ЭТНОКУЛЬТУРНАЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ РАЖКИНСКОГО МОГИЛЬНИКА

№58-1,

Исторические науки и археология

В статье рассматривается проблема этнической принадлежности населения Ражкинского могильника. Большинство исследователей считают. Что могильник оставлен древней мордвой. Другие полагаю, что ранние погребения могильника не относятся к мордовскому этносу.

Похожие материалы

Археологические исследования на территории Пензенской края имеют долгую историю, в которой особе место занимают исследования М.Р. Полесских, первооткрывателя Ражкинского могильника [1]. Большую значимость для области и всего Поволжья носит мордовский этнос, сложившийся в первой половине I тыс. до н.э. Древняя мордва оставила после себя многочисленные материальные памятники, изучение которых ведётся до сих пор [2]. Одним из таких и является Ражкинский могильник, исследования которого проводятся до сих пор, хотя известно о нём ещё с 1950-х годов [3]. Исследования данного могильника поможет детальнее установить происхождение мордовской народности и проследить историю её развития [4-6]. На сегодняшний день неизвестно, сколько ещё осталось невскрытых погребений и что в них может находиться, поэтому необходимо продолжать работы на данном памятнике мордовской культуры, предварительно осветив основные достижения археологов при раскопках Ражкинского могильника.

Ражкинский грунтовый могильник был обнаружен и впервые исследован ещё в 1956-1957 гг. на окраине деревни Ражки по левому берегу реки Мокши. Тогда раскопками занималась совместная экспедиция Пензенского областного краеведческого музея и Пензенского Государственного Педагогического Института им. Белинского. При первых раскопках удалось обнаружить 14 погребений (6 мужских, 4 женских, 4 детских) [7, с.202].

Открытия, сделанные ещё тогда, помогли поставить данный тип погребения в один ряд с Селиксенскими, Тезиковским, Армиевским типами могильников, образующими собой непрерывную хронологическую цепочку развития культуры мордвы-мокши [8-9].

Что уже тогда дало основание для таких выводов?

Первое – это схожесть обряда погребения. Для примера можно выделить женское погребение №10 Ражкинского могильника с традиционным ритуалом погребения, где останки расположены на спине в вытянутом положении с головой, повёрнутой на север под небольшим углом к западу, а руки сложены на животе или вытянуты вдоль туловища [10, с.153]. Это отсылает на захоронения Страшего Селиксенского могильника, с которым практически полностью совпадают Ражкинские захоронения №1-3 [11], и которые датируются II-IV вв. Впрочем, в дальнейшем будет доказано, что в мордовских захоронениях этого периода головоположение не имеет значения и зависит от конкретного могильника. Чёткая ориентированность головы на юг у мокши и на север у эрзи появляется в более позднее время.

Говоря о погребальном ритуале, стоит так же отметить влияние сарматской культуры на местное население. Традиция класть в могилу с умершим испорченные вещи (например, надломанный браслет и сломанные шейные гривны из погребения №5), как и совместное захоронения женщины и ребёнка (погребение №6), является заимствованием у сармат [12, с.125; 13, с.17].

Второе – множество схожестей среди объектов материальной культуры. В качестве примеров среди женских погребений можно выделать бляхи, браслеты, бусы и рассмотреть их отдельно.

Прежде всего, стоит сказать об обнаруженных в Ражкинском могильнике височных подвесках с грузиком – исконно этнической особенности захоронения мордвы-мокши. На начало I тыс. н. э. такие подвески были только среди могильников Пензенской области (Селиксенском, Пензенским, Шемышейском) [14]. К середине I тыс. н. э. такие подвески получают более широкое распространение и встречаются уже и на берегах Оки (Шатрищенский могильник) и в Чувашии (Иваньковский и Таутовский могильники) [15, с.229]. В эрзянских же могильниках подвески с грузиком распространяются только к VII – VIII вв. [16].

Характерным для богатых погребений мордвы в Пензенской области является присутствие крупных пластинчатых прорезных блях изготовленных из бронзы золотистого цвета, которые в Ражкинском могильнике использовались, по мнению А. П. Смирнова, прежде всего, в качестве накосника или подвеской к поясу. Их диаметр варьируется около 15-16 см. Схожесть со Селиксенским могильником также выражается в наличии у блях подвижной обоймицы, внутренний игловидной конец которой использовался для крепления к одежде, а внешний для подвешивания за специальную петлицу. Бляхи украшены выдавленным изнутри орнаментом в виде концентрических кругов, расположенных вокруг центра, что уже встречалось в могильниках мордвы не только в предела Пензенской области (Селиксенский, Армиевский могильники), но и за её пределами (Кошибеевский, Суворовский могильники и др.) [17-19].

Среди женских погребений распространены стеклянные чётковидные бусы, позолоченные изнутри, что равно характерно для пьяноборских и сарматских могильников. В небольших количествах встречаются отдельные ярко-красные шаровидные бусы, аналогичные таким же в Селиксенском и Шемышейских могильниках. В погребении №8 были обнаружены бусы из бронзовых несомкнутых колечек, подобные бусам из Селиксенского могильника и камским могильникам [7].

