Развитие государства и государственно-правовой системы — процесс продолжительный и достаточно сложный. Одна из задач современной России сегодня состоит в укреплении демократических правовых устоев, создании основ для государства социального благоденствия [3, с. 3-4]. Представляется, что решение данной задачи связано с решением проблемы роста преступности в стране [4, с. 88]. Помимо этого достаточно остро стоит вопрос процессуальной легализации полученных доказательств при производстве ОРМ на этапе предварительного расследования совершенного преступления [8, с. 130-131].
Ранее, до 2003 г. уголовно-процессуальный закон не подразумевал понятия «результаты ОРД», оно даже не сформулировано в ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», хотя в нем есть отдельная норма (ст. 11 данного закона), предусматривающая их использование.
Использование результатов оперативно-розыскной деятельности возможно при проведении оперативно-розыскных мероприятий. Оперативно-розыскных мероприятий можно привести в пример множество. Например: в выявлении, предупреждении, пресечении и раскрытии преступлений; выявлении и установлении лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, а также для розыска лиц, которые скрылись от органов дознания, следствия и суда, которые уклоняются от исполнения наказания и без вести пропавших, имущества, подлежащего конфискации. Так же могут быть основанием и поводом в возбуждении уголовного дела; использовании для подготовки и осуществления следственных и судебных действий; использоваться в доказывании по уголовным делам [9].
На наш взгляд, результаты оперативно-розыскной деятельности не могут быть использованы в качестве доказательств по той причине, что законодательно предусмотренные форма и порядок их получения отличаются от уголовно-процессуальных доказательств. Как отметил в одном из своих решений Конституционный Суд РФ, результаты оперативно-розыскных мероприятий — не доказательства, а только сведения об источниках тех фактов, которые, получены при соблюдении требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», могут быть доказательством лишь после закрепления их необходимым процессуальным путем, точнее на базе требуемых норм уголовно-процессуального закона. Как отмечал Р.С. Белкин, «проблема использования оперативной информации в доказывании сводится к проблеме придания процессуального статуса источникам информации» [1].
Остановлюсь на рассмотрении трех составляющих результатов ОРД, которые представляются в использовании по доказыванию уголовных дел:
- собирать доказательства, которые удовлетворяют требованиям УПК, предъявляемым к доказательствам в целом, к соответствующим видам доказательств [10];
- содержать сведения, которые имеют значение в установлении обстоятельств, что подлежат доказыванию уголовного дела, указания на ОРМ, при осуществлении которых собраны предполагаемые доказательства [7];
- содержать данные, которые позволяют проверить в условиях уголовного судопроизводства доказательства, что сформированы на их базе.
Не менее важную составляющую занимает эффективность использования данных оперативно-розыскной деятельности в сообщении о результатах оперативно-розыскной деятельности и иных представляемых материалах.
Например, как для правильного применения сведений, так и для некоторых ОРМ законом сформированы специальные условия их проведения. Следовательно, должны соответствовать статье 6 Закона об ОРД, наименование оперативно-розыскного мероприятия, в итоге которого сформированы сведения. Так же немало важно понимать, какие именно сформированы сведения, которые имеют значение для дела. Кем сформированы сведения, иными словами кто осуществлял ОРМ и кто в нем принимал участие (оперативный сотрудник, а также лица, которые оказывают ему содействие, которые при необходимости и соблюдении неких условий могут допрашиваться как свидетели), и при каких именно обстоятельствах они сформированы [2]. Только при наличии таких данных можно реально обеспечить проверяемость представленных сведений.
Нельзя так же забывать о технических средствах (аудио- или видеозаписи, фото- или киноматериалы и т.п.), использование которых предусмотрено ч.3 ст.6 Закона об ОРД. Если при проведении оперативно-розыскных мероприятий применялись такие средства и представляются результаты их использования, то должны быть точно перечислены технические характеристики данных средств [6].
Так же хотелось обратить внимание на вовлечение результатов ОРД в уголовный процесс. Собирание доказательств в ходе уголовного судопроизводства реализуется посредством производства следственных и других процессуальных действий, которые предусмотренны УПК РФ. К иным процессуальным действиям относятся истребование и представление предметов и документов, которые необходимы для вхождения в уголовный процесс не только предметов и документов, полученных подозреваемым, обвиняемым, защитником, потерпевшим и т.д., но и результатов ОРД. Орган, осуществляющий ОРД, должен предоставить следователю предметы и документы, полученные в ходе ОРД, для приобщения к материалам уголовного дела. Так же и сам следователь вправе истребовать данные, предметы и документы у органа, осуществляющего ОРД.
