К вопросу об условно-досрочном освобождении лиц, пожизненно лишенных свободы

№78-1,

юридические науки

В научных кругах уже не раз поднимался вопрос об условно-досрочном освобождении осужденных. В рамках данной статьи рассматривается вопрос об основаниях и условиях для его предоставления. Более подробно рассмотрен вопрос о сроке фактического отбывания наказания необходимого для предоставления условно-досрочного освобождения для лиц, пожизненно лишенных свободы.

Похожие материалы

Условно-досрочному освобождению от отбывания наказания, как уже неоднократно упоминалось, посвящена ст. 79 УК РФ. За почти 20-летнее существование в данную статью было внесено более 10 изменений, которые затрагивали, в том числе, основания и условия УДО. Однако, не смотря на неоднократное реформирование законодательства в данном направлении, некоторые вопросы остаются спорными и неразрешенными.

Анализируя научные работы, посвященные рассматриваемому институту, можно сделать вывод, что многие авторы объединяют основания и условия УДО. Однако для должного понимания сути данного института следует понимать разницу между этими двумя понятиями. В русском языке под основанием понимается достаточный повод, причина, объясняющие, оправдывающие, делающие понятным что-либо. Слово «условие» раскрывается как обстоятельство, от которого что-нибудь зависит. Таким образом, применительно к УДО основания являются поводом, причиной для его предоставления. Условия способствуют, обеспечивают этот процесс. Наличие причины и условий с неизбежностью влечет следствие — УДО от отбывания наказания. На наш взгляд для правильного и обоснованного применения рассматриваемого института нужно понимать, что представляют собой основания и условия УДО.

В рамках данной статьи обратимся к условиям УДО, к которым на наш взгляд относятся:

  • отбывание осужденным наказания в виде содержания в дисциплинарной воинской части, принудительных работ или лишения свободы;
  • фактическое отбытие определенной части назначенного судом наказания, установленного в ч. 3 ст. 79 УК РФ, а для пожизненно лишенных свободы в ч. 5. При этом фактически отбытый срок лишения свободы не может быть менее 6 месяцев.

Условием, привлекшим наибольшее наше внимание, является срок фактического отбывания осужденным наказания, а именно срок, касающийся пожизненно лишенных свободы. В действующем УК впервые предусмотрена возможность УДО этой категории лиц. Если судом будет признано, что лицо не нуждается в дальнейшем отбывании этого наказания и фактически отбыло не менее 25 лет лишения свободы, суд может освободить его условно-досрочно (ч. 5 ст. 79 УК). Повторное, в случае отказа суда, внесение представления может иметь место не ранее чем по истечении трех лет со дня отказа (ч. 3 ст. 176 УИК). Лицо, совершившее в период отбывания пожизненного лишения свободы (далее — ПЛС) новое тяжкое или особо тяжкое преступление УДО не подлежит.

По данному вопросу существует большое количество различных мнений. Наиболее интересным нам кажется позиция И.И. Евтушенко, который считает необходимым снизить срок для возможности предоставления УДО к таким заключенным, так как отдаленная перспектива такого освобождения не может существенно стимулировать правопослушное поведение осужденного, а перспектива в 25 лет ощущается как отдаленная[2,84-85]. Данное мнение видится нам правильным. Согласно многим проведенным исследованиям другими специалистами средний возраст пожизненно лишенных свободы составляет примерно 35-37 лет. Проведя простейшие математические действия, мы получаем, что право ходатайствовать на УДО лица, отбывающие наказания в виде ПЛС, получают примерно в 60-62 года. При средней продолжительности жизни мужчин (рассматриваем только мужчин, так как женщины не отбывают наказание в виде ПЛС) в России в 65 лет получается, что осужденный освобождается для того, чтобы умереть на свободе. Какую пользу обществу он может принести в такие годы? Есть ли смысл для него самого, ведь получается, что он больше половины жизни провел в ИУ? За то время, пока он отбывает наказание, мир может измениться до неузнаваемости. Возможно, что он просто не сможет «ужиться» в современном мире, он больше не будет активной частью общества. «Человек тюремный» постарается либо вернуться обратно в ИУ, либо решится на отчаянный шаг — покончить с жизнью каким-либо образом.

Еще один факт, свидетельствующий о необходимости снижения фактически отбываемого срока наказания для предоставления УДО пожизненно лишенными свободы: по состоянию на 1 января 2015 года число лиц, осужденных к ПЛС, и тех, кому смертная казнь в порядке помилования заменена ПЛС, составило 1 897 человек. С каждым годом это число не уменьшается, а только увеличивается (примерно 30-40 осужденных в год), что в перспективе позволяет предположить необходимость введения для таких осужденных дополнительных мест (общий лимит наполнения в учреждениях по данному виду наказания — 2 399 мест). В таком случае, УДО может решить данную проблему. Освобождая от отбывания наказания примерно так же по 30-40 человек в год, не потребуется строительство новых учреждений.

В большинстве зарубежных стран для лиц, осужденных к ПЛС срок фактического отбывания наказания, после отбытия которого они получают право на УДО, гораздо ниже, чем в России. Может, частично стоит перенять подобную практику?

Представляется, что двадцатипятилетний срок отбытия ПЛС, рассматриваемый как условие УДО, является нерациональным. При определении оптимального срока в таком случае следует учитывать то, что УК РФ предусматривает за совершение особо тяжких преступлений наказание в виде лишения свободы на срок двадцать лет. В силу этого для сохранения правового баланса между лишением свободы и пожизненным лишением свободы срок в двадцать лет является наиболее оптимальным[1].

Список литературы

  1. Горбач Д.В. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания в виде пожизненного лишения свободы: автореф. дисс. … канд. юрид. наук.. – Рязань, 2012. – Режим доступа: URL: http://www.iuaj.net/node/1083 (дата обращения:4.12.17).
  2. Евтушенко И. И. Условно-досрочное освобождение осужденных к лишению свободы и их ресоциализация: Монография. – ВолгГТУ: Волоград, 2005. – 174 с.