В.П. Третьякова является одним из ведущих специалистов по неолиту Восточной Европы, научное наследие которого имеет непреходящее значение. Первоначальная тема его исследований была связана с культурой ямочно-гребенчатой керамики, памятники которой изучались им от территории от Прикамья до Прибалтики. Им было выдвинуто такое понятие, как «вариант культуры ямочно-гребенчатой керамики» и выделены варианты этой культуры в Волго-Окском бассейне. Здесь, по его мнению, существует крупная этническая область, которая включает в себя родственные культуры со своими особенностями [1].
С выделением такого понятия не согласилась Н.Н. Гурина, по мнению которой, применение термина «культура ямочно-гребенчатая керамика», на такой большой территории неправомерен, так как такая огромная территория не могла соответствовать одной культуре [2, С.18]. Следует отметить, что версия о едином происхождении всех культур ямочно-гребенчатой керамики с центром в области льяловских памятников была предложена еще М.Е. Фосс [3, с.173].
Концепция В.П. Третьякова получила развитие в работах В.В. Сидорова и В.В. Ставицкого. Они изучили материалы четырех вариантов в бассейне р. Оки: балахнинского, западно-мещерского, рязанского и восточно-мещерского. На основе чего им был сделан вывод, что материалы этих стоянок принадлежат одной культуре, но со своими особенностями [4, с. 108-130].
Таким образом, введенное В.П. Третьяковым понятие «вариант ямочно-гребенчатой культуры» и примененное им разделение территории памятников с ямочно-гребенчатой культуры стало альтернативной точкой зрения, в отличи от устоявшейся к 1970-м годам точке зрения, о выделении отдельных культур — балахнинской, рязанской, западно-мещерской, восточно-мещерской и других. Его взгляды на данную проблему оказала определенное влияние на исследования последующих лет [5].
Изучая стоянки Сурско-Мокшанского междуречья, В.П. Третьяков пришёл к выводу о неместном происхождении культуры ямочно-гребенчатой керамики, которая не могла возникнуть в этом регионе, поскольку её материалы по всем технико-типологическим характеристикам отличаются от гребенчато-накольчатой керамики [6]. Данная гипотеза была оспорена В.В. Ставицким [7; 8], но нашла поддержку у А.А. Выборнова и С.А. Кондратьева, которые продатировали ямочно-гребенчатую керамику региона более ранним временем, чем накольчатую [9].
Важное значение имеет позиция В.П. Третьякова по вопросам определения эпохальной принадлежности ряда культур переходного времени от неолита к энеолиту. В частности, он придерживался мнения о неолитической принадлежности к неолиту памятников азоводнепровской, нижнедонской, самарской и прикаспийской культур, что совпадает с точкой зрения Д.Я. Телегина. Несколько иная версия отстаивается Н.С. Котовой. По её мнению, ранние памятники днепровской и нижнедонской культуры относятся к эпохе неолита, а более поздние - к раннему энеолиту [10]. Впоследствии, точка зрения В.П. Третьякова получила поддержку со стороны ряда участников конференции: «Проблемы периодизации и хронологии в археологии эпохи раннего металла Восточной Европы» [11; 12].
Большое внимание в исследованиях В.П. Третьякова уделялось проблеме неолита Волго-Камского бассейна. По его классификации материалы стоянок Волго-Камья относятся к накольчатой и гребенчатой керамике. Он утверждал, что накольчатая группа является результатом переселения в эту местность с юго-запада [13]. Высказанная им точка зрения была поддержана Р.С. Габяшевым [14], но оспорена по целому ряду позиций В.В. Ставицким, который отметил отсутствие следов перемещения населения из Поднепровья на промежуточных территориях [15-17].
В рамках изучения камской культуры в 1980 г. на Верхней Суре В. П. Третьяковым и А. А. Выборновым была раскопана стоянка Подлесное IV, на которой, была найдена гребенчатая керамика, отнесенная ими к волго-камской культуре. К этой же культуре они отнесли и коллекцию накольчато-гребенчатой керамики со стоянки Подлесное V. На материалах стоянки Подлесное III А. А. Выборновым и В. П. Третьяковым было выдвинуто предположение о существовании в Посурье памятников с чисто гребенчатой керамикой, принадлежащей как Среднему Поволжью, так и Нижнему Прикамью [18].
