«Старообрядческий вопрос» в российской империи

№65-1,

исторические науки и археология

С момента проведения государственно - церковной реформы перед правительством сразу же остро встал «старообрядческий вопрос». Его решение затянулось более чем на два столетия. Сложившееся отношение к старообрядцам, как к преступникам, злоумышленникам, помышляющим подорвать мощь государства, было настолько сильно и пустило такие глубокие корни, что наделение старообрядцев определенными правами произошло лишь в 1905г. с изданием закона «О веротерпимости» от 17 апреля. 17 октября того же года последовал Высочайший манифест, устанавливающий в России «незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов».

Похожие материалы

С момента проведения государственно — церковной реформы перед правительством сразу же остро встал т. н. «старообрядческий вопрос». Его решение затянулось более чем на два столетия.

Период 1666 — 1762гг. характеризуется политикой особой жестокости властей по отношению к старообрядцам. Церковные Соборы 1666 — 1667г. поддержали реформу и осудили всех, кто придерживался старых обрядов, как еретиков и раскольников, отлучая от церкви и предавая анафеме. Отлучение от церкви автоматически приводило человека в статус «вне закона» и подвергало жестокому наказанию. Еще по «Уложению» царя Алексея Михайловича 1649 г. за преступления против веры и еретичество полагалась смертная казнь. В дополнение этому приговору в 1685 г. царевной Софьей были изданы «12 статей», которые предписывали: «раскольников и лиц, оговоренных как распространителей раскола, пытать, а тех, кто стоять будет в пытке упорно и покорение Святой церкви не принесут и жечь в срубе и пепел развеять».

Взгляд на старообрядцев как на еретиков и злодеев был тут же усвоен и развит всеми официальными церковными полемистами на протяжении всей истории старообрядчества. В специальной литературе они обосновывали необходимость анафемы и казней. Об этом писали Игнатий Тобольский, Дмитрий Ростовский, Митрополит Стефан Яворский в своем обличительном сочинении «Камень веры» писал: «иного на еретиков …которые паче разбойников душу убивают и в царстве мятеж всенародный торят врачевания нет паче смерти» и т. д.

Епископ нижегородский Питирим, считая борьбу со старообрядцами своим «нужнейшим пастырским делом», издал руководство по борьбе с «расколом», в котором доказывалась необходимость физического уничтожения старообрядцев: «еретика убити молитвою или руками едино есть». В своей служебной записке Петру I, епископ Питирим, писал: «старообрядцы — церковные мятежники, государственные преступники, которые благополучию государственному не радуются». Исходя из данных заключений, он предлагал императору уничтожить все «тайные поселения раскольщиков», а их самих наказывать. Митрополит Сибирский Филарет Лещинский, также питая «лютую неприязнь» к «церковным противцам», рекомендовал Петру I: «церковных раскольников, отступивших от святой церкви и в упрямстве необратно стоявших — истребляти; а прочих, где явятся, всякими наставлениями приводить до соединения святой церкви, а непокорящихся — домы их разгробляти на великого государя, а их смерти предавати» [1, с. 47].

Петр I видел в старообрядцах главных врагов своих нововведений. Взгляд на старообрядцев, как на государственных преступников был официально утвержден в 1720г. Первый Российский император постановил: «раскольники — есть лютые неприятели, государству и государю непристанно зломыслящие, а поэтому подлежат такой казни, как противники власти» [2, с. 37]. Петр I активно усвоил и развил практику «борьбы с расколом» от своих предшественников: при нем была сформирована основа «антираскольнической законодательной базы», имевшая своей целью строгое преследование старообрядцев. Рассматривая старообрядцев, прежде всего, как «неугодный и чужеродный элемент» для Российской империи, Петр I при этом, сумел использовать и их в имперских целях — старообрядцы были обложены двойным подушным окладом.

Единственным и исключительным способом «борьбы с расколом» для светских и церковных властей, в указанный период, служили репрессии. По словам одного из первых отечественных исследователей староверческого движения А. С. Пругавина в этот период «беспощадные пытки, бесчисленные, мучительные казни следуют длинным, беспрерывным рядом. Раскольников ссылали, заточали в тюрьмы, казематы и монастыри …кровь лилась рекой. Все первые вожаки и предводители раскола умерли на плахе, сгорели в срубах, исчахли в заточениях. …все, что только могло изобрести человеческое зверство для устрашения, паники и террора,- все было пущено в ход» [3, с. 31]. Так же стоит упомянуть падение Соловецкого монастыря в 1676 году, казнь Пустозерских страдальцев в 1682 г, разгрома в 1720-х Керженских скитов, разгром старообрядческого центра «Ветка» в 1735г.

Определенным «индикатором» проводившейся властью в отношении старообрядцев политики истребительного характера послужили многочисленные «гари» (добровольные самосожжения), проводившиеся по всей стране.

