Феномен партийной элиты СССР в современной отечественной историографии

№63-1,

исторические науки и археология

Автором установлено, что историографический обзор современных «достижений» в области изучения региональной партийной номенклатуры советского периода отечественной истории, позволяет констатировать очевидную необходимость в восполнении лакун локального масштаба. Не смотря на обилие нынешних разработок, все же важны и целесообразны конкретно-исторические исследования региональных и местных групп советской номенклатуры.

Похожие материалы

В отечественной историографии последнего десятилетия XX века, не утихали дискуссии по вопросам о существовании номенклатуры. Наиболее интенсивным и в настоящее время остается научно-академический спор, по проблемам отождествления номенклатуры с чиновничеством, бюрократией элитой. Эту системную по своему масштабу проблему решают в своих разработках С. Барзилов и А. Чернышов. Современные авторы приходят к справедливому выводу, о делении номенклатуры на элиту и бюрократию, где элита − это высший слой номенклатуры, а бюрократия — номенклатура за вычетом элиты [1].

Более емко и продуктивно в решении данной проблемы выглядят труды Т.П. Коржихина и Ю.Ю. Фигатнера. Номенклатура, согласно выводам этих авторов, включает не только и не столько должности, но и документы. Что на основе эмпирически точных параметров, зафиксированных документально, вполне позволяет постигнуть базовые механизмы господства и воспроизводства касты руководителей как канонизированных начальников всех уровней. Убежденно выглядит стройная авторская позиция, согласно которой собственно бюрократия это и есть номенклатура, документально формируемая, и получившая невиданный по своим размерам размах исключительно на территории Советского Союза. [2].

Отдельного внимания заслуживает группа современных российских ученых, изучающих политические элиты. В последнее время под действием либерализации и разумной демократизации мышления обозначились совершенно противоположенные точки зрения в вопросе о подходе к определению «политической элиты», о возникновении и существовании ее на определенных этапах исторического развития общества. Особенно в проблематике наличия политической элиты в структуре советской номенклатуры, а также форм ее политической жизнедеятельности. Наибольший интерес в этом смысле представляют исследовательские работы Е.В. Охотского, М. Вайды, А.М. Салмина, М.Н. Афанасьева. Этот историографический блок позиционирует подход, в соответствии с которым, в советском обществе элиты не было, так как господствующий класс отличался крайне низкими нравственными и профессиональными качествами. Более того, назначение на должность в политической сфере советского общества зависело от расположения одного или нескольких вышестоящих работников.

Однако самой распространенной, и в то же время общепринятой, является позиция, квалифицирующая элитизм явлением универсальным и характерным «для всех времен и народов». В наши дни существование и функционирование элит признается аксиомой для любого общества, в котором существует социальная дифференциация и политическая власть. Наиболее полно такое современное научное представление о «высшем слое общества» разработано представителями по сути однородных теоретических течений, представленных именами Г.К. Ашина, О.В. Гаман-Голутвиной, А.В. Понеделкова, В.Г. Игнатова, А.М. Старостина и др. [3].

Крупнейший исследователь региональных политических элит советского времени В.П. Мохов предлагает разграничить понятия номенклатуры и элиты, особенно эти различия очевидны на региональном уровне. Если под политической элитой понимать слой людей, принимающих наиболее важные ответственные решения, которые имеют общественное значение, то элита будет частью номенклатуры, ее вершиной. Таким образом, политическая элита определяется как наиболее влиятельная группа руководителей страны, регионов, которая предопределяет основное содержание политики на соответствующей территории. Политическая элита по отношению к номенклатуре играла роль лидера, а номенклатура по отношению к элите — функцию кадрового резерва, социальной и политической опоры.

Исходя из вышеизложенного подхода к определению сущности номенклатуры и политической элиты, различия между ними особенно очевидны на региональном уровне. На местах отчетливо прослеживается механизм дифференциации номенклатуры, который предполагает жесткую схему вертикального контроля центральной власти над региональной. В самой структуре региональной организации управления соблюдается пирамидальный принцип формирования власти [3].

На региональном уровне значимыми работами по насущным проблемам номенклатуры является диссертационное исследование С.А. Кислицына, в котором рассматриваются процессы элитообразования, эволюция советской политической элиты 20-х — 30-х годов. В научной работе С.А. Караулова рассмотрен опыт подготовки региональных руководящих кадров 50-х — 90-х годов[4].

