Детерминация «Я» и проблема бессмертия души

№44-4,

философские науки

В статье рассматриваются философские аргументы в пользу бессмертия человеческой души в контексте идеи неудвоимости человеческого "Я".

Похожие материалы

Бессмертие души – одна из центральных идей религиозной антропологии. Собственно и сама идея души – как независимой от тела нематериальной сущности – вероятно, возникла как следствие более фундаментальной философско-религиозной идеи посмертного выживания человеческого «Я». Если духовное «Я» человека способно пережить смерть тела, то это может означать, что душа – носитель «Я» не имеет телесной природы, но есть неощутимая нематериальная субстанция, способная к более-менее независимому от тела существованию.

Анимизм – вера в существование бестелесных «духов» - одно из древнейших религиозно-мифологических воззрений. Трудно представить, что это воззрение возникло на пустом месте. Есть основания думать, что эстатические шаманские культы – практики непосредственного «вхождения» в духовный мир и общения с его «обитателями» - были известны уже на заре человеческой цивилизации [1]. Именно эти практики, по всей видимости, и породил идею нематериальной души, способной самостоятельно существовать после смерти тела. Исследования такого явления как медиумизм, которые особенно активно проводились в конце XIX - первой трети ХХ века (в этих исследованиях участвовали такие известные ученые, как Джемс, Ходжсон, Крукс, Лодж, Бутлеров, Аксаков, Менделеев и др.), подтвердили реальность феномена «общения с духами умерших», хотя истинный смысл этого явления до сих пор остается предметом научных дискуссий.

Еще одна религиозно-философская концепция бессмертия души – учение о реинкарнации (душепереселении) - также получила частичное экспериментальное подтверждение в ХХ веке. Мы имеем в виду такой достаточно изученный в настоящее время феномен, как воспоминания прошлых жизней у детей. Пионером в исследовании этого феномена был американский психиатр Ян Стивенсон (см. [2]), который начал изучать воспоминания прошлых жизней у детей еще в 60-е годы прошлого века. За более чем сорокалетний период исследований (Стивенсон умер в 2007 г.) он тщательно исследовал и описал более двух тысяч подобных случаев (как он их называл) «возможной реинкарнации у детей». В основном исследовались дети в возрасте от трех до семи лет. По данным Стивенсона, дети в некоторых случаях могли описать до 400 проверяемых событий, которые они относили к собственной прошлой жизни в другом теле. Они узнавали своих бывших родственников, правильно называли на фотографиях имена людей, знакомых «по прошлой жизни», показывали места, где они «жили в прошлой жизни» и т.п.

Третье направление исследования «жизни после смерти» - это изучение «околосмертного опыта», которые также указывают нам на возможность существования нашего сознательного «Я» (души) в условиях глубокого угнетения деятельности головного мозга [3].

Таким образом, следует признать, что тема «бессмертия души» вполне может быть предметом научного исследования и имеются весьма обширные исследования, в той или иной степени подтверждающие возможность как автономного существования души после смерти тела, так и возможности повторного телесного воплощения одной и той же духовной сущности.

Не углубляясь в анализ данных эмпирических феноменов, мы рассмотрим далее философские основания возможности веры в бессмертие души человека. Подчеркнем, прежде всего, что мы, конечно, не претендуем на какое-либо философское «доказательство» бессмертия души. Доказать что-либо за пределами чистой математики видимо вообще не возможно. (Причем, некоторые методологи науки полагают, что даже в математике доказательства (всеобщие, необходимые, общезначимые истины) не возможны, и наличие доказательств там – есть лишь субъективная иллюзия). Возможна лишь более-менее правдоподобная, более-менее убедительная аргументация в пользу той или иной точки зрения. Мы хотим лишь показать, что аргументация в пользу бессмертия души может быть, по меньшей мере, столь же убедительна, как и аргументация в пользу ее смертности. Действительно, идея умирания психического субъекта вместе с гибелью тела – это на самом деле есть лишь гипотеза, основанная, по сути, на натуралистическом представлении о сознании как функции или «внутреннем аспекте» мозга, как физической системы.

Перейдем теперь к рассмотрению конкретных аргументов, которые позволили бы нам утверждать бессмертие души, по крайней мере, как нечто весьма вероятное и правдоподобное.

Заметим, прежде всего, что бессмертие человека следует понимать не как неограниченное продление его биологического существования, а как неограниченное по времени существование конкретного индивидуального «Я», конкретной личности. Подчеркнем, что речь идет не о сохранении психической жизни, как таковой - она будет существовать до тех пор, пока существует человеческий род, а именно об индивидуальной психической жизни, о конкретном «Я». Умирает ведь не родовая сущность души, не психическая жизнь вообще - а конкретная психическая индивидуальность, конкретное «Я». Всякие мероприятия, направленные на продление жизни должны, поэтому, гарантировать, прежде всего, сохранение тождественного себе «Я» - иначе они лишены всякого смысла.

