Гендерные стереотипы, дискриминация женщин и самодискриминация как социальный институт

№19-1,

Психологические науки

Деление людей на мужчин и женщин как центральная установка восприятия различий, имеющихся в психике и поведении человека. Понятие гендера как основополагающего фактора стереотипизации. Самодискриминация женщин как общественная норма.

Похожие материалы

Разделение людей на мужчин и женщин является центральной установкой восприятия нами различий, имеющихся в психике и поведении человека. Именно такие различия, к которым относят непосредственно анатомическое строение тела, физиологические особенности и генетическое своеобразие мужчин и женщин, давно являются предметом внимания людей, встречаются в писаниях и традициях многих культур и народов [1]. Известно, что идея противоположности мужского и женского начал встречается в традициях всех временных эпох.

Кроме того, личность мужчины и женщины в психологическом смысле характеризуется качествами, приобретаемыми и реализующимися в процессе общения, социального взаимодействия в контексте межличностных и общественных отношений. Для того чтобы адекватно понять природу и происхождение психологических различий между мужчинами и женщинами, мы должны учитывать это обстоятельство. Поскольку в поведении человека биологические и социальные характеристики тесно переплетены, мы никогда не можем со стопроцентной убежденностью утверждать, что различия, обнаруживаемые в мужском и женском поведении, имеют однозначно биологическое происхождение. Для прояснения биологических и социально–психологических особенностей мужского и женского поведения американский психолог Р. Столлер в конце 1960–х гг. предложил понятийно разделить их по двум аспектам: биологическому, за которым он предложил закрепить термин «пол», и социальному, за которым, в последствии, был закреплен термин «гендер» [10].

Гендер является одной из важнейших категорий социальной жизни человека, проявляющейся в повседневной реальности. Он определяет поведение человека в обществе и то, как это поведение будет восприниматься. В психологии и социологии понятие «гендер» подразумевает психологические и поведенческие свойства, ассоциирующиеся с маскулинностью или феминностью. К представителям одного пола предъявляется особый набор поведенческих норм и ожиданий, значительно отличающихся от требований к другому полу. Для их обозначения используются специальные термины и слова, поразному описывающие мальчиков и девочек, мужчин и женщин. Все это находит свое отражение в особых формах проявления общественного сознания стереотипах.

Гендерные стереотипы являются символическим выражением гендерной системы. Созданные ими конструкты маскулинного и феминного с необходимостью трансформируются в массовом сознании в упрощенные образы, отражающие отношения между полами на уровне вербальных характеристик. Исследователи рассматривают гендерные стереотипы «как глубоко укоренившиеся в культуре представления или убеждения в том, как действительно ведут себя мужчины и женщины»[6]. Обобщая понятие, гендерные стереотипы подразумевают, вопервых, качества и характеристики, с помощью которых обычно описываются мужчины и женщины. Вовторых, в гендерных стереотипах содержатся нормативные образцы поведения, традиционно приписываемые лицам мужского или женского пола. В третьих, в гендерных стереотипах отражены обобщенные мнения, суждения, представления людей о том, чем же отличаются друг от друга мужчины и женщины. И, наконец, вчетвертых, гендерные стереотипы зависят от культурного контекста и той среды, в которой они находят свое применение.

Формирование гендерных стереотипов базируется на основе неравенства полов, их принципиального различия. Согласно укоренившимся представлениям, женщинам в обществе предписывается меньшая ценность, чем мужчинам [5]. Глобальным носителем и распространителем гендерных стереотипов выступает язык. Именно в языке фиксируется оценка, которая в дальнейшем влияет на формирование ожиданий определенной схемы поведения от представителей того или другого пола.

Фундаментом воспроизводства гендерных стереотипов является существующее противопоставление мужчины как «господина», «первопричины» женщине как существу вторичному, менее важному и во многом ущербному. Все существующие в массовом российском сознании образы феминного и маскулинного укоренены в этом противопоставлении, они распространены как на сферу личного (семейного), так и публичного (карьера, занятость, общественная и политическая жизнь).

В российском обществе базовым и наиболее укорененным стереотипом в отношениях мужчины и женщины в сфере семьи выступает негласное правило – «мужчина глава семьи». Данным образом происходит обоснование его первичного положения не только в семье, но и в обществе. В то же время можно говорить о том, что непосредственно деятельность мужчины в сфере семейной, приватной жизни сводится к минимуму, т.к. его главная функция – материальное обеспечение семьи. Закрепляя вторичное положение женщины, гендерные стереотипы ограничивают ее деятельность семейной сферой. Суждение о том, что «место женщины – дом» является логичным продолжением предыдущего. В дальнейшем из представления о семейной ограниченности женских стремлений выводится положение о том, что женщина – это, прежде всего, мать. Естественная биологическая функция женщин – функция воспроизводства человека – во многом рассматривается как важнейшая составляющая ее жизни, вплоть до объявления ее основной функцией. С одобрения общества женщина откладывает свои карьерные устремления, планы, свой возможный успех в достижении поставленных целей ради успеха мужа, а затем и детей, ведь «дети – это главное в жизни женщины». Но, не участвуя в семейной сфере и домашнем труде, мужчина постепенно отстраняется и от воспитания детей. Женщинамать в такой ситуации, посредством взращивания нового поколения, оказывается единственным воспитателем и корректором деятельности социальных институтов [8]. В итоге анализа гендерных стереотипов, связанных с приватной сферой жизни индивида, мы можем отметить социальнопоощряемую установку, когда семья объявляется исключительно женским занятием.

