ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В ПРОЦЕССЕ ДОКАЗЫВАНИЯ

№73-1,

Юридические науки

В статье рассматривается вопрос перехода результатов оперативно-розыскной деятельности в доказательства, а также вопросы подмены доказательств результатами оперативно-розыскной деятельности. Автор предлагает внести изменения в уголовно-процессуальное законодательство и в Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности».

Похожие материалы

Гарантией государства является защита граждан от преступных посягательств. Любое противоправное действие в отношении лица и его имущества, а также государства и его собственности должно быть наказуемо. Из этого следует, что уполномоченные государственные органы должны установить лицо (лиц), осуществляющих такое преступное посягательство и привлечь к уголовной ответственности, что бы данные лица (лицо) понесли уголовное наказание. Установить лицо, совершившее преступное деяние невозможно только силами и средствами уголовно — процессуального закона. Наряду с уголовно-процессуальным законом данная функция, возложена на органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность.

Однако, получение информации об обстоятельствах совершившегося, совершаемого или подготавливаемого преступления силами и средствами оперативно-розыскной деятельности не может свидетельствовать о том, что государство выполняет свою функцию защиты лица от преступных посягательств.

Цель работы — исследование соотношения понятий результаты оперативно-розыскной деятельности и доказательства. При каких условиях результаты оперативно-розыскной деятельности становятся доказательствами, а в каких случаях происходит подмена данных понятий. Если мы обратимся к Уголовно-процессуальному кодексу РФ, то в нем речь идет о результатах оперативно-розыскной деятельности только в ст. 89 УПК РФ, которая регламентирует, что в процессе доказывания запрещено использовать результаты оперативно-розыскной деятельности, если они не подчинены требованиям, которые предъявляются уголовно-процессуальным законом к доказательствам.

Таким образом, автор считает, что необходимо законодательно закрепить переход результатов оперативно-розыскной деятельности в доказательства с позиции уголовно — процессуального закона.

Такое закрепление позволило бы исключить конфликтные ситуации, которые возникают при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, выявленных в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий. Примером может служить ситуация, описанная в определении Верховного Суда РФ от 09.01.2013 № 45-О12-77 в качестве недопустимых доказательств признаны результаты обследования жилищных помещений К. и Р., проведенные с участием понятых на основании разрешения Свердловского областного суда, в ходе которых обнаружены и изъяты 2,99 г. и 31, 61 г. маковой соломы соответственно.

В своем определении суд указал, что по смыслу ст. 2, 6 в их взаимосвязи со ст. 9 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», указанное оперативно-розыскное мероприятие (обследование жилых помещений) реализуется негласно и его нельзя направлять на изъятие и обнаружение доказательств по уголовному делу. По мнению суда, в жилых помещениях К. и Р. осуществлены обыски до возбуждения уголовных дел, с нарушением требований, которые установлены ст. 182 УПКРФ.

Суд в определении изложил мотивы своего решения о признании недопустимым доказательства — актов обследования жилых помещений К. и Р., в тоже время оставлен без ответа вопрос каким образом должна быть дана правовая оценка действий К. и Р. по факту хранения, обнаружения и изъятия в их жилище наркотических средств [1].

По мнению автора, такая позиция суда может привести к уклонению от ответственности виновных лиц в совершении преступления. В том случае, если признаки составов преступлений в их действиях были выявлены при производстве оперативно-розыскных мероприятий, что подтверждает доводы автора о необходимости уголовно — процессуального закрепления порядка перехода сведений или фактических данных установленных в ходе оперативно-розыскной деятельности в доказательства.

Прежде чем вести речь об использовании результатов оперативно-розыскной деятельности в процессе доказывания необходимо разобраться с самим уголовно-процессуальным понятием «доказывание» [9].

Для того, что бы понять в чем разница между результатами оперативно-розыскной деятельности и доказательствами в процессе доказывания необходимо, в первую очередь, определить в чем заключается процесс доказывания и как он соотносится с понятием доказательства в уголовном процессе.

Вопрос о доказывании и доказательствах ставится в различных областях человеческой деятельности, связанных с исследованием и познанием. Понятие доказательства может рассматриваться в двух значениях. Во-первых, доказательства — это средства познания, которые необходимы для того, чтобы при их помощи сформировать заключение о неизвестном. Во-вторых, понятие доказательства обладает значением мыслительного процесса, при помощи которого искомое обстоятельство ставится в связь с обстоятельствами уже известными.

В уголовно-процессуальном законе отсутствует норма, которая определяет и закрепляет положения сведений (данных), полученных при производстве оперативно-розыскных мероприятий. В качестве доказательства ранее указанная ст. 85 УПК РФ предъявляет к ним только одно требование — они должны соответствовать доказательствам.

Таким образом, возникает вопрос, когда и каким образом сведения, полученные в ходе осуществления оперативно-розыскной деятельности приобретают свойства доказательств. Дознаватель, следователь, проводя исследование фактических обстоятельств должен проверить их с позиции относимости, допустимость и достоверности. Из чего следует, что результаты, а вернее фактические данные, представленные ему оперативным работником подлежат аналогичной проверке в процессе доказывания.

