центральной линии, находился железный наконечник двушипного дротика (№1) (рис.6, 5) и бронзовая застежка (№2) (рис.6, 3). На глубине 87 см от поверхности был обнаружен обломок лепного сосуда (№6). Здесь же под обуглившимися косточками выявлены: билоновая В-образная пряжка со съемным язычком (№3) (рис.6, 2, 4), железная фитильная трубочка (№4) (рис.6, 1).

Погребение расположено на хронологическом участке могильника 7а, который датируется последней третью VI века [26]. Захоронение мужское.

Таким образом, для погребений с трупосожжениями характерны крупные могильные ямы размерами: длина от 2, 0 до 3 м; ширина - от 0,5 до 1, 0 м; глубина от 1 до 1, 5 м. Ямы имели подпрямоугольную форму с закругленными углами, ровное дном и отвесные стенки, в некоторых случаях могильная яма ко дну уменьшалась. Дно ямы нередко покрывалось корой дерева. Захоронения в основном ориентированы по линии: север – юг и север – северо-запад на юг – юго-восток. В засыпке могил иногда встречались обломки керамики, зола, уголь, кремень, украшения. Общей чертой погребений является то, что все трупосожжения были совершены на стороне, вне могилы. После этого остатки сожжения собирались отдельно от угля и золы или вместе с ними и складывались в могильную яму. При этом могильные ямы с кремацией имеют такие же размер и форму, как погребения с ингумацией, то есть антропометрические. Подобные формы погребений с кремацией характерны для всех археологических культур волжских финнов, для которых основным обрядом захоронения является ингумация [32].

Только в двух могилах Абрамовского могильника с кремацией в центральной части были выкопаны дополнительные ямки для пережжённых остатков костей (погребения 49 и 69). О.В. Букиной зафиксирован единичный случай захоронения в округлой ямке среди погребений Нижнесурской группы мордовских могильников, однако в её работе отсутствует информация, где была вырыта эта ямка [36, с.13]. Три подобных захоронения отмечены ею в марийских могильниках [36, с.14].

Абрамовский могильник. План раскопов 3-5.
Рисунок 7. Абрамовский могильник. План раскопов 3-5.

Неантропометрические размеры могил упоминаются О.В. Букиной среди погребений других могильников волжских финнов, но форма ям не указывается [36].

Следует отметить, что погребение 49 Абрамовского могильника, где глубина округлой ямки достигала 0,6 м, судя по планиграфии, наряду с погребением 9 является на могильнике самыми ранними трупосожжениями (рис.7). Оба они были совершены где-то в середине IV века. В 62 погребении, относящемуся к первой половине V века, глубина ямки всего 0,1 м, что свидетельствует о затухании подобных традиций, которые в более поздних погребениях уже не встречаются.

Для большинства погребений с сожжениями характерно расположение пережжённых остатков костей на дне центральной части могильной ямы. Если погребение женское, то здесь же, обычно, располагались и немногочисленные украшения. В мужских захоронения оружие и другие предметы, не входящие в состав погребального костюма обычно располагались в том порядке, как в погребениях с трупоположением.

На площади Абрамовского могильника погребения с сожжениями расположены весьма неравномерно. Заметная концентрация погребений, совершенных по обряду трупосожжения наблюдается на территории третьего хронологического участка (рис.7-8). Кроме 6 выявленных здесь трупосожжений, еще 5 погребений, расположены от них неподалёку, 1 - на площади предыдущего хронологического участка, и 4 на площади - следующего. В сравнении с соседними захоронениями инвентарь трупосожжений отличается относительной бедностью, что, видимо, обусловлено особенностью похоронного обряда, при котором часть украшений, видимо, уничтожалось при сожжении умершего, одетого в погребальный костюм.

Появление погребений с трупосожжениями, приходящихся на середину IV в., скорее всего, связано с миграциями населения с территорий, затронутыми походами Германариха в земли ряда северных народов, известных нам по сообщениям готского историка Иордана. В частности на территории Окско-Донского водораздела исследователями выделяется горизонт погибших от пожаров селищ и городищ, датировка которого приходится именно на это время [37, с. 11].

Абрамовский могильник. Планы 6 и 7 раскопов.
Рисунок 8. Абрамовский могильник. Планы 6 и 7 раскопов.

Судя по всему, приток верхнеокского населения в бассейн р. Теши, скорее всего, проходивший через территорию, занятую рязано-окскими племенами, был довольно существенным. Количество кремаций на данном участке могильника достигает около 20%. Традиции трупосожжения сохранялись и вначале следующего этапа, вероятно, в первой четверти V века. Позже их носители были ассимилированы и сожжения на могильнике производились в единичных случаях.