Стоить заметить, что для представления результатов ОРД, полученных при проведении проверочной закупки, контролируемой поставки или оперативного эксперимента, следует приложить постановление о проведении данного оперативно-розыскного мероприятия, которое утверждено руководителем органа, осуществляющего ОРД. В случае представления результатов ОРД, полученных при проведении оперативно-розыскных мероприятий, которые могут ограничивать конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, телеграфных, почтовых и иных сообщений, которые передаются по сетям почтовой и электрической связи, а также право на неприкосновенность жилища, следует приложить копии судебных решений об осуществлении оперативно-розыскного мероприятия.
Дознаватель, следователь либо суд должен иметь возможность проверить полученные в результате осуществления ОРД сведения, и только после этого трансформировать их в ту форму, которую УПК РФ предусматривает для доказательств
В связи с этим следует помнить об одном из важнейших аспектов теории доказательств — институте допустимости доказательств, который, по сути, представляет собой систему требований, предъявляемых к форме доказательств и определяющих их процессуальную пригодность для доказывания. При этом основная норма о допустимости доказательств выведена законодателем на конституционный уровень (ст. 50 Конституции РФ), а также продублирована в уголовно-процессуальном законе (ст. 74, 75 УПК РФ). Согласно ей доказательства, полученные с нарушением требований федерального законодательства, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, входящих в предмет доказывания.
В-третьих, для эффективного использования результатов ОРМ в доказывании по уголовным делам необходимо соблюдать и проверять соблюдение нормативных положений, которые закреплены не только в ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и УПК РФ, но и в других правовых актах (например, в ФЗ «О статусе судей в Российской Федерации», «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и др.), и использовать их во взаимосвязи.
Приведем пример из практики. В ходе рассмотрения одним из городских судов Ставропольского края уголовного дела в отношении адвоката С. было установлено, что акты оперативного эксперимента, осмотра и пометки денег, а также добровольной выдачи денег являются недопустимыми, поскольку были получены с нарушением требований ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Согласно п. 3 ч. 1 ст. 8 названного Закона проводить оперативно-розыскные мероприятия и следственные действия в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) можно только на основании судебного решения. Однако такое решение получено не было. При этом допрошенный в качестве свидетеля руководитель оперативной группы в судебном заседании пояснил, что при проведении в отношении С. оперативно-розыскных мероприятий он не знал, что последний является адвокатом.
Еще один пример. Согласно ч. 4 ст. 13 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» органы, осуществляющие эту деятельность, вправе решать ее задачи исключительно в пределах своих полномочий, определенных соответствующим законодательством. Несоблюдение же установленной компетенции при проведении ОРМ может повлечь признание результатов ОРД недопустимыми и полученными с нарушением закона, что воспрепятствует их использованию в уголовном судопроизводстве. Компетенция органов Федеральной службы безопасности в части защиты человека, собственности, общества и государства от преступных посягательств путем осуществления ОРД определена в ст. 10 ФЗ «О Федеральной службе безопасности», которая закрепляет фактически исчерпывающий перечень случаев, в которых могут быть проведены оперативно-розыскные мероприятия. Вместе с тем по одному уголовному делу, возбужденному по ч. 2 ст. 129 УК РФ (за клевету, содержащуюся в средствах массовой информации), подразделения УФСБ проводили комплекс ОРМ в нарушение положений ст. 10 ФЗ «О Федеральной службе безопасности», согласно которым органы ФСБ осуществляют ОРМ по выявлению шпионажа, террористической деятельности и других преступлений, дознание и предварительное следствие по которым отнесены законом к их ведению.
И наконец, в-четвертых, чтобы получить доказательство, правоприменитель должен прежде всего прийти к выводу о достаточности представленных ему материалов для оценки содержащихся в них данных с точки зрения их относимости и достоверности. То есть дознаватель, следователь либо суд должен иметь возможность проверить полученные в результате осуществления ОРД сведения, и только после этого трансформировать их в ту форму, которую УПК РФ предусматривает для доказательств и в дальнейшем позволяет использовать в процессе доказывания по уголовному делу.
Думается, что соблюдение этих условий позволит более полноценно решать задачи, которые стоят перед субъектами доказательственной деятельности.
Касаясь проблемы результатов оперативно-розыскной деятельности при расследовании преступлений коррупционной направленности, можно обратить внимание на научную работу Кретинина А.Н. и Грудинина Н.С. на тему: «Вопросы легализации результатов оперативно-розыскной деятельности при расследовании преступлений коррупционной направленности» [5]. Авторы работы классифицируют результаты ОРД на три группы, где в первую группу входят данные о лице, совершившем преступление.
Во второй группе объединены сведения о лицах, которые знают об обстоятельствах и фактах, обладающие значением в уголовном деле о коррупционном преступлении (местонахождение документов и предметов, которые имеют значение как вещественное доказательство) об иных возможных источниках доказательств.
В третью группу можно включать данные, которые характеризуют личность подозреваемого (обвиняемого), имел ли он связь с органами власти и управления, или же с организованной преступностью. Так же материальную обеспеченность (наличие престижных автомобилей, дорогостоящей загородной недвижимости и т.п.).