На первый взгляд такая позиция не вызывает трудностей. Рассмотрим это на примере, в производстве следователя находится уголовное дело по факту квартирной кражи. В ответ на поручение следователя оперуполномоченный предоставил информацию, что к совершению кражи причастии гражданин И. в доме у которого находится похищенное имущество. Перед следователем возникает вопрос, как проверить данную информацию. Оперативный сотрудник сослаться на источник полученной оперативной информации не может, что приведет к разглашению сведений, составляющих государственную тайну. Для проверки информации следователю необходимо провести следственное действие — обыск в квартире у гражданина И. Достаточно ли будет суду для того что бы разрешить производство обыска в жилище, имеющихся в производстве следователя материалов. Ответ очевиден — нет. Исходя из изложенного следует вывод, что подобная информация может стать основанием для направления поиска, а не доказательством по уголовному делу. Следователю, оперуполномоченному во взаимодействии предстоит разработать планы следственных действий и оперативных мероприятий по проверке оперативной информации [9].

Из вышеизложенного автор приходит к выводу, что любое фактическое данное становится доказательством только при наличии у следователя осведомленности об источнике, из которого оно было получено. Из чего следует, что фактическое данное полученное в ходе проведения оперативно — розыскного мероприятия не всегда может соответствовать указанным требованиям как это было описано в приведенном выше примере. Такая информация, полученная оперативным путем не может иметь доказательственного значения по уголовному делу.

Законодатель прямо указал, когда результаты оперативно-розыскной деятельности могут быть использованы в качестве доказательств.

Так, статья 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» позволяет использовать результаты оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств [9].

Указанная норма была предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации. В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.02.1999 № 18 — О Суд подтвердил, что положения, содержащиеся в ст. 11 указанного Федерального закона, не нарушают конституционные права граждан.

Результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться в доказывании при соблюдении следующих условий:

  1. если они отражают обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу;
  2. собраны, проверены и оценены по правилам ст. 17, 88 УПК РФ, а также иных норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих собирание, проверку и оценку доказательств в целом и отдельных видов доказательств;
  3. если обеспечивается безопасность лиц, участвовавших в оперативно-розыскных мероприятиях.

Автор предлагает рассмотреть способы применения результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном процессе на примере некоторых оперативно-розыскных мероприятий.

Полученные данные в результате проведения оперативно-розыскного мероприятия — обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств оформляется справкой (рапортом) оперативного сотрудника, объяснением лица, выполнявшим поручение, актом обследования.

Приведенные автором условия использования результатов оперативно-розыскной деятельности относятся к так называемым законодательным условиям, т.е. определяют возможность их использования с позиции законности, что соответствует такому свойству доказательств, как допустимость.

Выполнением данного условия является требованием о строгом соответствии положений ведомственных инструкций и приказов о порядке проведения оперативно-розыскных мероприятий и передачи результатов оперативно-розыскной деятельности.

Так, совместным Приказом МВД России, Министерства обороны РФ, ФСБ России, Федеральной службы охраны РФ, Федеральной таможенной службы, Службы внешней разведки РФ, Федеральной службы исполнения наказаний, Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков, Следственного комитета РФ от 27.09.2013 № 776/703/509/507/1820/42/535/398/68 «Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд».

Основанием представления результатов оперативно-розыскной деятельности для принятия решения в порядке статей 144 и 145 УПК РФ является постановление руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

В случае нарушения указанных требований, а также инструкций и ведомственных приказов, полученные на основании проведения оперативно-розыскных мероприятий доказательства будут признаны недопустимыми.

В соответствии с ч. 6 ст. 8 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» выносится постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка», которое утверждается соответствующим руководителем органа, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность.

Если в материалах уголовного дела отсутствует Постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия проверочная закупка, то все материалы оперативно-розыскного мероприятия лишаются доказательственной базы, что получило свое закрепление в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 15.06.2006 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами».

Вместе с тем, результаты оперативно-розыскной деятельности могут быть использованы следователем для получения фактических данных, служащих для построения криминалистических версий, при планировании работы по уголовному делу.

Вернемся к ранее рассмотренному примеру со следователем, получившим информацию от оперативного работника, что к краже из квартиры причастен гражданин И., в жилище которого хранятся похищенные вещи. Указанное фактическое данное может быть рассмотрено, как одна из следственных версий в целях проверки, которой следователь должен:

  • установить личность И., проверить проходит ли он по криминалистическим учетам, как лицо, ранее привлекавшееся к уголовной ответственности.
  • входит ли И. в список лиц из окружения потерпевших, приходилось ли ему бывать в квартире, из которой совершена кража.
  • где находился И. в период совершения преступления и другие сведения имеющие значение по делу.

Перечисленные автором сведения могут быть получены, как следственным путем, то есть путем проведения следственных действий, так и путем проведения оперативно-розыскных мероприятий.

Из сказанного следует, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться не только в качестве доказательств, но и иных вспомогательных инструментов по проведению расследования.