Интересно, что трупосожжения третьего хронологического участка представлены женскими погребениями, а практически все сожжения 4 участка, определяемые по погребальному инвентарю – мужские. Вероятно, появление женских трупосожжений во второй половине IV века можно объяснить традицией заключения межплеменных браков, в том числе с представителями верхнеокского населения, обстоятельства совершения которых не совсем ясны. Распространение на могильнике мужских погребений с трупосожжением, имевшее место в начале V века, возможно, связано с военными событиями эпохи Великого переселения народов. Именно с этого времени в составе вооружения появляются двушипные копья-дротики и однолезвийные мечи. Одна из первых находок на могильнике копья-дротика связана погребением 68, которое расположено в ряду между трупосожжениями 67 и 69. Подобные дротики в Среднем Поволжье впервые появляются во второй половине I века в захоронениях Андреевского кургана [38], но в мордовских могильниках первой полвины I тыс. н. э. встречаются достаточно редко [39-40]. Вместе с тем они весьма характерны для материалов рязано-окских могильников [41].

В Абрамовском могильнике двушипные дротики найдены в 18 погребениях, а обычные копья с листовидным или подромбическим пером в 40, то есть в соотношении 1:2, но в погребениях с трупосожжением их соотношение составляет 3:1.

Менее заметен рязано-окский импульс в женских трупосожжениях, где в двух погребениях зафиксированы типично мордовские украшения головного убора: височные подвески с бипирамидальным грузиком (рис.1, 3; 2, 1). Однако в погребении 24 присутствует горшковидный сосуд высоких пропорций с резко отогнутым наружу венчиком. По наблюдениям В.В. Гришакова формы сосудов подобных пропорций для раннемордовских могильников не характерны, однако данные сосуды являются одним из ведущих типов керамики в культуре рязано-окских могильников [12, с.55].

Таким образом, наиболее вероятным источником появления погребений с кремациями на древнемордовских памятниках бассейна р. Теши является культурный импульс со стороны населения Верхнего и Среднего Поочья. Наиболее широкое распространение подобных традиций имело место во второй половине IV - первой половине V века. Кремации более позднего времени имели эпизодический характер, источник их распространения не ясен. Возможно, их следует связывать с влиянием нижнесурского населения, в среде которого удельный вес подобных погребальных традиций был наиболее высоким.