Отдельное внимание уделяет современный исследователь А.А. Колдушко, который подвергает всецелому анализу влияние сталинских репрессий 1936-1938 гг. на численность, структуру, кадровый состав номенклатуры Пермской и Свердловской областей [5].

Последние по времени работы А.В. Шумской и М.С. Лысцева проливают свет на региональную специфику трансформации номенклатуры и, прежде всего, политической элиты в 50-е — 60-е годы. Авторам удалось отследить трансформацию, эволюция социально-демографических и профессиональных характеристик политической элиты, в целом установи ее роль и статус в системе властных отношений [6, 7]. К такого рода исследовательской группировки, с известной степенью условности, вполне можно отнести и разработки В.А. Айрапетова. Отмеченный автор выявил идеологические аспекты формирования корпуса первых секретарей и динамика смены руководящих кадров на примере Тамбовской области [8].

В толще сибирских исследователей региональной номенклатуры наиболее маститым является кемеровский ученый А.Б. Коновалов. На базе богатого архивного материла, он дает исчерпывающую информацию о численности, социально-профессиональных характеристиках партийной номенклатуры Сибири. Очень убежденно А.Б. Коновалов анализирует показатели уровня и качества жизни партийных работников, а также специфику взаимоотношений региональных руководителей с центральным партийным аппаратом [9]. Его глубокие исследовательские выводы послужили, да и продолжают служить, мощным импульсом для дальнейших региональных работ по проблемам изучения партийной номенклатуры Сибири.

Недавнее по времени исследование О.Н. Калининой, выполненное с учетом выводов, полученных А.Б. Коноваловым, способствует комплексной характеристике партийно-советской номенклатуры второй половины 1940-х — первой половины 1960-х гг. Современная исследовательница заключает, что номенклатура в этот период претерпела существенные изменения в своем социально-профессиональном облике, выразившемся в повышении ее образовательного уровня, ускорении ротационных процессов, сокращении в ее составе сталинских выдвиженцев 1930-х гг., место которых заняли выдвиженцы-практики военного и послевоенного времени [10].

В целом, историографический обзор современных «достижений» в области изучения региональной партийной номенклатуры советского периода отечественной истории, позволяет констатировать очевидную необходимость в восполнении лакун локального масштаба. Не смотря на обилие нынешних разработок, все же важны и целесообразны конкретно-исторические исследования региональных и местных групп советской номенклатуры. В этом смысле Алтайский край как научно-исследовательский плацдарм в выявлении базовых характеристик партийно-административной номенклатуры может и должен продолжать сохранять стабильный научный интерес. Тем более, что за кадром исследовательского поиска по-прежнему остается исторический опыт функционирования номенклатуры Алтая предвоенных (конца 1930-х) и военных (1940-х) лет советского прошлого.

Список литературы

  1. Барзилов С., Чернышов А. Провинция: элита, номенклатура, интеллигенция // Свободная мысль. 1996. – № 1.
  2. Коржихина Т.П., Фигатнер Ю.Ю. Советская номенклатура: становление, механизмы действия // Вопросы истории. 1993. – №7.
  3. Мохов В.П. Региональная политическая элита России (1945-1991 гг.). – Пермь, 2003.
  4. Караулов С.А. Исторический опыт подготовки региональных руководящих кадров РФ в 50-е – 90-е годы: автореф. …дис. докт. ист. наук. - М., 1999.
  5. Колдушко А.А. Кадровая революция в партийной номенклатуре на Урале в 1936-1938 гг.: автореф. дис. …канд. ист. наук. - Пермь., 2006.
  6. Шумской А.В. Региональная политическая элита РСФСР в 1950-е – начале 1960-х г.г.: процесс становления и эволюции ( на материалах Челябинской области): автореф. дис. …канд. ист. наук. - Челябинск, 2010.
  7. Лысцев М.С. Политико-институциональная трансформация номенклатуры КПСС: региональный аспект: автореф. дис. …канд. полит. наук. – Н.Н., 2007.
  8. Айрапетов В.А. Эволюция корпуса первых секретарей ГК и РК ВКП(б)/КПСС (Тамбовская область, 1945-1982 гг.): автореф. дис. …канд. ист. наук. - Тамбов, 2010.
  9. Коновалов А.Б. Партийная номенклатура Сибири в системе региональной власти (1945-1991).- Кемерово, 2006.
  10. Калинина О.Н. Формирование и эволюция партийно-государственной номенклатуры Западной Сибири в 1946-1964 гг.: автореф. дис. …канд. ист. наук. - Новосибирск, 2007.