В тоже время нельзя допускать подмену доказательств результатами оперативно-розыскной деятельности, даже при правильном оформлении их на стадии проведения оперативно-розыскных мероприятий.

В Российской Федерации судебный прецедент не признается источником права. Судебная практика приобретает все большее значение в странах романо-германской правовой системы. Решения Верховного Суда РФ являются основополагающими для нижестоящих судов. В связи с этим возникает вопрос о допустимости результатов любого оперативно-розыскного мероприятия, в ходе проведения которого изымаются предметы или документы.

Основной причиной различия подходов к этому вопросу является то, что национальное законодательство в рассматриваемой сфере не являются в достаточной степени точным.

Конституционный Суд Российской Федерации постановил, что неотъемлемым элементом верховенства права выступает и в законотворческой деятельности, и в правоприменительной практике необходимой гарантией обеспечения эффективной защиты от произвольных преследований, осуждения и наказания выступает принцип формальной определенности закона, предполагающий точность и ясность законодательных предписаний.

В связи с вышеизложенным автор приходит к выводу, что в настоящее время назрела необходимость внесения соответствующих изменений и дополнений в Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» в части указания гласных и негласных оперативно-розыскных мероприятий, конкретизация оснований и условий проведения каждого из них, а также регламентации порядка документального оформления полученных результатов.

Указанные изменения в действующем уголовно-процессуальном законодательстве и Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» позволит исключить ситуации, при которых возможно было бы принять решение о прекращении уголовного преследования исключительно с позиции признания доказательств недопустимыми в силу указанных выше обстоятельств.

Одновременно законодательное закрепление порядка оформления результатов оперативно-розыскной деятельности позволило бы выявлять факты провокации преступлений на более ранней стадии не же ли рассмотрение уголовного дела по существ судом, что является следствием ведомственной заинтересованности по в повышении результативности (эффективности) работы.

Данный аспект также имеет значение поскольку в судебной практике имеют место быть случаи неверной квалификации действий лиц, привлекаемых к уголовной ответственности за сбыт наркотических средств из-за того, что уголовно-правовая оценка действиям обвиняемого была дана исключительно на основании фактических данных полученных в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия. Сделанный автором вывод подтверждается примером судебной практики, так Верховный Суд Российской Федерации, рассмотрев кассационную жалобу осужденной Кринициной О.В. по ч. 3 ст. 30 ст. 228.1 УК РФ прекратил в отношении нее уголовное преследование по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 24 УПК РФ. Продажа наркотических средств 17.02.2010 гр. Кринициной О.В. не доказана, осуждение ее основано на показания наркозависимой З. Во время проведения оперативно-розыскного мероприятия проверочная закупка наблюдение за З. не велось. Дактилоскопическая экспертиза, полученных пакетов с наркотическим веществом З. не проводилась. В протоколе досмотра по результатам проверочной закупки сумма переданных Кринициной О.В. денежных средств не зафиксирована. Задержание Кринициной О.В. после закупки не произведено. Указанные нарушения противоречат деятельности милиции [2].

Подводя итог сказанному, следует отметить, что совершенствование законодательства в рассматриваемой сфере носит актуальных характер в следствие необходимости минимизации таких явлений как утрата доказательств и уклонение лиц, виновных в совершении преступления от уголовной ответственности.

Список литературы

  1. Верховный Суд РФ [Электронный ресурс]. Определение суда от 09.01.2013 г. № 45-О12-77 // URL: http://www.vsrf.ru/stor_pdf.php?id=526866.
  2. Конституционный Суд РФ [Электронный ресурс]. Определение Конституционного Суда от 04.02.1999 г. № 18-О // URL: http://sudbiblioteka.ru/ks/docdelo_ks/konstitut_big_824.htm.
  3. Глазкова Л.В., Грудинин Н.С. Личность коррупционера как компонента системы коррупции // Современное право. - 2017. - № 2. – С. 98-102.
  4. Грудинин Н.С. Амнистия и помилование как формы освобождения от уголовной ответственности: некоторые проблемные вопросы // Стратегии социального развития современного общества: российские и мировые тренды. Сборник материалов XIV Международного социального конгресса. М., 2015. – С. 127-129.
  5. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2006 № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществам» (ред. от 30.06.2015) // СПС КонсультантПлюс.
  6. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» (ред. от 29.11.2016) // СПС КонсультантПлюс.
  7. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 29.07.2017) // СПС КонсультантПлюс.
  8. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 29.07.2017) // СПС КонсультантПлюс.
  9. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12.08.1995 № 144-ФЗ (ред. от 06.07.2016) // СПС КонсультантПлюс.
  10. Чечетин А.Е. О сущности и содержании некоторых оперативно-розыскных мероприятий // Вопросы применения ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» // сборник научных трудов. - Омск, 2016.
  11. Чурилов С.Н., Грудинин Н.С. Институт задержания подозреваемого нуждается в совершенствовании // Альманах мировой науки. - 2016. - № 1-3 (4). – С. 108-112.