Вербальные и невербальные средства реализации прагматики художественного текста

№52-2,

Филологические науки

В статье рассматривается лингвистическое выражение прагматического потенциала художественного текста. Средства реализации прагматики текста подразделяются на вербальные и невербальные. Вербальные включают лексические, фразеологические, морфологические и синтаксические единицы. К числу невербальных относятся порядок слов, соположение частей, средства выделения (подчеркивание, выделение жирным, курсивом, разрядка и др.), пунктуационные, фонетико-графические знаки и др.

Похожие материалы

Текст является одним из ключевых понятий в гуманитарной науке конца ХХ – начала XXI вв. Он объект самого пристального и многоаспектного анализа. На сегодняшний день имеется свыше трехсот его определений, каждое из которых связано с различными сторонами его анализа, целями и задачами изучения. Наряду с этим, учеными признается, что тексту невозможно однозначно предписать структурный статус. В наибольшей степени это относится к художественным текстам, в которых важны скорее исключения, чем правила. Г.В. Колшанский подчеркивает, что художественный текст занимает особое место в лингвистике, так как его цельность и делимитация основываются не на строгой логике рассуждений, а на речемыслительной деятельности автора, которая, не смотря на наличие смыслового ядра, воплощается в определенной структуре. Эта структура диктуется мотивами экстралингвистического характера или индивидуально-психологического восприятия того или иного сюжета. Цельность всего художественного текста создается единством содержательно-концептуальной информации смысла, стиля и жанра, в котором авторская делимитация в определенной степени объективно оправдана в качестве художественного принципа [10]. В одной из своих работ известный ученый-лингвист Н. М. Шанский отмечает: «Каждый художественный текст представляет собой ту или иную информацию, которая всегда преследует определенные практические цели» [11, с. 5]. Сообщая что-то, писатель так или иначе воздействует на читателя. Сила этого воздействия зависит от степени художественности произведения, его изобразительно-выразительной фактуры.

Все это подводит нас к необходимости изучения прагматического аспекта художественного текста.

Как известно, в лингвистике выделяется четыре основных прагматических аспекта, связанных с выбором языковых средств в процессе коммуникации. Первый из них заключается в самом решении создать текст. Второй определяется выбором содержания текста с учетом обстановки общения и характера участников коммуникации. Третий связан со способом языкового изложения. И, наконец, четвертый создается отбором конкретных языковых средств, которые обладают собственными внутрилингвистическими прагматическими значениями, входящими в план их содержания [Более подробно см. об этом в наших работах: 3; 4; 5; 6; 7; 8; 9 и др.].

Прагматический аспект художественного текста может иметь реализацию на всех уровнях языка. Средства выражения подразделяются на вербальные и невербальные.

К вербальным, прежде всего, относятся лексические, фразеологические и грамматические. Так, на лексическом уровне в качестве одного из самых частотных и мощных средств воздействия на адресата выступают семантические преобразования, в основе которых уподобление и аналогия. В один ряд обычно ставят метафору, сравнение и метаморфозу. Самой используемой из них является метафора, при этом эпифорические и диафорические метафоры способствуют созданию, а гиперболические, флористические и зоонимические – усилению прагматического потенциала художественного произведения. Лексико-семантические повторы (лексический, синонимический, перифрастический, антонимический), привлекая внимание читателя, создавая экспрессивность и ритмичность высказывания, выполняют вспомогательную роль в формировании прагматического потенциала текста. С их помощью достигается идентичность сообщаемого, движение события, сосредоточение внимания на определенном моменте. Консолидация предложений может происходить по-разному – без обобщения и с элементами обобщения. В последнем случае важную роль играют лексемы с абстрактным значением, обычно сопровождаемые распространителями. Как словам-заместителям, им свойственны широкая понятийная основа, отсутствие четкого денотативного значения, высокая степень абстракции, обобщения в системе языка и опосредованная номинация. На фразеологическом уровне сила прагматического эффекта определяется воздействием фразеологической единицы на семантическую структуру различных коррелятов. Прагматические характеристики фразеологических единиц в узуальной форме определяются прагматическими факторами самой ситуации, при этом окказиональное использование фразеологизма всегда сохраняет связь с узуальным прототипом. На словообразовательном и морфологическом уровнях большую роль играют формы различных частей речи, используемые с целью создания экспрессии художественного произведения, его динамики, национального колорита, своеобразия речевых характеристик героев и т.п. На синтаксическом уровне прагматический потенциал создается в основном за счет риторических вопросов (единичных и повторяющихся), восклицательных предложений, эллиптических и неполных предложений, присоединительных конструкций. Параллелизм, основанный на синтаксическом повторе, выполняя функции выделения, контраста и подъема, также усиливает прагматику текста.