Отсюда следует, что центральным вопросом «философии бессмертия души» является вопрос о природе и критериях себетождественности индивидуального «Я». Что такое «Я»? Каким образом это «Я» соотносится с содержанием нашего внутреннего мира? Как «Я» сопряжено с деятельностью моего мозга? Чем определяется тот факт, что «Я» - это «Я», а не кто-либо иной? По каким признакам, наконец, мы можем установить, что мы имеем дело с одним и тем же «Я»? Все эти вопросы имеют не только теоретическое, но и практическое значение. По мере того, как человечество будет все более основательно вмешиваться в собственную биологическую организацию, пытаясь улучшить то, что сделано природой, пытаясь, в частности, оградить себя от смерти, продлить свою жизнь - тем более актуально будут звучать поставленные нами вопросы.

Например, уже сейчас в литературе обсуждается принципиальная возможность замены нейронов мозга некими искусственными «нейрочипами». По мнению некоторых авторов, путем постепенной замены естественных нейронов искусственными можно постепенно «перенести» индивидуальную психику на новый искусственный субстрат, а затем, периодически повторяя эту процедуру, обеспечить неограниченное продление жизни конкретной личности [4]. Однако не ясно будет ли такой «перенос» гарантировать сохранение тождественного «Я». Если такой гарантии нет, то всякие усилия в этом направлении не имеют никакого смысла. Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо ясно представлять, что же детерминирует наше «Я», что обеспечивает его себетождественность.

Прежде всего, рассмотрим вопрос: как соотносятся психическое «Я» и наше физическое тело? Не являются ли проблемы сохранения тождественного «Я» и сохранения определенной телесной организации тождественными проблемами - как бы двумя сторонами одной и той же проблемы?

Поскольку психическое, внутренний мир определенным образом зависит от телесной организации и функции тела, а именно, непосредственно связан с функциями мозга, вполне оправдана постановка вопроса о телесных (физических) детерминантах нашего «Я». Какие свойства моего тела и мозга определяют тот факт, что я - это я, а, скажем, не Сократ и не Петр Первый? Какие физические, физиологические, биологические процессы в моем организме обуславливают индивидуальность и тождественность моего «Я»?

Достаточно очевидно, что тождество моего «Я» не может непосредственно определяться тождественностью атомов или элементарных частиц, составляющих мое тело и мозг. Во-первых, обмен веществ в организме приводит к тому, что в течение ряда лет (обычно называют цифру – 7 лет) атомный состав моего тела практически полностью обновляется. Это, однако, по всей видимости, не ведет к потере тождества моего «Я».

Во-вторых, современная физика утверждает, что частицы, а также атомы одного сорта, абсолютно тождественны, лишены всяких различий, и в ситуации, когда нет никакой возможности отличить одну частицу от другой даже по пространственному положению, - они полностью утрачивают всякую индивидуальность. Таким образом замена атомов моего тела тождественными атомами того же сорта не может привести к каким-либо наблюдаемым следствиям, которые могли бы быть ассоциированы с потерей тождества «Я».

Таким образом, говорить: я - это я, поскольку состою именно из этих, а не каких-то других атомов - бессмысленно как с точки зрения биологии, так и с точки зрения физики.

Если в физическом мире индивидуальность отсутствует, то как же она может возникнуть в мире психическом? Не указывает ли это обстоятельство на «внефизическую» природу человеческой психики?

Те сложности, которые возникают при попытке найти объективные, «материальные» основания нашей индивидуальности, можно попытаться обойти, предположив, что хотя материя сама по себе действительно лишена всякой индивидуальности, но, тем не менее, индивидуальность возникает на определенном уровне организации как «системное свойство» (т.е. свойство, «эмерджентно» возникающее как «эффект» сложной организации материи). Поскольку атомно-молекулярная материя сама по себе, как мы видели, лишена индивидуальности, то, очевидно, источником индивидуальности в этом случае может служить лишь форма организации материи, точнее говоря, ее структурно-функциональная организация.

Можно рассуждать следующим образом: поскольку атомы, входящие в состав моего тела, непрерывно обновляются, то единственное, что остается в определенных пределах неизменным - это структурная и функциональная организация моего тела и мозга. Последняя, в конечном итоге, задается расположением и состоянием отдельных атомов и молекул внутри моего тела. Можно предположить, что индивидуальные особенности этой структурно-функциональной организации и обеспечивают индивидуальность моего «Я», а относительная стабильность этой организации - обеспечивает тождество «Я» во времени.