Влияние сарматских и скифских народностей на местную культуру можно чётко проследить на примере браслетов. Обнаруженный в погребении №5 браслет с продольными канелюрами и фигурными концами абсолютно аналогичен такому же, найденному в могильнике Неаполя скифского (I – IV вв. н.э.) [20, с.50-56].

Среди мужских погребений уже тогда можно было тоже выделить определённые обобщения с другими могильниками мордвы. К примеру, вильчатый наконечник копья из погребения №19 аналогичен наконечнику из погребения №95 Селиксенского могильника.

По мнению В.И. Вихляева, население Ражкинского могильника входила в особую группу Цнинско-мокшанских племен, которая занимала территорию бассейнов Мокши и Цны. Кроме Ражкинского могильника к этой группе им также отнесены погребения Кошибеевского и Польно-Ялтуновского могильников [22-23].

Здесь встречаются, как и в Андреевском кургане, зафиксированы спиральные височные кольца [24]. Серия подобных колец также присутствует в погребениях Кошибеевского могильника [25].

Изменение этнического состава Ражкинского могильника В.И. Вихляев связывает с процессом освоения верхнесурскими племенами территории Верхнего Примокшанья. По его мнению, об этом ярко свидетельствуют материалы погребения 5 Ражкииского могильника. В погребении имеются височные подвески с бикоиическим грузиком, по форме близкие к таким же украшениям Старшего Селиксенского могильника. Здесь же найдены бронзовые круглодротовые гривны с обрубленными концами, не обнаруженные в древнейших ражкинских погребениях, но распространенные в Старшем Селиксенском могильнике [26]. Височные подвески этого погребения несколько отличаются от классических по форме подвесок Старшего Селиксенского и Шемышейского могильников, сохраняя ту же форму, они выделяются небрежным исполнением. Грузик подвески меньше в размере и не имеет таких четких форм. Обмотка стержня сделана менее тщательно. Создается впечатление, что эти экземпляры изготавливались в подражание селиксенским. У головы покойника из рассматриваемого погребения стоял сосуд. Место расположения сосуда весьма характерно для селиксенских погребений. Приведенные факты, отмечает В.И. Вихляев, свидетельствуют о том, что цнинско-мокшанские племена в Верхнем Примокшанье вступают в тесный контакт с верхнесурскими племенами. Они заимствуют у последних ряд украшений, в том числе такую характерную вещь, как височную подвеску с грузиком, т. е. перенимают верхнесурский головной убор [23].

Стоит отметить, что на данном этапе, спустя длительный период заморозки исследований данного могильника, в 2012 и 2015 археологическая экспедиция Пензенского государственного университета им. В. Г. Белинского совместно с Мордовским государственным пединститутом им. М. Е. Евсевьева продолжила исследование Ражкинского могильника. Данную экспедицию возглавляли ведущие археологи Пензенского области и республика Мордовия, такие как В.В. Ставицкий, Г.Н. Белорыбкин, Т.В. Осипова и В.В. Гришаков [27]. Приоритетной задачей на данный момент является поиск поселений, в которых и прожевала захороненная мордва, и которые до сих пор не были обнаружены.

Новые данные раскопок материальной культуры и погребального обряда подтверждают принадлежность народа, оставившего этот памятник к древней мордве-мокши III–IV вв. н.э.

Раскопки 2012 года опровергли некоторые прежние утверждения исследователей прошлого. К примеру, М. Р. Полесских считал, что, в отличие от других могильников мордвы в бассейне Суры, в Ражках костяки расположены не в два ряда, а группами. Новые данные опровергают это утверждение, в Ражках захоронения расположены рядами с юго-запада на северо-восток [28]. Этот факт ещё больше доказывает принадлежность могильника к мордовскому этносу.

Знаковым для данных раскопок оказалось обнаружение в 2012 захоронения молодой девушки (примерный возраст определяется 24 годами), которую сами археологи окрестили «мордовской принцессой». В её могиле было обнаружено множество украшений, среди которых были вновь обнаружены типичные для мордвы височные подвески с биконическим грузиком и браслет, явно привезённый с территории бассейна реки Оки [29-30].

К настоящему моменты, опираясь на данные материальной культуры, в частности, украшений, можно с уверенностью говорить о принадлежности данного захоронения к III – IV вв. н. э. На территории Ражкинского могильника обнаружено лишь одно украшение, относящееся к более ранней эпохе, – позолоченные бусы. Это даёт повод некоторым пензенским археологам считать, что Ражкинские захоронения – одни из первых захоронений древней мордвы, относящееся к II веку, однако на данный момент доказательная база этой теории ещё мало проработана. Возможно, будущие экспедиции помогут пролить свет на этот вопрос.

