Правовая модель устранения препятствий к рассмотрению уголовного дела судом

№64-2,

Юридические науки

С введением в российское законодательство статьи 237 УПК РФ не утихают споры, связанные с применением процедуры возвращения уголовного дела прокурору. Из анализа поправок был сделан вывод, что законодатель дает больше привилегий для стороны обвинения, что институт возвращения дел на дополнительное расследование фактически возрожден, но именуется возвращением для устранения препятствий к рассмотрению. В связи с этим разработана модель реформирования данного института.

Похожие материалы

Вопрос возвращения уголовного дела прокурору является одним из самых обсуждаемых и спорных в доктрине уголовного процесса. В последнее время законодателем было внесено большое количество изменений по поводу оснований к возвращению уголовного дела прокурору (ст. 237). В отношении ст. 237 УПК РФ было внесено около четырнадцати поправок. В связи с этим возникают вопросы: верным ли было решение принять изменения в уголовно-процессуальный закон, разрешающие возвращение уголовного дела прокурору при расширенном, по сравнению с прошлым, перечне обстоятельств и были ли они обоснованными?

Из анализа поправок был сделан вывод, что устраняя невозможность проведения процессуальных и иных следственных действий, строго ограниченные сроки, короткий и точно определенный, постоянный перечень оснований для возвращения уголовного дела, которые предусматривались в УПК раннее, законодатель дает больше привилегий для стороны обвинения. Они выражаются в возможности дополнительно исправить недоработки следствия, а также вносимыми изменениями выдать вполне обычное дополнительное расследование за направление дела прокурору для устранения препятствий к рассмотрению дела в суде. Схожей позиции придерживается А.Р. Белкин, который указывает, что из УПК последовательно исключались ограничения по срокам, на которые дело возвращается прокурору, запрет на производство следственных действий, а перечень оснований для возвращения, напортив, расширялся. На данный момент, по нашему мнению, под возвращением уголовного дела прокурору для устранения препятствий к рассмотрению, порой скрывается дополнительное расследование, которое приобрело своеобразную “маскировку” благодаря таким поблажкам, которые предоставляет законодатель. К тому же, ст. 232 УПК РСФСР 1960г., была предусмотрена возможность возвратить уголовное дело на дополнительное расследование в случаях:

  1. неполноты дознания или следствия;
  2. существенного нарушения уголовно-процессуального закона;
  3. наличие оснований для переквалификации обвинения на более тяжкое;
  4. наличие оснований для привлечения по уголовному делу других лиц.

Данные основания кажутся очень знакомыми потому, что большая часть из них сейчас перечислена в качестве оснований для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий к рассмотрению дела судом. Поэтому, можно говорить, что институт возвращения дел на дополнительное расследование фактически возрожден, но именуется возвращением для устранения препятствий к рассмотрению.

Из этого следует, что в настоящее время в уголовном процессе законодатель лоббирует интересы стороны обвинения, в то время как интересы обвиняемого существенно нарушаются широким перечнем оснований для возвращения дела прокурору, в том числе для усиления обвинения. Также следует добавить, что в ст. 252 УПК РФ закреплены пределы судебного разбирательства — в рамках предъявленного обвинения. Часть вторая той же статьи предусматривает, что изменение обвинения в судебном разбирательстве возможно, если это не ухудшает положение подсудимого, а также, если не нарушается его право на защиту. Как мы видим, даже в УПК РФ имеются противоречия (Недопустимость ухудшения положения обвиняемого, предусмотренное ст. 252, и допускаемое ухудшение положения обвиняемого, предусмотренное п.6 ч.1 ст. 237 УПК РФ). Пределы судебного разбирательства, с одной стороны, защищают интересы обвиняемого, поскольку следствие при отсутствии таких рамок имело бы возможность изменять обвинение бесконечное количество раз, а с другой стороны, мотивируют сторону обвинения выполнять свою работу квалифицированно, правильно и в надлежащий срок. Поэтому, мы считаем, что допускать такую широту возможностей для устранения ошибок следствия не верно, с точки зрения равенства всех сторон процесса. Для того, чтобы защитить интересы всех сторон уголовного процесса, необходимо предусмотреть такой механизм, который будет соответствовать фактическому положению дел.

Предлагаемый механизм решения проблемы:

В связи с этим предлагается внести изменения в уголовно-процессуальное законодательство, в которых будет установлен специальный механизм для случаев, при которых дело направляется на дополнительное расследование.