Однако легко усомниться в истинности данного предположения. В самом деле, всякая конечная атомно-молекулярная структура, в принципе, может быть скопирована, воспроизведена в нескольких экземплярах. Если наше «Я» целиком определяется структурной организацией нашего тела, т.е., в конечном итоге, тем порядком, в котором атомы расположены внутри тела, то, скопировав эту структуру, мы тем самым, смогли бы воспроизвести и «уникальное» индивидуальное «Я» того психического субъекта, которому принадлежит данное тело. Но последнее представляется абсурдным, так как противоречит самой сущности «Я» как единичной индивидуальности.

Проиллюстрируем сказанное с помощью мысленного эксперимента. (Идея эксперимента заимствована у С. Лема [5]). Еще в 50-х годах Н. Винер предложил способ «путешествия по телеграфу» [6]. Он рассуждал следующим образом: поскольку атомный состав нашего тела непостоянен, наша личность, «Я» всецело определяется структурной организацией нашего тела, которая, в свою очередь, целиком и полностью определяется расположением атомов внутри тела. Но в таком случае, вместо того, чтобы перемещать с места на место материальное тело, мы могли бы передавать (например, с помощью телеграфа или радио) информацию, описывающую с большой точностью расположение атомов внутри тела. Используя эту информацию, далее, можно в точке приема сообщения «собрать» копию исходного индивидуума из тождественных атомов и тем самым как бы «перенести» данного индивида (со скоростью света) в любую удаленную точку пространства.

Вместе с тем, ясно, что оборудование, используемое для «путешествия по телеграфу», можно использовать и для других целей, помимо дальних путешествий со скоростью света. Например, это оборудование можно использовать для «размножения» нашего путешественника. Для этого достаточно лишь многократно повторить операцию копирования на «выходе» устройства для телепортации или же осуществить копирование, сохранив, при этом, оригинал. Если индивидуальное «Я» целиком определяется структурой тела, то каждая копия (также как и оригинал) должна обладать «одним и тем же» тождественным «Я».

Предположим, что я являюсь копируемым субъектом. Предположим, также, что я нахожусь в комнате, в которой расположен копирующий аппарат. В какой-то момент открывается дверка аппарата и в комнату входит мой двойник. Могу ли я, глядя на него, утверждать, что он и я - это один и тот же субъект, одно и то же «Я»? Очевидно, нет. В самом деле - если моего двойника ударят - я не почувствую боли. Если его через некоторое время застрелят - я буду продолжать жить, возможно, даже не подозревая о том, что у меня был двойник. Наоборот, если меня поведут на расстрел, то существование двойника вряд ли будет служить для меня утешением. Вполне возможно, что в данный момент во Вселенной существуют сотни тысяч моих двойников - это не в коей мере не снизит трагизм моей собственной смерти - ведь умру именно я - единственный и неповторимый.

Абсурдность ситуации «размножения» «Я» заставляет нас сделать вывод, что наше «Я» есть нечто в абсолютном смысле единичное и неповторимое. Следует признать, что никакое «размножение» или «удвоение» «Я» в принципе невозможно. Не могут существовать два или более физически независимых друг от друга индивидов, обладающих одним и тем же «Я». (Последнее утверждение мы будем далее для краткости называть «принцип неудвоимости Я»).

Отсюда следует, что тождество «Я» ни в коей мере не определяется структурной организацией тела, по крайней мере, в том случае, если мы докажем, что данная структура в принципе может быть скопирована. Таким образом, получается, что индивидуальность и самотождественность нашего «Я» не определяется ни «индивидуальностью» атомов, входящих в состав тела (поскольку атомы не обладают какой-либо индивидуальностью и, кроме того, непрерывно обновляются), ни структурной организацией нашего тела, т.е. получается, что индивидуальность вообще не определяется чем-либо «материальным», доступным для физического исследования.

Отметим далее, что «неудвоимость» «Я» уже сама по себе исключает возможность какой-либо внешней детерминации индивидуальности. В самом деле, если бы существовали какие-то внешние (т.е. отличные от самого «Я») факторы, способные при их сочетании породить конкретное «Я», то, очевидно, принцип «неудвоимости Я» был бы нарушен. Если эти факторы способны породить данное «Я» в одной точке пространства, то что, спрашивается, может помешать этим же факторам породить то же самое «Я» и в любой другой удаленной пространственной точке? Но в таком случае мы опять сталкиваемся с парадоксом «удвоенного Я».

Отсюда можно сделать вывод, что единственной причиной, способной породить конкретное «Я» может быть лишь само это «Я». То есть, «Я» - есть причина себя (causa sui). «Я», таким образом, есть нечто субстанциональное - оно само себя порождает и само поддерживает свое собственное существование во времени.