Однако значения, заключенные в тексте, не всегда передаются только вербальными средствами. К числу невербальных, прежде всего, относятся порядок слов, соположение частей, для акцентирования значений – средства выделения (подчеркивание, выделение жирным, курсивом, разрядка и др.). Пунктуационные знаки, фонетико-графические средства языка также могут оказывать действие на читателя и тем самым создавать прагматический потенциал текста. В рамках сложных компонентов таких невербализованных значений может оказаться достаточно много. В диалогическом тексте, например, вопросительные и восклицательные знаки могут замещать целые реплики. При помощи знаков препинания также изображаются паузы, заминки в речи, осуществляется резкий интонационный перелом. Л. А. Будниченко, проанализировавшая вопрос об экспрессивной пунктуации в публицистическом тексте, приходит к такому выводу: «Экспрессивная пунктуация выступает в тексте как средство прагматики, которое (в комплексе с другими речевыми средствами контекста) способствует, с одной стороны, проявлению позиций самого журналиста, его интерпретаций, эмоций и оценок, а с другой – обнаруживая речевую стратегию автора, становится одним из средств речевого воздействия на читателя» [1]. Тембр, интенсивность, паралингвистическое сопровождение речи очень часто изображается описательно с использованием, например, таких слов и словосочетаний, как кричать, орать, визжать; размахивать руками; показывать пальцем; смотреть, сощурив глаза или подняв бровь; топать ногами). Однако такое словесное изображение мимики, жестов необязательно, так как вопрос, удивление можно передать знаками препинания (вопросительный и восклицательный знаки, многоточие). Для передачи значений в тексте служат и различные фигуры умолчания, тоже относящиеся к невербальным средствам.

С другой стороны, в тексте может быть осуществлена вербализация «немых» языков [2] (языков жестов, мимики). Этому, в частности, служат разнообразные ремарки в драматургических произведениях или авторские описания соответствующих жестов и мимики в прозаических произведениях. Используется и такой способ передачи значений в тексте, как вторжение в единообразно организованное пространство элементов других текстов, «текстов в тексте». Это могут быть прямые включения – эпиграфы, цитаты, ссылки, а также пересказы-вставки иных сюжетов, обращения к легендам, «чужим» рассказам и др.

Таким образом, существует множество приемов, которые помогают автору выразить свою прагматическую установку. Однако пишущему необходимо помнить: какими бы языковыми средствами, методами и приемами он ни пользовался, информация им должна излагаться точно, полно, последовательно, с соблюдением правил построения текста определенного жанра, способов оформления зачинов и концовок, перехода от одной части к другой. Ему необходимо вдумчиво относиться к отбору языковых средств, чтобы преобразовать их в образно-эмоциональные в соответствии со своим опытом, мировосприятием и мироощущением.

Список литературы

  1. Будниченко Л. А. Экспрессивная пунктуация в публицистическом тексте: дис. … д-ра филол. наук. – СПб., 2004. – URL: http://cheloveknauka.com/ekspressivnaya-punktuatsiya-v-publitsisticheskom.
  2. Валгина Н.С. Теория текста: учеб. пособие [Электронный ресурс]. URL: http:// evartist.narod.ru/text14/01.htm (дата обращения: 16.07.2011).
  3. Водясова Л.П. Сложное синтаксическое целое: его основные признаки в современных мордовских языках // Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия. – 2011. – № 2 (18). – С. 107–112.
  4. Водясова Л.П. Текстосвязующая роль абстрактной лексики в прозе К.Г. Абрамова // Вестник Угроведения. – 2014. – № 1 (16). – С. 8–12.
  5. Водясова Л.П. Антонимическая лексика как средство реализации лексического способа связи в произведениях К.Г. Абрамова // Вестник Угроведения. – 2014. – № 3 (18). – С. 28–32.
  6. Водясова Л.П. Парцеллят как средство связи компонентов сложного синтаксического целого в прозе К.Г. Абрамова // Филология и литературоведение. – 2014. – № 9 [Электронный ресурс]. – URL: http://philology.snauka.ru/2014/09/911 (дата обращения: 23.09.2014).
  7. Водясова Л.П., Жиндеева Е.А. Способы представления авторского сознания как коммуникативная стратегия художественного творчества //
  8. Филологические науки. Вопросы теории и практики. – 2015. – № 8. – С. 44.
  9. Водясова Л.П. Функции металексем в художественном тексте (на материале произведений мордовских писателей) // Litera. – 2016. – № 2. – С. 11–19. DOI: 10.7256/2409-8698.2016.2.18957. URL: http://e-notabene.ru/fil/article_ 18957.html.
  10. Водясова Л.П., Жиндеева Е.А., Уткина Т.В. Номинатиный представления и его эмотивная функция в произведениях мордовских писателей // Гуманитарные науки и образование. – 2016. – № 2 (26). – С. 105–108.
  11. Колшанский Г.В. Коммуникативная функция и структура языка / под ред. Т.В. Булыгиной. – Изд. 2-е, стереотип. – М.: ЛКИ, 2007. – 176 с.
  12. Шанский Н.М. Лексикология современного русского языка. – 3-е изд., перераб. – М.: Едиториал УРСС, 2007. – 304 с.