Не менее жесткому контролю подвергается и внешний вид женщины. Основным системообразующим суждением о женщине здесь выступает красота как социальный феномен. Согласно ему, женщина должна быть красивой и сексуальной и стремиться к обладанию данными качествами. Красота в условиях современного общества обретает принудительный характер. Общество, построенное на мужском господстве, постоянно репродуцирует «миф о красоте» с целью подавления и угнетения женщин. Кроме того, он разобщает женщин, заставляя их соперничать за внимание мужчин, за звание «красивых и сексуальных». Полное освобождение женщин изпод гнета «мифа о красоте» означало бы разрушение существующей гендерной системы. Отсюда в патриархальном обществе необходима столь явная эксплуатация женской сексуальности и внешней привлекательности через механизмы рынка и СМИ [8].

Если приватная сфера объявлена пространством женщины, но и в ней ведущую роль играет мужчина, то участие женщины в публичной сфере общества фиксируется в гендерных стереотипах как скорее негативный момент. В истолковании занятости женщин преобладает точка зрения, согласно которой женская занятость вне дома – не самое важное в жизни женщин. С одной стороны, в силу обстоятельств биологической функции рождения и воспитания детей женщина прерывает свой трудовой стаж. С другой стороны, исходя из бытующего мнения, женский труд изначально предполагает меньшую отдачу и эффективность, чем мужской. Таким образом, если женщина стремится достичь определенных высот в профессии, построить успешную карьеру и занять руководящую должность, начинает функционировать механизм социального неодобрения ее деятельности [12]. Подобным же способом действует особо распространенный стереотип для многих россиян «женщина и политика – вещи несовместимые». Даже участие женщин во властных структурах не гарантирует равноправия с мужчинами. Очевидно, что главенствующее положение мужчин в современном российском обществе продуцирует стереотип об эффективности мужского руководства обществом вследствие обладания мужчинами качеств, необходимых для осуществления власти.

Таким образом, следует отметить, что распространенные гендерные стереотипы прочно закрепляют в социальной системе нашей страны вторичное положение женщины. Отсюда феномен гендерных стереотипов следует интерпретировать как основополагающий фактор отчуждения женщин из культурноисторического процесса, в котором мужчина представляется как целостное воплощение характеристик человека вообще. Изменение устойчивых представлений о социальных характеристиках пола на основе гендерного подхода позволяет рассматривать гендерные стереотипы как первичные, примитивные представления о взаимоотношениях полов, исключающие возможность формирования позитивного женского опыта, и на практике выступающие как деструктивные по отношению к женщине [8].

Возникает вопрос – почему же представительницы «слабого пола» (даже в данном словосочетании есть определенный гендерный окрас) при всех описанных проявлениях ущемления прав и свобод, предписанных им социальных нормах и порядках, в своем большинстве не пытаются изменить современные гендерные установки в их совокупности? Ведь известно, что даже пресловутый феминизм, довольно нашумевший своими завоеваниями в борьбе за равноправие, после «второй волны», для которой было характерно стремление к искоренению дискриминации женщин как социального явления в целом, исчерпал себя. По сути женщины получили лишь иллюзорную свободу и равноправие, которых, как оказалось, было им вполне достаточно.

Исследователи утверждают, что феминизма в том виде, каким он был изобретен, сейчас не существует [2]. На данный момент идет речь о «третьей волне» феминистического движения, которая начала зарождаться еще в 8090х годах ХХ века и совпала по времени с развитием собственно гендерного подхода. Этот подход связан с признанием разнообразия и женских, и мужских миров, с акцентом именно на дифференции, т.е. неоспоримых и зачастую непреодолимых различиях социального плана. Новым, сугубо гендерным, исследованиям присуще изучение многообразия сфер социальной жизни, где сохраняется неравенство между полами – религии, брачных отношений, красоты и сексуальности как навязываемого конструкта, работы, где сохраняется неравенство в зарплатах и «эффекта стеклянного потолка», т.е. специфических препятствий, стоящих перед женщинами, стремящимися достичь высоких результатов в карьере, а также бытовой сферы распределения домашних обязанностей и обязанностей по уходу за детьми и их воспитанию[4]. О преодолении же неравенства нет и речи.

