ИЗ ИСТОРИИ СТАТИСТИЧЕСКОГО УЧЕТА

№58-2,

Исторические науки и археология

В статье рассматривается процесс трансформации статистического учета в контексте эволюции административно-государственных структур. Внимание уделено отдельным этапам государственного развития и строительства. Выявлены и актуализированы особенности древнерусского государства и периода феодальной раздробленности в формировании статистических сведений; механизмы сбора статистических данных в период ревизий и первых переписей.

Похожие материалы

Сбор и формирование на Руси сведений, практически важных для государственного управления, относится к глубокой древности. Эти сведения были нужны для обложения населения податями и повинностями. Необходимость и значение сбора различных сведений целиком определялись государственным фиском. Еще во второй половине IX века в летописях встречаются упоминания о сборе дани. Развитие государственного фиска сопровождалось сбором сведений об объектах обложения, главным образом о сельском хозяйстве и, в особенности о земледелии как основном занятии населения в древней Руси. Единицей обложения, а поэтому и единицей счета были дым (очаг), рало (плуг), что относилось к оседлому сельскому хозяйству.

Наряду с летописями, учетно-статистическими источниками того периода были законодательно-правовые акты Киевской Руси, которые отражали характер складывающихся обычаев, хозяйственный строй общества. Так, взимание дани зачастую принимало договорную форму, в которой содержались: единицы обложения, место и время сборов, величина дани. Первоначально данные отношения оформлялись соответствующими грамотами, снабженными учетными реквизитами. Эти грамоты и другие договорные документы иногда принимали форму письменных сводов и постановлений. Выдающимся в этом отношении памятником является «Русская Правда», который представляет самобытное выражение русской общественной мысли древности. В различных редакциях «Русской Правды» отражаются экономические характеристики того периода и регламентируются имущественные, кредитные и другие экономические отношения, сообщаются данные о классовых группировках, которые сложились в тот период. Во многом размытость формируемого материала не всегда позволяла в должной степени и форме руководствоваться им.

В период феодальной раздробленности, в условиях изолированности и самостоятельности, прослеживался процесс интенсивного экономического и политического развития отдельных земель и княжеств, что не могло не отразиться на системе статистического учета. Письменные источники того времени отмечали, что в XI веке появилось свыше 60 новых городских центров на Руси, а в XII в. – свыше 130. Многие из этих городов становились крупными центрами ремесла и торговли.

В начале XIII столетия в истории русского государства началась длительная борьба с монголо-татарскими войсками. Русские княжества оказались в исключительно трудном положении. К второй половине XIII в. масштабы агрессии со стороны монгольских ханов существенно расширяются. С целью контроля покоренных территорий и определение дани с русских земель монголо-татары проводили переписи населения. Так, летопись повествует, что переписи в русских областях проводились в период 1246-1259 гг. (в южной Руси – 1246 г., в Суздальской земле – 1255-1256 гг., в Новгородской – 1256-1259 гг.). Такие переписи проводились и в 1273, 1287 гг.

Организованные переписи строились по системе опроса. Татарские баскаки (чиновники), приезжавшие «по число», должны были «ездити по улицам писати дома христьянские». Данный метод являлся более приемлемым и удобным, поскольку позвролял охватывать практически все податное население. Операции по включению в «число» осуществляли особые «численцы», т.е. специальные лица, на обязанности которых лежал учет населения и хозяйства.

В конце XIII и начале XIV в., когда Москва окончательно упрочила свое положение как центр русских земель, сбор дани снова переходит к русским князьям, но практика предварительного учета земель сохранялась. Объектом учета становились те признаки хозяйства, по которым определялся размер податного обложения или повинности. Меняющийся характер единицы обложения (дым, плуг, соха и т.д.) отражался на порядке сбора сведений, на установлении счетной категории, а непосредственные фискальные задачи, прямо и открыто поставленные в хозяйственном учете Руси, определяли круг учитываемого податного населения. Далеко не всегда в этих учетах правильно отражалось состояние хозяйства, так как, по признанию летописца, «творяху бо себе бояре легко, а меньшим зло», что вызывало протесты облагаемых, сопротивление переписи и даже приводило иногда к серьезным волнениям. В тоже время, закрепление объектов статистического учета являлось базисом в развитии всего механизма статистической деятельности.

