Доктринальное толкование вины в гражданском праве России

№82-1,

юридические науки

В статье освещены вопросы относительно доктринального толкования вины в гражданском праве Российской Федерации.

Похожие материалы

Институт вины является одним из самых неоднозначных в российской правовой науке в целом и в науке гражданского права в частности. Объясняется это и довольно пространными формулировками положений закона, и определенными противоречиями в подходах к определению понятия, роли и значения вины, существующими в различных отраслях российского права.

Особенности вины в гражданском праве России обусловлены функциональным назначением гражданско-правовой отрасли, её восстановительно-компенсационным характером, специфическими методами и предметом гражданско-правового регулирования.

В настоящее время существует большое количество исследований, которые касаются правовой ответственности, однако, несмотря на научные достижения в разработке ее теоретических аспектов, многие вопросы, в том числе о содержании понятия вины, вызывают дискуссии среди ученых.

С целью выявления нового направления в понимании гражданско-правовой вины в законодательной практике и доктринальном толковании необходимо обратиться к историческому и сравнительно-правовому анализу института вины, начиная с римского частного права и заканчивая нормами Гражданского кодекса Российской Федерации.

В римском частном праве не было общего определения понятия вины — она характеризовалась через формы. Так, существовали две формы вины: 1) умышленное причинение вреда (dolus) и 2) неосторожная форма вины (culpa). В свою очередь, последняя форма вины распадалась на грубую неосторожность (culpa lata) и легкую небрежность (culpa levis). Считалось, что умышленно действует тот, кто предвидит последствия своего действия (бездействия) и желает их наступление. Грубую небрежность допускает тот, кто не проявляет меру заботливости, характерную для всякого разумного человека. Легкой небрежностью признавалось такое поведение, какого не допустил бы хороший, заботливый хозяин. Существовала и третья разновидность вины — несоблюдение той меры заботливости, которая необходима в собственных делах (culpa in concreto). Виновное лицо отвечало лишь за свою вину: за действия других оно несло ответственность лишь в случае неосторожного выбора своего помощника. Если вред возникал, независимо от необходимой заботливости (вины) должника, то речь шла о случае (casus), освобождающем его от гражданско-правовой ответственности. В некоторых случаях, влекущих ответственность, должник мог быть освобожден от ответственности при наличии исключительной, стихийной силы непреодолимого характера. Первая попытка системного представления о вине была предпринята в Законе Аквилия.

Положения римского частного права, касающиеся вины, сыграли огромную роль, значение которой трудно переоценить. Преемственность норм римского права в дореволюционном советском и современном законодательстве указывает на универсальность и практическую востребованность положений римского частного права.

Дореволюционное отечественное гражданское законодательстве России страдало неопределенностью и пробельностью. В нормативно-правовых актах также не было общей нормы о вине.

Ю. Г. Басин, оценивая понятие вины, существовавшее до 1991 г., заметил, что в тот период виновная ответственность зависела от возможности предвидения должником поведения, приведшего к неисполнению обязательства: при наличии возможности предвидении следовало констатировать виновность, при отсутствии таковой — должника следовало признать невиновным и освободить от ответственности.

Хотя необходимо заметить, что не только через предвидение советские цивилисты определяли понятие вины. Выделялась точка зрения и о осознавании, понимании своего поведения и о возможности предотвращения вредных последствий, но в целом советская концепция гражданской вины базировалась на психологической теории — практически каждый из исследователей того времени утверждал о том, что вина гражданского правонарушителя заключается в его внутреннем отношении к своему поведению и его результатам.

В. А. Ойгензихт отмежевывался от поведенческого представления о вине, утверждая, что виной не могут быть сами действия и не может быть само поведение, в том числе бездействие в форме непринятия необходимых мер, — под виной следует понимать только отношение правонарушителя к своему поведению и его регулирование собственной волей. При этом ученый обоснованно признавал наличие несомненной зависимости причинно-следственной связи от вины, а также вины от противоправности.

Господствующей считается точка зрения О. С. Иоффе, которая в обобщенном виде выглядит следующим образом: вина — это психическое отношение лица к своему поведению в форме умысла или неосторожности, и к наступившим последствиям.

Г. К. Матвеев также определял вину как психическое отношение нарушителя социалистического гражданского правопорядка в форме умысла или неосторожности к своим противоправным действиям и их вредным последствиям.

На начало 90-х гг. ХХ в. легальное определение вины в российском гражданском законодательстве по-прежнему отсутствовало. Однако невиновность стала пониматься как принятие всех зависящих от должника мер для надлежащего исполнения обязательства.

Поведенческий подход был воспринят и в Гражданском кодексе Российской Федерации 1994 г. В гражданском законодательстве не представлено единого подхода к определению понятия «вина» и значению вины для привлечения лица к ответственности.

Список литературы

  1. Синцов Г. В. К вопросу о значении вины при нарушении обязательств в гражданском праве // Юрист. 2015. № 22. С. 17.
  2. Андреев Ю. Н. О некоторых особенностях вины в гражданском праве России // Право и экономическое развитие. 2014. № 4. С. 47.
  3. Шепель Т. В. О легальном определении понятия вины в гражданском праве // Современное право. 2006. № 4. С. 21.
  4. Новицкий И. Б. Римское право: учебник. М., 2009. С. 182.
  5. Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга первая. Общие положения. М., 2005. С. 318.
  6. Басин Ю. Г. Вина как условие ответственности за нарушение обязательства // Законность. 2007. № 12. С. 42.
  7. Ойгензихт В. А. Имущественная ответственность в хозяйственных договорах. М., 2009. С. 35.
  8. Иоффе О. С. Обязательственное право. М., 1975. С. 128.
  9. Матвеев Г. К. Вина в советском гражданском праве. М., 1999. С. 83.