Исходя из вышеизложенного, можно утверждать, что гендерные стереотипы и предустановки настолько эффективно функционируют в обществе, что женщины, повсеместно воспринимаемые как «второй пол», признают свое вторичное положение как заданное естественным ходом вещей и природой. В этом ракурсе развертывания гендерных стереотипов исследователи все чаще ставят вопрос о таком социальном феномене, как самодискриминация женщин.

Под самодискриминацией понимается социальная практика, при которой «часть социальной группы намеренно или непреднамеренно способствует институционализации дискриминационных моментов и поддерживает государственную политику, ухудшающую положение группы в целом» [9]. Иногда это явление называют структурной самодискриминацией. По результатам последних исследований можно выделить следующие моменты:

  1. По данным Росстата, представительницы прекрасной половины занимают почти две трети вакансий финансовых учреждений (банков, страховых и инвестиционных компаний и т.д.) и преобладают в рядах государственных служащих: 70 процентов российских чиновников – женщины. Но несмотря на занятие высоких должностей, слабый пол в совокупности остается менее оплачиваемым: средняя зарплата женщин по стране составляет всего 65 процентов от мужской [13];
  2. Одна из современных тенденций – переход женщин в «мужскую» профессиональную сферу, в отрасли традиционно мужских профессий. И работодатели с удовольствием принимают женщин на данные позиции на рынке труда. Всё потому, что с модернизацией технологий, уровень заработной платы работников снижается и женщина соглашается работать за такую оплату труда, на которую не соглашается работать мужчина [11];
  3. Довольно интересные результаты представил Росгосстрах, который в своих исследованиях выяснил, что женщины оценивают свою жизнь примерно в два раза дешевле, чем мужчины (2,5 млн. женщины против 5,3 млн. мужчин) [7].

Таким образом, мы можем наблюдать образование некоторой закрытой системы общественного строя – общество, транслируя гендерные стереотипы, закрепляет неравенство полов, а явления самодискриминации продуцируют воспроизводство гендерной асимметрии в социуме. Именно самодискриминация женщин как социальной группы во многом выступает фундаментом современного гендерного порядка и гарантирует стабильность всей российской социокультурной системы. Негативный момент функционирования такого замкнутого круга можно объективно выразить в том, что существующие гендерные стереотипы и исходящие из них факты дискриминации и самодискриминации действуют в социуме подобно увеличительному стеклу, и различия между мужчинами и женщинами подчеркиваются в гораздо большей степени, чем они есть в действительности.

Список литературы

  1. Берн Ш. Гендерная психология. – СПб.: Прайм – Еврознак, 2001. – 320 с.
  2. Вис В. Женщина. Где у нее кнопка? – М.: Эксмо, 2008. – 288 с.
  3. Горошко Е. И. Мужчина и женщина (или как мы себя видим через призму гендера) // Международный женский журнал. – 1997. – С.21-25
  4. Исупова О. Три волны феминизма // Электронная версия бюллетеня Население и общество. Институт де-мографии Государственного университета – Высшей школы экономики [Электронный ресурс]. – 2010. - №407-408. URL: http://demoscope.ru/weekly/2010/0407/gender03.php
  5. Кирилина А.В. Гендерные стереотипы в языке // Словарь гендерных терминов. – М.: Информация – XXI век, 2002. – С. 66-67.
  6. Коноплева Н. А. Гендерные стереотипы // Словарь гендерных терминов. – М.: Информация – XXI век, 2002. – С.62-65.
  7. Новикова М.А. Не сравнивай: живущий несравним / /Экономика и жизнь [Электронный ресурс]. – 2012. - № 43. URL: http://www.eg-online.ru/article/52417/
  8. Селиванова О.С. Гендерные стереотипы и самодискриминация женщин в контексте неотрадиционалист-ских практик современной России // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. – 2012. – №5. – С. 30-33.
  9. Середа М.В. Женщины как субъект неотрадиционалистской гендерной политики // Женщина в российском обществе. – 2011. - №3. – С. 94-98.
  10. Stoller R.J. Sex and gender: On the Development of Masculinity and Femininity. – New York: Science House, 1968. – 226 p.
  11. Женщины чаще выбирают "мужские" профессии // Российская газета [Электронный ресурс]. – 2013. URL: http://www.rg.ru/2013/03/07/professia-site.html
  12. Особенности карьерного роста мужчин и женщин в России // Институт проблем предпринимательства [Электронный ресурс]. – 2010. URL. http://www.ippnou.ru/article.php?idarticle=008761
  13. Росстат подсчитал, сколько в России мужчин и женщин и чем они занимаются // Петербургская газета Фонтанка.ру [Электронный ресурс]. – 2011. URL: http://www.fontanka.ru/2011/01/25/057/