Диалог в институциональной среде взаимодействия государства и гражданского общества: поиск решений

NovaInfo 58, с.206-210
Опубликовано
Раздел: Экономические науки
Просмотров за месяц: 0
CC BY-NC

Аннотация

Статья рассказывает о современных тенденциях становления коммуникационного диалога между органами государственной власти и институтами гражданского общества. Рассматриваются проблемы и противоречия, складывающиеся в процессе взаимодействия власти и общества. Дается оценка роли каждого актора в обеспечении равноправного диалога государства и социума.

Ключевые слова

ВЛАСТЬ, ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ, КОММУНИКАЦИЯ, ДИАЛОГ, ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО, ИНСТИТУТ, ДЕМОКРАТИЯ, ГОСУДАРСТВО

Текст научной работы

В течение последних десятилетий Россия пытается осуществить масштабное переустройство, реформирование всех основных сторон социальной системы. Если посмотреть на суть проводимых преобразований, то они нацелены прежде всего на достижение высокого уровня материального и духовного благосостояния народа, на обеспечение устойчивости социально-политической системы и ее способности к прогрессу, на укрепление авторитета России на международной арене.

Процесс преобразований носит комплексный характер, затрагивая как сферу государственно-политической власти, так и сферу гражданского общества.

На сегодняшний момент как на федеральном, так и на региональном уровне государством созданы значительные условия для налаживания коммуникационного взаимодействия с институтами гражданского общества: сформирована необходимая нормативно-правовая база, созданы механизмы для эффективного взаимодействия (Общественные палаты, институт Уполномоченных), используются инновационные инструменты для коммуникаций с обществом и т.д.

Таким образом, несмотря на доминирующий в современных исследованиях гражданского общества акцент на изучении неблагоприятной для его развития «внешней» среды, необходимым представляется рассмотреть и те проблемы, которые имеют корни в самих структурах «третьего сектора», в их способности/неспособности выстраивать отношения с органами государственной власти.

Вследствие вышеуказанного, развитие диалога между властью и обществом требует не только повышения открытости госслужащих, но и активности гражданского общества. Социологически опросы показывают, что активность граждан все еще остается на низком уровне.

За последние 15 лет (согласно социологическому опросу, проведенному ФОМ в сентябре 2015 г.) осведомленность населения о гражданском обществе показывает положительную динамику – доля тех, кому знакомо это понятие, увеличилась на 8 % (с 44% в 2001 году до 52% в 2015 году). Однако 33% участников опроса заявили, что слышат словосочетание «гражданское общество» впервые.

Также со временем сокращается доля тех, кто считает, что в России нет гражданского общества (с 33% в 2007 году до 13% в 2015 году), но доля граждан, которые не смогли дать какого-либо ответа остается наибольшей, составляя в 2015 г. 56%.

Соответственно, власть выражает готовность предоставлять информацию, необходимую для общественного контроля, площадки взаимодействия с общественными организациями, с гражданскими инициативами. Но главное, чтобы эти площадки в итоге использовались гражданами.

Участие гражданского общества в коммуникационном взаимодействии с властными структурами имеет, как правило, ситуативный, несистемный характер. В основном преследуются утилитарные цели: решение отдельной острой проблемы в конкретной социальной сфере. Системного, созидательного участия, как такового, нет. Поступает незначительное количество гражданских инициатив по вопросам долгосрочного стратегического развития территорий. Наблюдается слабая электоральная активность и заинтересованность в управленческо-административных вопросах.

Растёт доля протестной, ситуативной активности как в форме объединений, так и в форме отдельных мероприятий прямого действия: акции, митинги, пикеты. Достаточно широко применяются формы низовой самоорганизации, движения «одного требования»: движения обманутых пайщиков, объединения дольщиков жилищных пирамид. Граждане зачастую предпочитают сплотиться в протестное движение, нежели обратиться в органы государственной власти с целью решить возникшую проблему. Такой подход обусловлен укоренившимся у населения восприятием представителей власти как антагонистов, а не как партнёров и союзников.

Отсюда одна из причин низкой гражданской активности – недоверие граждан к власти, более того − почти половина населения страны (46%) убеждены в том, что эффективных способов отстаивания своих интересов в общении с властью в России не существует.

Еще одним серьезным барьером на пути развития общественной активности является низкая правовая культура российских граждан. Граждане не знают своих прав и алгоритмов действий в случае их нарушения, не знают законов и особенностей судебных процедур и чаще всего заранее отказываются от борьбы (в любых ее формах – от судебного разбирательства до политического давления и коллективного действия).

Кроме вышеперечисленного, низкая гражданская активность во многом обусловлена ценностными ориентирами общества, так как на современном этапе оно дезинтегрировано, разобщено и погружено в стихию рыночных отношений. Так, в массовом сознании основными ценностями признаются индивидуализм, эгоизм, безусловное доминированию материального над духовным, порицание и даже полное отрицание коллективного взаимодействия. Особенно сильно данная тенденция проявляется в молодежной среде, которая ориентирована на карьеру и считает общественную деятельность затратной и бесперспективной.

Вторым компонентом проблемы налаживания равноправного диалога власти и общества является низкий престиж общественной деятельности.

В «третьем секторе» занято всего около 1,1% трудоспособных граждан, что крайне мало для страны с такой численностью населения. Для сравнения, в развитых странах этот показатель составляет в среднем 7,1%.