Субстанциональность, самодетерминированность «Я» очевидным образом исключает возможность возникновения, формирования или становления единичной индивидуальности. Если причиной моего существования могу быть лишь я сам, то это указывает на существование моего «Я» (по крайней мере, в какой-то латентной форме) до моего рождения. Если я существую сейчас, то это значит, что я существую от начала времен. Фактически здесь мы уже имеем весомый аргумент в пользу «бессмертия души»: если конкретное «Я» может возникнуть лишь само от себя, то, очевидно, оно уже в какой-то форме существовало до моего телесного рождения. Но в таком случае есть все основания надеяться, что это «Я» переживет и мою телесную смерть. Поскольку смерть не способна изменить те обстоятельства, которые сделали возможными само мое рождение, она не может уничтожить то «латентное» «Я», которое явилось причиной «рождения» моего «явного», телесно воплощенного «Я».

В связи с этим, следует различать «эмпирическое» «Я», непосредственно проявляющее себя в виде моей актуальной душевной жизни, и «метафизическое» «Я», являющееся глубинной «латентной» основой «эмпирического» «Я». Это метафизическое «Я», очевидно, нельзя отождествить с потоком актуальных переживаний в моей душе.

Непосредственная очевидность существования «метафизического» «Я» проистекает из того факта, что поток сознания может прерываться, временно «уничтожая» «эмпирическое» «Я», а затем восстанавливаться без потери себетождественности «Я». Мы имеем здесь в виду состояния обратимой комы, наркоза или сна без сновидений. В этих состояниях «эмпирическое» «Я» - в виде «потока сознания» - отсутствует, но нельзя утверждать, что данное конкретное «Я» вовсе перестало существовать. Ведь если бы «Я» полностью исчезало вместе с исчезновением «потока переживаний», то каким образом оно могло бы возродиться как «то же самое Я» после выхода из состояния субъективного небытия?

Поскольку, как мы установили выше, причиной существования «Я» может быть лишь само это «Я», то, очевидно, что «Я» в какой-то «скрытой», неявной форме продолжает существовать и в состояниях, когда наша актуальная духовная жизнь полностью угасает.

Субстанциональность «Я» делает бессмысленными проекты достижения индивидуального бессмертия путем «переселения» личности в компьютер или перенесения ее в виде некоторой информации на какой-то иной, искусственно созданный субстрат. Если наше «Я» - это что-то вроде компьютерной программы, то, очевидно, такую программу можно одновременно установить и запустить в действие сразу на нескольких компьютерах - но в таком случае мы снова сталкиваемся с парадоксом «удвоенного Я».

Неудвоимость «Я» исключает, также, возможность истолковать «Я» как совокупность «индивидуальных особенностей» психической организации конкретной личности, при условии, что эти особенности задаются конечным числом признаков и, следовательно, принципиально воспроизводимы, могут существовать в нескольких экземплярах.

По той же причине «Я» не может быть тождественно какой-либо конечной совокупности информации - ведь всякая конечная информация принципиально воспроизводима и размножима. (Отсюда вытекает ошибочность так называемого «информационного подхода» к решению психофизической проблемы), сторонники которого отождествляют индивидуальную психику (субъективную реальность) с конечной информацией, запечатленной в нейродинамическом субстрате).

Итак, мы видим, что идея «неудвоимости Я» предполагает независимость факта себетождественности нашего «Я» от каких-либо физических, химических, биологических и прочих телесных факторов. Но тогда и само «Я» также не является чем-то «материальным», не зависит в своем существовании ни от атомарного состава, ни от структуры и организации нашего тела и мозга. Поэтому и нет каких-либо научных и философских оснований не доверять тем упомянутым выше научным изысканиям (исследованиям медиумизма, реинкарнационных воспоминаний, а также исследованиям околосмертного опыта), которые дают нам основание полагать, что наша душа (Я) может пережить физическую смерть нашего тела.

Список литературы

  1. Хэнкок Г. Сверхъестественное. Боги и демоны эволюции. М.: Эксмо, 2007.
  2. Крэнстон С., Кери У. Перевоплощение. Новые горизонты в науке и религии. М., Сфера, 2001.
  3. Blanke Olaf, Dieguez Sebastian Leaving Body and Life Behind: Out-of-Body and Near-Death Experience // The Neurology of Consciousness. 2009. — P. 303-325.
  4. Корчмарюк Я.И. «Сеттлеретика» - новая междисциплинарная наука о «переселении» личности. URL: http://www.user.cityline.ru/~neurnews/nmatem/settler.htm
  5. Лем С. Сумма технологии. М.: Мир, 1996.
  6. Винер Н. Кибернетика и общество. М.: Издательство иностранной литературы, 1958.