Дальнейшая эволюция статистического учета отчетливо прослеживалась в изменении форм комплектования статистических данных, а равным образом и в объектах статистического изучения.

Изменение форм хозяйствования и управления способствовали активизации статистического учета в границах всего государства. Накопление учетно-статистического опыта, совершенствование приемов счета и учета, создавали условия для развития способов учетно-статистических записей. Примитивные записи учетно-статистических сведений, наблюдаемые в первых отечественных летописях и княжеских договорах, постепенно становились более развитой формой фиксации статистических данных при приказной системе управления Русского государства. Об этом свидетельствуют разработанные документы программно-инструктивного назначения писцового дела, регламентирующие проведение описей и составление писцовых, переписных и других книг: «Сошное письмо» с «Таблицей о сошном письме», «Книга сошного письма», «Писцовые наказы» и т.п.

Писцовые книги представляли собой первые опыты территориально-статистических описаний. Они содержали материал, характеризующий положение крестьян XV-XVI вв., а также подробные описания отдельных городов, их укреплений, улиц, населения, городских земель, лавок, церквей, монастырей, поместий, вотчин, сел, деревень и выполняемых крестьянами повинностей. Полнотой сведений особенно отличались писцовые книги новгородских земель, составленные в конце XV в. (Деревской пятины 1495 г., Водской пятины 1500 г. и др.).

Писцовые и переписные книги XV и XVI вв. были исключительно местными переписями и охватывали, как правило, небольшие территории. Объектами статистического описания являлись многие стороны хозяйственной жизни городского и сельского населения. Не исключением являлась характеристика хозяйства, размер обложения в пользу государственной власти, феодалов, перечислялось тягловое, а в писцовых книгах и нетягловое население. В XVI столетии значение писцовых книг, как документов, на основании которых производилось обложение, усиливалось, но они носили характер по преимуществу поземельных описей. Данные поземельных описей могли служить лишь временным источником определения обложения. Торговые и промысловые занятия оставались при такой системе вне обложения, что, естественно, было невыгодно государственному фиску и обусловливало собою необходимость отыскания новой единицы обложения, а для этого требовался иная форма учета и контроля.

В условиях быстро развивающегося феодального государства возникали, а впоследствии существенно возрастали потребности в сведениях, характеризующих хозяйство, его устройство, финансовое состояние. Это прослеживалось как на уровне государства, так и регионах. В XVI в. писцовые книги составлялись периодически. К этому времени за ними закрепилось и само название «писцовых». За период примерно в 100 лет, с 30-х годов XVI в. до 30-х годов XVII в., было проведено три «больших письма». Первое относится к промежутку 1538-1547 гг., второе – к 1550-1580 гг. и третье – к 1620 – 1630 гг.

Не имея полного административно-хозяйственного удовлетворения в формируемом статистическом материале, в 80-е годы XVII столетия правительство приступило к составлению новых хозяйственно-статистических записей. В отличие от предыдущих писцовых книг новые записи получили название «переписных».

Содержание переписных книг значительно отличалось от содержания писцовых. Их целевое предназначение – подворная перепись, а не описание земледельческого хозяйства. Поэтому в переписных книгах, как правило, не сообщались размеры пашни и сенокосов, огородов, промышленных заведений. Примером данного мероприятия является переписная книга Тобольских посадских (Прил.1). По этому способу еще ранее была произведена подворная перепись 1646-1648 гг., которая имела сугубо фискальное назначение. Правительство взимало с дворов то этим книгам новые налоги, преимущественно экстренного, военного характера. Из старых только полоняничный налог* был переведен с сохи и живущей четверти на двор. Остальные налоги по-прежнему взимались по писцовым книгам и имели тенденцию к возрастанию.

В целом, хозяйственно-статистический учет, представленный писцовыми и переписными книгами, удовлетворял запросы фискального характера, что не могло не отразиться на формах и методах статистической работы в условиях усложнения и развития социальной, экономической и политической сфер. Лица, которые были задействованы в формировании статистических сведений – представители феодальной бюрократии.

