Право на жизнь и личную неприкосновенность человека признаны мировым сообществом и гарантируются Конституцией Российской Федерации. При этом кризисные явления в экономике, рост безработицы, снижение жизненного уровня населения, значительное расслоение общества способствует развитию преступности. В данных условиях все чаще обсуждается вопрос о расширении возможностей легального приобретения оружия в целях самозащиты населения, но оправданно ли это в условиях современности? Использование огнестрельного оружия является одним из особо опасных способов совершения преступлений. Особенностью незаконного оборота огнестрельного оружия является то, что он не только представляет большую общественную опасность, но и создает условия для совершения тяжких и особо тяжких преступлений.
В 2015 году мировой рынок вооружений вырос на 10% и достиг объёма 65 миллиардов долларов против 58,4 млрд. годом ранее{1}.
По данным Министерства внутренних дел России в 2015 году количество выявленных преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, по сравнению с 2014 годом увеличилось на 2,4% и составило 26,9 тыс., количество выявленных фактов хищения и вымогательства оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств возросло на 9,1% (1,6 тыс. фактов).
В 2015 году с использованием огнестрельного оружия совершено 6,9 тыс. преступлений (-4,9%). Наибольшее количество зарегистрированных преступлений данной категории отмечается в Республике Дагестан (357), Свердловской области (298), г. Москве (266), Московской области (235), Краснодарском крае (231) {2}.
Осознавая опасность преступлений, связанных с незаконным оборотом огнестрельного оружия, государство на законодательном уровне стремится к ограничению доступа населения к огнестрельному оружию, в том числе и к возможности его незаконного приобретения. При этом, как на законодательном уровне, так и в сфере правоприменительной практики, существуют проблемы, которые требуют своего решения. В условиях современности, когда повышенный спрос на приобретение огнестрельного оружия проявляется организованной преступностью, международными экстремистскими и террористическими организациями, выявляются всё новые и наиболее опасные виды и варианты совершения такого деяния и новые источники приобретения оружия. Так, если ранее основными источниками поставки на рынок нелегального оружия для данных криминальных структур являлись: военные склады и арсеналы силовых структур, то в последние годы активно заработали подпольные оружейные мастерские на территории России, увеличились потоки контрабандного оружия из стран ближнего и дальнего зарубежья и зон военных конфликтов, передача оружия странами блока НАТО (Болгария, Германия, США) {3}. Появление данных источников вызвало развитие и новых, более сокрытых от контроля и изощрённых способов приобретения больших партий огнестрельного оружия, в том числе покупка их через систему ТОР сети Интернет, обмен для маскировки через международные офсетные и другие сделки на иные товары. Полагаю, что данные способы приобретения и сбыта огнестрельного оружия должны быть включены в систему квалифицированных составов ст. 222 УК РФ для наложения повышенной уголовной ответственности за данные виды деяния.
На протяжении существования Российского государства отношение законодателя к огнестрельному оружию и правовая оценка действий с ним претерпели значительные изменения: от обычного предмета быта и элемента статуса до предмета повышенной опасности. В связи с тем, что оружие становилось все более разрушительным, вводились новые ограничения в отношении ряда деяний с ним. Несмотря на то, что законодательство после 1917 года претерпело значительные трансформации, общие тенденции относительно установления ответственности за опасные деяния с оружием остались неизменными. Проводилось последовательное ограничение оборота оружия с целью оградить государство и общество как от умышленного его использования при совершении преступлений, так и от причинения вреда от неосторожного обращения с оружием. Ношение оружия было дозволено лишь лицам в силу их служебных обязанностей.
Можно выделить в уголовном законодательстве России три основных направления в формировании уголовной ответственности за незаконные деяния с оружием. Во-первых, это нормы, посвященные государственным преступлениям и содержащие составы преступлений, связанных с вооруженным сопротивлением существующему политическому строю либо наносящих вред государственной власти. Во-вторых, общеуголовные преступления, а именно - незаконные деяния по обороту оружия, а также его применению как отягчающего обстоятельства иных преступлений. В-третьих, преступления против военной службы, связанные с отказом действовать оружием либо с нанесением ущерба обороноспособности государства в системе преступлений против мира и безопасности человечества. Но в условиях современности внимание законодателя должно привлечь не только исследование международных правовых документов, ограничивающих незаконный оборот огнестрельного оружия, но и лучшие, более современные аналоги уголовного законодательства зарубежных в данном отношении. Сравнительный анализ зарубежного и отечественного уголовного законодательства позволяет выявить положительные моменты, которые могут быть реализованы в УК РФ в порядке имплементации. Так, при дифференциации наказания за незаконный оборот оружия необходимо принимать во внимание, что в зарубежных аналогах уделяется внимание сфере оборота оружия, его количеству, а также целям совершения незаконных деяний, связанных с владением или торговлей{4}. К отягчающим или смягчающим наказание обстоятельствам, по ситуации, относится не только вред от непосредственно применение оружия при совершении преступления, но и характер угрозы его применения, исходящей изначально от источника, цели и субъекта приобретения, характерных для условий современности{5}.
Наибольший интерес представляет в данном отношении уголовное законодательство Испании. Так, в системе действующих правовых норм об ответственности за незаконный оборот оружия (ст. 563-570 УК Испании) предусматривается повышенная уголовная ответственность за незаконный оборот оружия, не имеющего фабричных знаков или переделанного с изменением его первоначальных характеристик, а также приобретаемого и сбываемого с преступной целью. Аналогичная повышенная ответственность предусмотрена и по субъекту их совершения: не только для должностных лиц, контролирующих оборот оружия или его производство, но и для лиц, входящих в преступные объединения. При этом для «организаторов и зачинщиков» предусматривается наказание до 10 тюремного заключения, тогда как для остальных соучастников до 5 лет {6}. С учётом существующей в России обстановки активизации организованной преступности в структуре криминального бизнеса, связанного с незаконным оборотом огнестрельного оружия, в содержание квалифицирующих признаков ст. 222 УК РФ также необходимо ввести повышенную уголовную ответственность за незаконное приобретение и сбыт огнестрельного оружия, совершённые преступным сообществом.
Не менее значимым является и уточнение в диспозиции ст. 222 УК РФ содержания понятия предмета преступления – огнестрельное оружие. В документах международного законодательства и зарубежных аналогах уголовного законодательства (например, в ст. 125 УК КНР {7}) данный вид оружия определяется как стрелковое оружие. В РФ принят и введён в действие ГОСТ 28653-90 «Оружие стрелковое. Термины и определения». Этим документом предписывается строгое использование установленных терминов для применения во всех видах документации, в том числе и понятия «стрелковое оружие». Под ним понимается оружие калибром менее 20 мм, предназначенное для метания пули, дроби или картечи{8}.
Предложенные способы улучшения законодательной конструкции ст. 222 УК РФ окажут положительное влияние на состояние правоприменительной практики противодействия незаконному обороту огнестрельным оружием.