Список литературы

  1. Ставицкий В.В. Исследования Абрамовского древнемордовского могильника В.Ф. Черниковым // История и археология. 2015. № 4 (24). С. 31-34.
  2. Жиганов М.Ф. Отчет о работах археологической экспедиции Мордовского государственного университета им. Н.П. Огарева в 1971 г. // Архив ИА РАН. Р-1. № 4675.
  3. Жиганов М.Ф. Отчет о работах археологической экспедиции Мордовского государственного университета в 1973 г. // Архив ИА РАН. Р-1. № 5127.
  4. Жиганов М.Ф. Отчет о работах археологической экспедиции Мордовского государственного университета в 1974 г. // Архив ИА РАН. Р-1. № 5356.
  5. Жиганов М.Ф. Отчет о работах археологической экспедиции Мордовского государственного университета в Горьковской области в 1975 г. // Архив ИА РАН. Р-1. № 5864.
  6. Жиганов М.Ф. Исследования древнемордовских памятников в Горьковской области //Археологические открытия 1970 года. М., 1971.
  7. Жиганов М.Ф. Работы Мордовской экспедиции в Горьковской области //Археологические открытия 1971 года. М., 1972.
  8. Жиганов М.Ф., Зеленеев Ю.А., Сурков А.В. Раскопки Абрамовского могильника // АО- 1973 г. 1974, с. 150-151.
  9. Авдеев А.М., Богачев А.Ф., Жиганов М.Ф., Зеленеев Ю.А., 1975. Раскопки в Горьковской области // АО-1974. С. 132-133.
  10. Авдеев А.М., Богачев А.Ф., Бояркин А.В., Жиганов М.Ф., Елисеев А.Г., Казакин В.П., 1976. Исследования в Горьковской области // АО-1975. С. 151-152.
  11. Жиганов М.Ф. Память веков: Изучение археологических памятников мордовского народа за годы Советской власти. Саранск, 1976. 112 с.
  12. Гришаков В. В. Керамика Абрамовского могильника // Вопросы этнической истории мордовского народа в I – начале II тысячелетия нашей эры. Саранск, 1988. С. 44-62. (Тр. / НИИЯЛИЭ; вып. 93).
  13. Акимов Н. А., Гришаков В. В. Бусы Абрамовского могильника // Средневековые памятники Окско-Сурского междуречья. Саранск, 1990. С. 3 – 20. (Тр. МНИИЯЛИЭ; вып. 99).
  14. Ставицкий В.В. Погребальный обряд тешской группы мордовских могильников III-VII вв. // Поволжская Археология. 2013. № 2 (4). С. 143-150
  15. Ставицкий В.В. Планиграфия и хронология погребальных памятников волжских финнов I тысячелетия н.э // В сборнике: Труды IV (XX) Всероссийского археологического съезда в Казани Ответственные редакторы: А.Г. Ситдиков, Н.А. Макаров, А.П. Деревянко. 2014. С. 417-420.
  16. Охотина Т.Н. Погребения с трупосожжениями из Абрамовского могильника. // Од вий. 2007.
  17. Охотина Т.Н. Погребения с трупоположениями в Абрамовском могильнике // Пензенский археологический сборник. Пенза, 2008. Вып.2. С.48 – 55.
  18. Ставицкий В.В. Пластинчатые бляхи Абрамовского могильника с накладками // Гуманитарные научные исследования. 2015. № 1-1 (41). С. 40-44.
  19. Ставицкий В.В. Хронология нагрудных блях Абрамовского древнемордовского могильника // Гуманитарные научные исследования. 2015. № 3 (43). С. 21-28.
  20. Ставицкий В.В. Тордированные гривны из древнемордовских могильников I тысячелетия н. э // История и археология. 2015. № 2 (22). С. 44-48.
  21. Шитов В.Н. Погребения с фибулами из Абрамовского могильника (По материалам раскопок М.Ф. Жиганова) Наследие М.Ф. Жиганова и перспективы исторических исследований в Мордовии. Саранск, 2006. Часть 2. С.29-40.
  22. Гришаков В.В., Винничек В.А. Эполетообразная застежка с верховьев Суры // Археология восточноевропейской лесостепи: Сб. матер. Всерос. науч. конф., посвящ. 100-летию со дня рождения А.Е. Алиховой. Пенза, 2003. С. 294-306.
  23. Гришаков В.В. Два головных убора с верхнеокскими элементами из Абрамовского могильника // Поволжские финны и их соседи в эпоху средневековья. Саранск, 2003. С.26-30.
  24. Ставицкий В.В., Мясникова О.В., Сомкина А.Н. О датировке ранних погребений Абрамовского могильника // Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2012. Т. 23. № 3. С. 106-123.
  25. Ставицкий В.В., Ставицкий А.В. Поздние погребения древнемордовского Абрамовского могильника // Современные научные исследования и инновации. 2014 г. № 12-2 (44). С. 36-40.
  26. Ставицкий В. В., Шитов В. Н. Планиграфия и хронология Абрамовского могильника // Археология Восточноевропейской лесостепи. Пенза, 2013. Вып. 3. С. 255 – 278.
  27. Вихляев В. И. Происхождение древнемордовской культуры. Саранск, 2000. 131 с.
  28. Вихляев В. И., Беговаткин А. А., Зеленцова О. В., Шитов В. Н. Хронология могильников населения I – XIV вв. западной части Среднего Поволжья. Саранск, 2008. 352 с
  29. Богачев А. В. Процедурно-методические аспекты археологического датирования. Самара, 1992. 207 с.
  30. Ахмедов И.Р. Псалии в начале эпохи Великого переселения народов // Культуры Евразийских степей второй половины I тысячелетия н. э. (из истории костюма): Материалы III Международной арх. конф. Самара, 2001. Т.2. С. 220-251.
  31. Седышев О.В. Снаряжение верхового коня у древне мордвы в III –XIII вв. Автореферат диссертации канд. ист. наук. Ижевск, 2004.
  32. Гришаков В. В. Керамика финно-угорских племен правобережья Волги в эпоху раннего средневековья. Йошкар-Ола, 1993. 204 с.
  33. Ставицкий В.В. Хронология арочных шумящих подвесок с конями // Поволжская Археология. 2016. № 1 (15). С. 90-101.
  34. Ставицкий В.В. Эрзя и мокша по данным археологии // Центр и периферия. 2016. № 1. С. 4-11.
  35. Ставицкий В.В. Изделия с выемчатыми эмалями с древнемордовских и рязано-окских памятников // Центр и периферия. 2012. № 3. С. 30-38.
  36. Букина О.В. Погребения с остатками трупосожжений в могильниках поволжских финнов в IV-XI веках нашей эры. Автореф. дис. на соиск уч. степени канд. ист. наук. Ижевск, 1998. 24 с.
  37. Воронцов А.М. Этнокультурная ситуация на Окско-Донском водоразделе в позднеримское время. Автореферат дис… канд. ист. наук. М., 2008. 22 с.
  38. Ставицкий В.В. Западный компонент в материалах Андреевского кургана // Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2013. Т. 27. № 3. С. 126-141.
  39. Ставицкий В.В. Происхождение древнемордовской культуры // Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2015. № 1 (33). С. 42-57.
  40. Гришаков В. В. Хронология мордовских древностей III – IV вв. Верхнего Посурья и Примокшанья // Пензенский археологический сборник. Пенза, 2008. Вып.2.
  41. Шитов В.Н. Древнемордовские наконечники копий III – начала XI в. // Тр. МНИИЯЛИЭ. Саранск, 1977. Вып. 54. С.114-117.