Для начала, ст. 237 УПК необходимо разделить на две, отличные друг от друга статьи. В одной — основания, которые приемлемы для возвращения дела прокурору для устранения препятствий, в другой — основания, приемлемые для возвращения уголовного дела на дополнительное расследование. Это исключит подмену одного понятия другим, значительно уменьшит количество споров, возникающих в связи с основаниями, предусмотренными в ст. 237 в настоящее время. Необходимо предусмотреть императивный механизм действий, норму, согласно которой суд, при наступлении обстоятельств, при которых ему становится ясно, что квалификация, вменяемая стороной обвинения, требует изменения, в сторону ухудшения положения обвиняемого, уведомляет сторону обвинения о возникающем для нее праве заявить ходатайство о направлении уголовного дела на дополнительное расследование. Уведомить обвинение суд может определением о предоставлении специального права на заявление такого ходатайства. После того, как судом будет вынесено такое определение, стороне обвинения предоставляется определенный срок, к примеру, 3-5 суток, для того, чтобы воспользоваться, или не воспользоваться, своим специальным правом. Если сторона обвинения подает такое ходатайство, суд его удовлетворяет, то она может “забрать” уголовное дело для проведения дополнительного расследования. Хотелось бы отметить, что формулировка “забрать” была выбрана потому, что в предлагаемой ситуации, инициатива, в большей степени, исходит от стороны обвинения, нежели от суда (хотя в настоящем времени УПК РФ предоставляет такую инициативу суду, что, по нашему мнению, ошибочно). Это не исключит сомнения касательно вопроса о том, встает ли в этом случае суд на сторону обвинения, но существенно уменьшит такие сомнения, так как роль суда в решении данного вопроса, становится менее активной (Теперь суд не направляет уголовное дело для дополнительного расследования, он соглашается, или не соглашается с ходатайством стороны обвинения). Думается, что суду должна предоставляться такая прерогатива, как утверждение / отклонение заявленного ходатайства. Кажущийся, на первый взгляд, немного бессмысленный и чрезмерно сложный механизм, на самом деле, во-первых: ограничивает участие суда в вопросе усиления обвинения, по сравнению с настоящим положением дел. Суд не проявляет никакой инициативы в плане давления на сторону обвинения, которая хоть и не обязана, но все равно считается с мнением суда по рассматриваемым вопросам. Суд всего лишь сообщает, что сторона обвинения может воспользоваться таким правом, так как у суда возникли сомнения в определении правильной тяжести квалификации, при этом, непосредственно не указывая на свои рассуждения по этому поводу. Во-вторых, короткий срок, в течение которого должна среагировать сторона обвинения будет являться пресекательным, при истечении которого, данное специальное право будет утрачиваться. Это, в свою очередь, является гарантией для обвиняемого, не допускает злоупотребления возможностью осуществить дополнительное расследование с целью ухудшить положение обвиняемого.

Касательно вопроса об экономике проекта, стоит отметить, что любые изменения в законодательстве, а также связанные с ними изменения в практической деятельности всегда были связаны с определенными затратами. Противопоставить предполагаемым расходам можно следующее: с уменьшением роли суда в «обвинительном процессе», и, как следствие из этого, одновременным повышением уровня доверия к суду, сокращением случаев нарушения прав обвиняемого, количество затрат на финансирование судебных процессов, затягивающихся из-за споров, рассматриваемых выше, бесконечных обжалований действий прокурора и суда обвиняемым, прочих факторов, тормозящих процесс судебного разбирательства, сократится в разы, если на самом начальном этапе разбирательства будет существовать такой, механизм, который на корню исключит возникновение спорных ситуаций.

Список литературы

  1. Аристархов А. Л. Проблемы возвращения судом уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения путем предъявления более тяжкого обвинения // Уголовное право. 2014. № 1. с. 93-98.;
  2. Ткачев А.И. О необходимости расширения перечня оснований для возвращения уголовного дела прокурору // Вестник Томского государственного педагогического университета. 2006. № 11. с. 97-99.;
  3. Дикарев И.С. Уголовный процесс: «Тихая революция» сменилась реакцией // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 5: Юриспруденция. 2013. № 3. с. 98-102.
  4. УПК РФ в ред. от 18.12.2001г. № 174-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации от 2001 г. , N 52 , ст. 4924;
  5. УПК РФ в ред. от 7.07.2003 г. № 111-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации от 2003 г. , N 28 , ст. 2880;
  6. УПК РФ в ред. от 2.12.2008 г. № 226-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации от 2008 г. , N 49 , ст. 5724;
  7. УПК РФ в ред. от 26.04.2013г. № 64-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации от 2013 г. , N 17 , ст. 2031; УПК РФ в ред. от 21.07.2014г. № 227-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации от 2014 г. , N 30 , ст. 4270 (часть I).
  8. Белкин А.Р. Новеллы уголовно-процессуального законодательства – шаги вперед или возврат на проверенные позиции? // Уголовное судопроизводство. 2013. № 3. С. 10.
  9. Конин В.В. Ревизия УПК РФ на примере возрождения института возвращения уголовных дел для дополнительного расследования // Евразийская адвокатура. 2013. № 1(2). С. 85.