Период 1762 — 1825гг. в историографии характеризуется как период «либерализации политики государства по отношению к расколу». Однако, «либерализация» имела вынужденный характер и ее основными причинами явились, в первую очередь, внешнеполитические и фискальные интересы имперского государства. В это время старообрядцы в индивидуальных случаях получили отдельные временные уступки. В этом же году издается Манифест Екатерины II о прекращении судебных и следственных дел над старообрядцами: «по раскольническим делам содержащихся до сего освободить, а начатые следствия оставить». Весте с этим, издается указ «о мерах по предотвращению самосожжений». Эти меры, на первый взгляд, явно гуманного характера, были продиктованы «прискорбным уменьшением податного населения империи», как следствие самосожжений и побегов старообрядцев. Действительно, побеги, либо «гари», исчисляемые от нескольких десятков, до тысячи человек, являлись настоящей хозяйственно — экономической катастрофой для новых, осваиваемых империей территорий (в частности, Сибири).

В 1762г. Сенат на основании манифеста Екатерины II издал указ, которым приглашал возвратиться добровольно в отечество русских староверов, бежавших в Польшу от государственных преследований. Добровольно возвратившимся прощались им их «грехи», давалась льгота от всяких податей и работ на шесть лет, по истечении которых они наравне со всеми остальными старообрядцами подчинялись установленному Петром I двойному податному окладу. Часть «поляков» пришла добровольно (многие из них были поселены на Иргизе, который позже превратится в крупнейший старообрядческий центр), остальные были выселены силой. Высланные «поляки» селились на правах государственных крестьян, с обязательством платить двойной оклад. В результате добровольной и принудительной выселки из районов «Ветка» и «Стародубье» старообрядцы были расселены в Забайкалье (семейские) и на Алтае (поляки).

В 1791г. последовал указ Екатерины II «о даровании каменщикам желавших сделаться гласными правительству, готовых платить подати и помогать в обороне края русского подданства» и простить им их «вины». Вместе с прощением староверы освобождались от рекрутчины, от подушной подати, замененный ясаком, и имели право свободы старообрядческого вероисповедания.

Указы Екатерины II, как и последующие, предоставляющие староверам «частичные права» ни в коем случае не меняли отрицательного отношения к ним. «Милостивая» политика была вызвана колонизационными стремлениями имперского правительства, которое усмотрело в староверах прекрасных колонистов, способных производить сельхозпродукты «там, где их не хватает». Здесь учитывались интересы алтайской горнозаводской промышленности и интересы внешнеполитического характера. Главная цель заселения поляков — развитие хлебопашества для нужд горного дела.

«Каменщики», поселившиеся в верховьях Бухтармы и Катуни (с 1760-х гг.) основали ряд поселений и положили начало старообрядческим населенным пунктам в горном Алтае. В то время это была нейтральная территория с Китаем. Начав первыми осуществлять культурное и хозяйственное освоение региона, беглецы закладывали основу для будущей прочной колонизации этого богатого края русскими людьми, выполняли пригранично-охранительные функции.

1825–1855гг. — период правления Николая I. Правительство Николая I отменяются все уступки и послабления Екатерины II. В николаевскую эпоху старообрядцы были поставлены вне рамок общего имперского законодательства. Правительство видело в них исключительно главных идеологов религиозно-социального бунта, способных дестабилизировать устои самодержавно — имперского государства. В процесс «борьбы с расколом» в это время активно включается и Министерство внутренних дел. Преследования старообрядцев вызвали массовое бегство.

В 60е гг. XIX в. ситуация в стране изменилась настолько, что возвращение старообрядцам определенных гражданских прав не исключая более менее беспрепятственного отправления конфессиональных служб стало неизбежным. Издаются либеральные законы 19 апреля 1874г. и 3 мая 1883г. Однако они применялись только в отношении незначительной части старообрядцев. Вплоть до конца XIX в. старообрядчество по-прежнему продолжало оставаться бесправным, даже сравнительно с иностранными религиями.

Сложившееся отношение к старообрядцам, как к преступникам, злоумышленникам, помышляющим подорвать мощь государства, было настолько сильно и пустило такие глубокие корни, что наделение старообрядцев определенными правами произошло лишь в 1905г. с изданием закона «О веротерпимости» от 17 апреля. 17 октября того же года последовал Высочайший манифест, устанавливающий в России «незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов».

Список литературы

  1. Грекулов Е. Ф. Православная инквизиция в России. М.,1964. 167с.
  2. Покровский Н. Н. Антифеодальный протест урало – сибирских крестьян – старообрядцев в XVII в. Новосибирск, 1974. 392с.
  3. Пругавин А. С. Раскол и сектантство в русской народной жизни. М. 1905. 94с.