Среди должностных преступлений наиболее опасным является коррупция. Для успешной борьбы с этим явлением необходимо иметь хотя бы должные законы, обеспечивающие саму возможность такой борьбы. Мы же имеем в распоряжении совершенно беззубые и порочные законы, такие, как законы главы 30 УК РФ [1]. Согласно [2], коррупция — это:
- злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами;
- совершение вышеуказанных деяний от имени или в интересах юридического лица.
Обратите внимание, что в этом определении субъектом деяния является просто физическое лицо, занимающее соответствующую должность («должностное положение»). Из этого следует, что это физическое лицо не обязательно является «должностным лицом». Это определение, удивительным образом противоречит базовому документу о коррупции ст. 285 УК РФ [1], утверждающей: «Использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства». Оба определения, конечно, слишком несовершенны и порочны, но второе определение даже содержит состав преступления по ст. 293 УК РФ (халатность).
В соответствии с первым определением правонарушителем, в принципе, может быть любое физическое лицо, занимающее любую должность в любом государственном, коммерческом или ином предприятии. Например, даже швейцар ресторана, впустивший Вас в ресторан за взятку, водитель автобуса, за взятку сделавший для Вас остановку в неположенном месте и т.п., являются физическими лицами, злоупотребившие своим служебным положением, и совершили тем самым правонарушение. Но первое определение не является практическим инструментом для правоприменения. Такими инструментами являются УК РФ, где используется второе определение коррупции [1] и КоАП РФ [3]. Согласно второму определению преступниками по статьям главы 30 УК РФ могут быть только некие «Должностные лица»: «Должностными лицами в статьях настоящей главы признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти, либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооружённых Силах РФ, других войсках и воинских формированиях РФ». Из этого определения следует, что, например, начальник пенсионного фонда, начальник Управления жилищно-коммунального хозяйства, ректор университета, директор завода, как руководители «государственных органов» являются должностными лицами, но в органах по борьбе с преступностью их таковыми не признают и уголовные дела против этих монстров преступности отказываются возбуждать. Таково толкование этого закона властями. Хотя само толкование кодексов и законов есть не более чем личное мнение толкователей, отправляясь же только от текста закона, мы имеем право толковать его так, как нам это понимается. Если эти толкования не совпадают, то это дефект закона, что требует срочного исправления и неприменения его в конкретном деле.
В УК Рф имеется ещё одна статья 201 в борьбе с коррупцией: «Использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечениях выгод и преимуществ доя себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства». Под «иными организациями» понимаются некоммерческие организации (п.1 Примечание 1 к этой статье [1]), не являющиеся государственными органами, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением». В первом комментарии к этой статье [1]сказано: «Статья является новой, устанавливая ответственность за злоупотребление полномочиями особого круга лиц, ранее не выделявшихся в качестве социального субъекта, не являющихся должностными лицами и не занимающими государственные должности». Стало быть, должностные лица, начальники коммерческих и «иных» организаций, в принципе наказуемы. А вот все те лица, которые занимают государственные должности и, соответственно, не являются сотрудниками «иных организаций», за совершаемые ими злодеяния, в принципе, не наказуемы!!! Действительно, государственным служащим, а это физические лица, которые занимают государственные должности, которые злоупотребляют служебным положением, проявляют халатность и совершают другие служебные преступления, никакого наказания не предусмотрено!
Проще, логичнее и справедливее было бы все различия между должностными лицами, государственными служащими и всеми остальными лицами, в принципе, нивелировать, оставив различными лишь меры наказания за содеянное. Это потребует, соответствующим образом, изменить главу 30 УК РФ, в частности, дополнить ст. 285 УК РФ содержанием ст. 201 УК РФ, а также включить в неё вообще всех возможных должностных лиц любого уровня, формально, от «уборщицы до Главы Государства». Но этого ещё мало. Порочной компонентой ныне действующего состава преступления ст. ст. 285 и 201 УК РФ является условие, что деяние совершено «в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами» [2], или упрощённо «если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности» [1]. Корыстная заинтересованность может быть выражена в стремлении субъекта получить посредством злоупотребления должностными полномочиями какой-либо имущественной выгоды с незаконного безвозмездного изъятия государственных средств в свою собственность или собственность других лиц, например, получить квартиру для себя или своих родственников. Иная же личная заинтересованность, по мнению авторов [1], как мотив злоупотребления должностными полномочиями, может быть выражена в желании субъекта извлечь из своих действий выгоду неимущественного характера: угодить начальству, карьеризм, кумовство и т.д. К сожалению, эти статьи могут хоть как-то работать, если имеет место корыстная заинтересованность, при условии, что её удалось доказать. Иную заинтересованность доказать, как правило, невозможно. И именно поэтому коррупция процветает.
В качестве иной заинтересованности иногда указывают следующие мотивы:
- Поддержка положительного (или кажущегося положительным для отдельных лиц) имиджа системы, организации, собственного имиджа. Если ранее уже было дано «решение» проблемы каким-либо образом, в данном случае отрицательным для заинтересованного лица образом, то должностное лицо злоупотребляет своими правами и оправдывает прежнее преступное (несправедливое) решение нижестоящих или вышестоящих по должности лиц, собственное решение или решения судов и других органов.