Список литературы

  1. Ставицкий В.В. Археологические изыскания М. Р. Полесских / В. В. Ставицкий ; Пензенский государственный краеведческий музей. Пенза, 2008.
  2. Ставицкий В.В. Эрзя и мокша по данным археологии // Центр и периферия. 2016. № 1. С. 4-11.
  3. Полесских М. Р. Археологические памятники Пензенской области. Пенза, 1970. 88 с.
  4. Вихляев В.И., 1979. О генезисе культуры южномордовских племен // Тр. МНИИЯЛИЭ. Саранск, Вып. 63. С. 140-147.
  5. Ставицкий В.В. Происхождение древнемордовской культуры // Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2015. № 1 (33). С. 42-57.
  6. Ставицкий В.В. У истоков этногенеза древней мордвы // Genesis: исторические исследования. 2014. № 4. С. 1-13.
  7. Полесских М. Р. Ранние могильники древней мордвы в Пензенской области // Советская Археология. 1959. №4. С. 202-211.
  8. Вихляев В.И. Могильники селиксенского типа (Хронология и этнос) // Материалы Межвуз. конф. молодых ученых Волго-Вятского региона. Секция обществ. наук. Ч.2. Саранск, 1972. С. 53-54.
  9. Полесских М.Р. Новые памятники древней мордвы // Тр. МНИИЯЛИЭ. Саранск, 1974.
  10. Полесских М. Р. Ражкинский могильник // Арехология восточно-европейской степи. Саратов, 1991. №2. С. 152-166.
  11. Полесских М. Р. Отчет об археологических исследованиях 1956 г. в Пензенской области по открытому листу № 32 ИИМК АН СССР 12 мая 1956 г. Пенза, 1956. Научный архив ПКМ № 248/3.
  12. Смирнов К. Ф. Новые данные по сарматской культуре Северного Кавказа. // Краткие сообщения Института истории материальной культуры. 1950. Вып. XXXII. С. 113-125.
  13. Синицын И. В. Памятники Нижнего Поволжья скифо-сарматского времени. Археологический сборник, т. I, Саратов, 1956.
  14. Вихляев В.И. Древняя мордва Посурья и Примокшанья. Саранск, 1977.
  15. Трубникова Н. В. О работах 2-го отряда Чувашской археологической экспедиции 1956 года // Учен. зап. ЧНИИ. 1958. №16. С. 227-262.
  16. Алихова А. Е. Из истории мордвы конца I — начала II тыс. н.э. // Из древней и средневековой истории мордовского народа. Саранск: Морд. кн. изд-во, 1959. С. 13-59.
  17. Ставицкий В.В. Планиграфия и хронология погребальных памятников волжских финнов I тысячелетия н.э // В сборнике: Труды IV (XX) Всероссийского археологического съезда в Казани Ответственные редакторы: А.Г. Ситдиков, Н.А. Макаров, А.П. Деревянко. 2014. С. 417-420.
  18. Ставицкий В.В. Волжские финны в эпоху великого переселения народов: историографический обзор // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. 2014. № 4 (32).
  19. Ставицкий В.В Роль камского населения в формировании древней мордвы // Гуманитарные научные исследования. 2014 г. № 12-1 (40). С. 14-19.
  20. Рыбаков, Б.А. Ремесло древней Руси – М.: Издательство АН СССР, 1948. – 802 с.
  21. Алихова А. Е., Жиганов М.Ф., Степанов П.Д. Из древней и средневековой истории мордовского народа: археологический сборник. – Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1959. – Т. II. – 209 с.
  22. Вихляев В.И. Расселение мордовских племен в I тысячелетии н.э. // Вопросы географии Мордовской АССР/ Московский филиал географического общества СССР. Мордовский отдел. М., 1974. С. 26-28.
  23. Вихляев В.И. Происхождение древнемордовской культуры. Саранск, 2000.
  24. Ставицкий В.В. Западный компонент в материалах Андреевского кургана // Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2013. Т. 27. № 3. С. 126-141.
  25. Шитов В.Н. Кошибеевский могильник (по материалам раскопок В.Н. Глазова в 1902 г.) // Труды Мордовского научно-исследовательского института языка, литературы, истории и экономики. Саранск, 1988. Вып. 93. С. 4-43.
  26. Вихляев В.И., Этнокультурные процессы в Окско-Сурско-Цнинском междуречье в I-VII вв. // Финно-угорский мир: история и современность. Материалы II Всесоюз. науч. конф. финно-угроведов. Саранск, 2000. С. 48-50.
  27. Гришаков В. В. Отчет о раскопках Ражкинского могильникав Нижнеломовском районе Пензенской области в 2015 году. Саранск, 2015.
  28. Ставицкий В.В., Ставицкий А.В. Дискуссионные вопросы изучения погребальной обрядности древней мордвы: обзор исследований последних лет // Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. 2015. № 2 (34). С. 7-15.
  29. Гришаков В.В., Ставицкий В.В. Хронология древнемордовского Ражкинского могильника // В сборнике: Актуальные проблемы гуманитарных и общественных наук сборник статей II Международной научно-практической конференции. Под общей редакцией Ягова О.В .. 2015. С. 14-19.
  30. Шитов В.Н. Рязанско-окские племена и древняя мордва // Узловые проблемы современного финно-угроведения: Материалы I Всероссийской научной конференции финно-угроведов. Йошкар-Ола, 1995. С. 95-97.