Зачастую население не информировано о деятельности общественных организаций и ассоциирует их с государственными учреждениями. Такое положение дел, по сути, означает отрыв общественных объединений от своей социальной базы. Как следствие, многие организации либо распадаются, либо начинают имитировать социальную поддержку, либо перепрофилируются в узкие «экспертные» организации, а их лидеры переходят в структуры власти, в политику, в бизнес и т.д.

Очевидна прямая зависимость между осведомленностью населения о деятельности общественных объединений и вовлечением в нее. Чем больше граждан вовлекаются в различные проекты НКО, тем больше знания о том, как они функционируют.

Проблема коммуникационного взаимодействия власти и гражданского общества усугубляется еще и в связи с отсутствием у участников общественных организаций необходимых для эффективной работы знаний и навыков. Сами представители организаций «третьего сектора» остро ощущают общий недостаток знаний и профессионализма у лидеров и участников общественных объединений: отсутствие у них гражданского и правового образования, слабую финансовую грамотность, нехватку менеджерских и переговорных навыков, а порой и неспособность выполнять функции социального модератора. В частности, общественные организации не умеют вовремя привлекать к своей деятельности профессионалов – юристов, социологов, бизнесменов, заниматься поиском новых источников финансирования, фиксировать эффект от своей деятельности и ее результативность и т.д. Соответственно, активисты и руководители НКО по большей части относятся к категории «интуитивных лидеров», поскольку они не имеют возможности приобрести необходимый опыт организации совместных действий, навыки переговоров, публичных выступлений, подготовки обращений и т.д.

Не менее важным барьером, препятствующим развитию эффективного диалога государства и общества, является общая установка власти в отношении общественных организаций, которая стремится контролировать сферу гражданских инициатив и общественных организаций.

Институционализация диалога государства и гражданского общества осуществляется главным образом с помощью Общественной палаты. Однако вклад данного института в развитие гражданского участия очень ограничен, а нередко – имитационен. Дело в том, что порядок формирования этого образования определен таким образом, что в сферу официального дискурса государства и социума попадают лишь тщательно самой властью отобранные, лояльные ей представители гражданского общества. Анализ опыта создания общественных палат на региональном уровне свидетельствует, что эти структуры не являются самостоятельными и образуются при губернаторах либо законодательных собраниях соответствующих регионов. Состав Общественных палат нередко утверждается главой региона, а в ряде случаев губернаторы лично возглавляют созданные при них Общественные палаты. В состав некоторых Общественных палат входят представители органов государственной власти, хотя это явно несовместимо с целями этих формирований, приводит к их смешению с органами государственной власти, не позволяя отнести к полноценному институту гражданского общества. Данное обстоятельство ведет к произвольному ограничению числа возможных акторов диалога государства и гражданского общества.

Кроме того, даже такая форма взаимодействия власти и общества как финансовая поддержка, зачастую, является недейственной. Это объясняется избирательностью поддержки, которая оказывается лояльным организациям, а предпочтение отдается инициативам в социальной сфере, тогда как деятельность и возможности общественно-политических и правозащитных организаций, как правило, ограничиваются.

В качестве вывода следует указать, что ответственность за неэффективность коммуникационного взаимодействия между гражданским обществом и властью лежит не только на властных структурах. В некоторых регионах они выстраивают достаточно полезное взаимодействие с теми НКО, которые откликаются на предложения о сотрудничестве и полемике. Однако информация о существовании тех или иных каналов коммуникации зачастую остается невостребованной, а активисты общественных организаций нередко не хотят следовать установленным процедурам.

Таким образом, эффективность и результативность взаимодействия гражданского общества и государства находится в центре повышенного внимания. На современном этапе в практике взаимодействия власти и институтов гражданского общества прослеживается тенденция к переходу от патерналистской модели к модели партнерского взаимодействия. Но этот путь сопряжен с рядом проблем, становящихся по отношению к институтам гражданского общества как внешними, так и внутренними барьерами, наряду с которыми имеют место вопросы, решение которых требует консолидации сил и государства, и гражданского общества. В силу этого, сложившиеся реалии заставляют задуматься о стратегии организации диалога теми акторами, которые стремятся к достижению подобного социального идеала, в ситуации нежелания или неготовности налаживания диалога другими сторонами.

Читайте также

Список литературы

  1. Дзгоева Д.Т. Открытость власти как фактор эффективности политической коммуникации в системе отношений «Власть - общество» // Управленческое консультирование. - 2015. - №8 (80).
  2. Ишкинеева Ф.Ф. Роль информационно-коммуникационных технологий в организации эффективного взаимодействия власти и общества // Вестник ЧелГУ. - 2013. - №21 (312).
  3. Москвин Л. Б. Власть и общество: проблема доверия // Власть. - 2011. - №9.
  4. Ткаченко Д.Н. Гражданское общество и власть: механизмы взаимодействия, социальный диалог // СТЭЖ. - 2011. - №13.

Цитировать

Бутенко, О.А. Диалог в институциональной среде взаимодействия государства и гражданского общества: поиск решений / О.А. Бутенко. — Текст : электронный // NovaInfo, 2017. — № 58. — С. 206-210. — URL: https://novainfo.ru/article/10838 (дата обращения: 21.01.2022).

Поделиться