В течение XVII века наряду с дальнейшим укреплением центральной государственной власти шел процесс зарождения элементов капиталистических отношений в производстве. Складывались областные хлебные рынки, возникали мануфактуры, шире стал применяться наемный труд в некоторых отраслях производства и на речном транспорте, росли товарно-денежные отношения, увеличивались связи крестьянских хозяйств с рынком, шел процесс дифференциации крестьянства. И все это создавало благоприятные условия для развития системы статистического учета с формированием административно-централизованного органа.

Характеризуя экономическое состояние России XVII в., В.И. Ленин обращал внимание на то, что примерно к этому периоду относится слияние отдельных областей, земель и княжеств в единое целое, вызывавшееся усилившимся товарным обращением между районами, постепенной концентрацией мелких местных рынков в единый всероссийский рынок.

Сложные процессы социально-экономического развития обусловили дальнейшее обострение классовой борьбы. Массовое бегство крестьян от помещиков в южные районы страны, постепенно входившие в состав единой государственной территории, быстрый рост новых сословий, получавших значительные государственные привилегии, глубокие социальные противоречия в городах вызывали многочисленные антифеодальные выступления. Потребности в организации и проведении государственных преобразований требовали новых форм учета и контроля податного населения. В этих условиях внутригосударственный статистический учет постепенно приобретал неотъемлемую составляющую всей системы управления.

Фискальные задачи, стоящие перед органами государственной власти стали решаться посредством подворных переписей, которые предопределили дальнейшее развитие форм и методов статистического учета. Единицей налогового обложения становился двор, и подворные описания вместе со счетом населения становились господствующей формой описей в начале XVII столетия. Несмотря на то, что эти описи повторялись довольно часто, они носили географически ограниченный характер, охватывали зачастую небольшую территорию и определялись задачами локального порядка. Подворные переписи проводились по ограниченному кругу признаков, не имели определенной формы для счета населения и для характеристики имущественного хозяйственного положения двора. Объектом учета были только тягловые дворы, что не позволяло в полном объеме реализовывать задачи учетно-статистического плана. В тоже время положительными чертами организации подворных переписей XVII-начала XVIII вв. следует признать стремление раздвинуть прежние узкие территориальные рамки и превратить их в общегосударственные переписи, расширить состав регистрируемых признаков, найти связь с предыдущими данными. По программе и уровню организации подворные переписи XVII-начала XVIII вв. были для своего времени выдающейся формой изучения хозяйства, не имевшей на Западе равной себе системы учета.

К началу XVIII века для изменения форм и методов статистического учета, а главное – целевых установок в организации и проведении статистических обследований в государстве были созданы условия. С одной стороны – пережиток архаичности, с другой – усложнение форм хозяйствования, заключавшихся в кардинальных преобразованиях Петра. В совокупности это являлось мощным толчком к изменению хозяйственно-статистического учета и признания статистических данных ресурсом государственного управления.

Налоговая практика начала XVIII в. еще опиралась на старые переписные источники. Так, перепись 1710 г. носила еще черты подворных переписей XVII в. Результаты данного мероприятия показали сокращение числа податных дворов по сравнению с переписью 1678 года на 19,5%. Это означало резкое уменьшение прежнего размера податей. В целях проверки результатов переписи 1710 г. по приказу Петр I в течение 1716-1717 гг. была проведена новая перепись, известная под названием «ландратской» (по должностным наименованиям лиц, стоящих во главе губерний). Итоги этой переписи дали такие же неутешительные сведения. Они подтвердили дальнейшее опустошение дворов, сокращение их числа ввиду объединения. В.Н. Татищев в своем «Рассуждении о ревизии поголовной и касающемся до оной» писал «1) Как холопи и дворовые люди в платеж не писались, то многие владельцы целые деревни, огородя забором, писали дворовыми; 2) некоторые по три и по четыре двора вместе сводили и одним двором писали». Исследовав этот вопрос М. Клочков отмечал, что если в 1710 г. сокращение дворов составило одну пятую, то в 1715-1716 гг. оно достигало одной трети, по сравнению с числом дворов по переписи 1678 г. Последовательное уменьшение числа единиц обложения потребовало пересмотра сложившейся налоговой системы и применения новой единицы обложения. Такой единицей обложения была выдвинута мужская душа. Соответственно, вместо подворных переписей в начале XVIII в. вводился административно-финансовый учет податного населения. Этот способ проведения переписей или ревизий был господствующей формой свыше 140 лет. За этот период было произведено 10 ревизий. Наименования и даты указов о ревизиях в России видны из следующих данных таблицы № 1.