Впоследствии, А. А. Выборновым и И. Б. Васильевым материалы стоянок Подлесное III и IV были отнесены к средне-волжской культуре [19]. Компромиссная позиция по этому вопросу высказана В.В. Ставицким, который накольчато-гребенчатую керамику отнес к средневолжской культуре, а гребенчатую к камской [20]. Материаалы стоянки Подлесное III, по его мнению, близки к верхеволжской культуре [21]. После новых исследований стоянки Подлесное V, материалы данного памятника были соотнесены со средневолжской культурой [22].
Проанализировав гребенчато-прочерченную керамику Левобережной Украины и гребенчато-накольчатую керамику Сурско-Мокшанского междуречья Третьяков В.П. пришел к выводу, что в раннем неолите в междуречье Днепра и Волги существовали две близкие группы поселений [6]. Данная точка зрения не получила признания и была пересмотрена, сравниваемые им группы памятников принадлежат к двум разными керамическими традициями.
Вслед за А.Х. Халиковым [23], Третьяков В.П. отставал гипотезу происхождении волосовской культуры на основе неолитических камско-уральскх древностей. Исследователь утверждал, что впитав в себя некоторые черты красномостовского типа в Среднем Поволжье, имеркского в междуречье Суры и Мокши и протоволосовского в Волго-Окском бассейне, волосовские племена далее распространились по всей территории Европейской части СССР [6].
С этой гипотезой происхождения волосовцев не соглашается В.В. Сидоров, по мнению которого, волосовская культура возникла на базе валдайской неолитической культуры [24, с. 164-182]. По мнению В.В. Ставицкого, волосовская культура это чисто лесное явление, поэтому присурские памятники к ней не относятся [25]. Радиоуглеродные датирования энеолитических материалов Посурья показали, что на данной территории те признаки, которые исследователи считают волосовскими, появляются раньше, чем в центре распространения волосовских древностей [26].
Особенно важные открытия были сделаны В.П. Третьяковым во время исследований стоянок Имерского озера. При проведении раскопок на стоянках Имерки III и Имерки V, В.П. Третьяков и А.А. Выборнов предположили, что памятники с этих стоянок относятся к периоду IV в. до н. э. На материалах поселения Имерка V была выделена новая имеркская культура. При раскопках стоянки Имерка VII была вскрыта часть ранненеолитческого жилища. При исследованиях поселения Имерка IIIА было обнаружено, что в прибрежной части памятника находки гребенчато-накольчатой керамики находится выше ямочно-гребенчатой. Этот факт они объясняли тем, что слои залегали в обратном порядке за счёт береговых осыпей [27; 28].
Исследования В.П. Третьякова были направлены не только на систематизацию и определение культурной принадлежности неолитических материалов Европейской части СССР, но и на выявление целого ряда закономерностей развития данных древностей. Опираясь на свои исследования, а также на лингвистические и этнографические данные, исследователь пришел к выводу о возможности введения такого понятия как «археологическая непрерывность». Этот вывод был сделан на основе анализа кремневых орудиях труда, которые обладают значительной степенью сходства на памятниках разных культур, вне зависимости о тих культурной принадлежности [6]. Работоспособность обоснованного им метода нашла подтверждение в ряде работ других исследователей. Принцип «археологической непрерывности» был прослежен А.А. Выборновым на примере материала поселения Озименки II в Примокшанье и стоянки Подлесное IV в Посурье [29].
При работе с керамикой В.П. Третьяков нередко использовал вычисление коэффициентов родственности между керамическими коллекциями. Метод заключался в сравнении мотивов орнамента керамики. Этот метод был впервые применен исследователем в 1982 году при изучении неолита Верхнего Подонья и позднее Черкасского Поднепровья. На основе статистических подсчетов мотивов орнамента В.П. Третьякову сделал вывод, о степени близости этих стоянок, и что верхнедонские материалы следует рассматривать в качестве одного из территориальных вариантов днепро-донецкой культуры [6]. Впрочем, сделанные им выводы были оспорены рядом исследователей днепро-донецкой культуры [30]. Позже было установлено, что при соблюдении ряда условий методика вычесления коэффициентов родственности между керамическими коллекциями может применяться для проведения сравнения материалов с неолитических стоянок.
О непреходящем значении научного наследия В.П. Третьякова свидетельствует недавняя конференция, посвященная его юбилей. На ней исследователи из России и ряда городов зарубежья обсудили вопросы, связанные с развитием творческого наследия Виктора Петровича Третьякова.