- Субъект преступления не имеет желания вникать в суть проблемы, относится к её решению формально, поверхностно или, попросту, у него недостаточно времени (или, на текущий момент, здоровья) для рассмотрения проблемы по существу и должным образом.
- Субъект преступления страдает слабоумием, по крайней мере, в части обсуждаемой проблемы. Он не понимает или даже не способен понять сущность её, или понимает её в извращённом изложении сотрудников его ведомства.
- Преступные деяния, выразившиеся в злоупотреблении служебным положением, совершены из личной заинтересованности, предмет которой не известен заинтересованным лицам. Если следствием не будет выявлено иное, то эта личная заинтересованность может быть связана либо с маниакальным желанием субъекта преступления приносить вред, либо с поддержкой иных личных порочных амбиций, либо другой психиатрической патологии. Естественно, что такому человеку нельзя занимать соответствующие должности.
Именно эти аргументы, особенно «поддержка имиджа» и формальный подход к решению проблемы, являются основными причинами злоупотреблений должностных лиц любого уровня и в любой сфере взаимодействия с гражданами и между собой. Но эти аргументы по существу, в принципе, не доказуемы! Поэтому любые органы борьбы с преступностью эти доводы полностью игнорируют. Вместе с тем сам факт преступления злоупотребления служебным преступления, тем не менее, имеет место, поскольку основные, сущностные компоненты преступления данным деянием реализовались, а именно:
- Состоялось нарушение прав и законных интересов одного или нескольких граждан, юридических лиц и государства в целом.
- Действия субъекта деяния направлены вопреки интересам службы и дискредитируют службу и органы власти всех уровней.
- Общественная опасность деяний субъекта и субъекта деяния очевидна и не вызывает сомнений, особенно, если эти деяния охватывают большой круг лиц или лиц, слабо защищённых государством (граждане с маленькими зарплатами и пенсиями).
Из сказанного однозначно следует, что в целях эффективной борьбы с коррупцией принципиально важно исключить из текста ст. 285 УК РФ порочное условие «если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности».
Круг должностных преступлений намного шире, чем коррупция. На данный момент, важно упомянуть о порочности ст. 357 УК РФ: Геноцид — действия, направленные на полное или частичное уничтожение национальной, этнической, расовой или религиозной группы путём убийства членов этой группы, причинения тяжкого вреда их здоровью, насильственного воспрепятствования деторождению, принудительной передачи детей, насильственного переселения, либо иного создания жизненных условий, рассчитанных на физическое уничтожение членов этой группы. Существенным недостатком этой статьи является то, что перечислены не все возможные узурпируемые группы людей. Это могут быть и иные группы, например, группы людей, проживающих на определённых территориях, городах, местах лишения или ограниченной свободы, группы лиц определённых профессий, увлечений, партийной приверженности и т.п., безотносительно к расовой, национальной, этнической или религиозной принадлежности. Но самое главное не оговорена численность группы, не сказано, что группа может состоять вообще из одного человека. Субъектом этого преступления могут быть как лица, занимающие государственные должности государственной службы РФ и её субъектов, так и частные лица, достигшие шестнадцатилетнего возраста и обладающие вменяемостью. Из текста этой статьи сразу просматривается прямой умысел субъектов преступления, и этот вывод зафиксирован в комментариях [1]. Похожая ст. 358 УК РФ (Экоцид) допускает помимо прямого умысла ещё и косвенный умысел. Действительно, субъект деяния, мог преследовать в своих поступках не уничтожение растительного или животного мира, отравление атмосферы или водных ресурсов, а увеличение прибыли производства, экономию средств и иные цели, но в результате получился экоцид. Аналогично, например, должностное лицо, госслужащий старался сэкономить средства организации, даже безотносительно к возможной личной премии, и сделал, на основании допустимого, сомнительно допустимого или даже заведомо недопустимого им толкования закона выбор такого применения, который нарушает право на жизнь и здоровье отдельных лиц или групп лиц. Такой выбор в перспективе может вести к геноциду этих лиц. В реальности подобная ситуация возникает, в пенсионных фондах, органах соцзащиты, управлениях жилищно-коммунального хозяйства и др. Обычно она сопровождается параллельными преступлениями тех же лиц, квалифицируемыми ст. 285 и ст. 293 УК РФ, но из-за вышеописанных дефектов этих статей, они не могут быть применены и виновные оказываются безнаказанными. Названная экономия средств, амбиции должностных лиц и др. приводит к тому, что малоимущим лицам отказывают, как правило, в сущности, незаконно в получении субсидий на оплату жилья, компенсаций и т.п., так что после оплаты коммунальных услуг, таким лицам приходится жить на средства меньшие, чем прожиточный минимум. А это и есть косвенный геноцид. Поэтому ст. 357 УК РФ в действующей редакции абсолютно преступна. В ней должно быть обязательно указано, что субъект деяния может иметь не только прямой, но и косвенный умысел, а объектом преступления может быть не только группа, но и отдельный человек.