Таблица 1. Государственные ревизии

Наименование ревизий

Дата указа

Год начала ревизии

Фактическая продолжительность

Период проведения ревизий

Первая

26/ХI 1718

1719

6

1719-1724

Вторая

17/Х 1742

1744

4

1744-1747

Третья

28/ХI 1761

1762

6

1762-1767

Четвертая

16/ХI 1781

1782

6

1782-1787

Пятая

23/VI 1794

1794

15

1794-1808'

Шестая

18/V 1811

1811

2

1811-1812

Седьмая

20/VI 1815

1815

11

1815-1825

Восьмая

16/VI 1833

1833

3

1833-1835

Девятая

11/I 1850

1850

1

1850

Десятая

26/VIII 1856

1857

3

1857-1869

Начало подушных переписей было положено указом 1718 г., по которому было предписано «взять сказку сколько у кого душ мужского пола». В развитие этого указа дальнейшими постановлениями было определено учинить общую перепись людей податного состояния «для обложения населения подушной податью и квартирной повинностью». В этих постановлениях предусматривалось производство переписи «ради расположения полков армейских на крестьян всего государства» и необходимость установления «сколько, где, в какой волости, селе или деревне крестьян, бобылей, задворных и деловых людей», причем подчеркивалась обязательность соблюдения полноты регистрации, «не обходя от стер ого до самого последнего младенца с летами их». Вначале ограниченные объекты регистрации податного населения были последующими указами расширены и учет распространился и «на другие податные категории населения – однодворцев, татар, ясачников, посадских людей, церковных причетчиков и др.». С целью единого руководства переписью вся работа проходила посредством особых переписчиков и через полковых и земских комиссаров.

Организационно-технический порядок производства ревизских сказок (переписных листов) на протяжении всего длительного периода их существования подвергался значительным изменениям, но основная форма казенного бюрократизма являлась определяющей во всех ревизиях.

Материалы ревизий служили для обоснования подушного обложения податного населения и для определения принадлежности населения к той или иной сословной группе или принадлежности крепостных крестьян определенному владельцу. Кроме того, они были статистическим источником для определения численности и состава населения отдельных административно-территориальных подразделений и страны в целом.

Статистики конца XVIII и первой половины XIX в. давали различную оценку материалам государственных ревизий. Так, К. Герман утверждал, что результаты ревизий отличаются «величайшей точностью» и представляют собой «достопримечательные явления в России». Напротив, Д.П. Журавский с присущей ему критической тонкостью вскрывал коренные недостатки русской административной статистики первой половины XIX века, в том числе и данных ревизий. Историки второй половины XIX века (П. Милюков и др.), не отрицая существенных недостатков ревизий, полагали, что данные ревизий могут быть использованы и для научных заключений. Вместе с тем, невзирая на недостатки государственных ревизий, данный вид статистического учета являлся существенным продвижением вперед как в теоретическом аспекте, так и в практике.

Список литературы

  1. Тренин-Петушков И.Г. Корни и истоки хозяйственного учета и возникновения статистики на Руси. М., 1970.
  2. Рябушкин Т. В. Развитие статистической науки в СССР. М., 1985.
  3. Мерзон А.С. Писцовые и переписные книги XV-XVII вв. М., 1956.
  4. Сельскохозяйственные переписи в России. М., 2007.
  5. Клочков М. Население России при Петре Великом по переписи того времени. Т.1. СПб., 1911.
  6. Герман К.Ф. Статистические исследования относительно Российской Империи, сочинения Карла Германа. СПб., 1819.
  7. Журавский Д.П. Об источниках и употреблении статистических сведений. – Киев, 1846.