Эволюция института свидетеля и свидетельских показаний в отечественном и зарубежном уголовном процессе

NovaInfo 135, с.80-82, скачать PDF
Опубликовано
Раздел: Юридические науки
Язык: Русский
Просмотров за месяц: 11
CC BY-NC

Аннотация

В настоящей статье приведены основные этапы развития института свидетеля и свидетельских показаний в России, а также дана оценка соответствия и различиям современному англо-американскому уголовному процессу, выявлена проблематика свидетельских показаний, как источника доказательств в уголовном судопроизводстве.

Ключевые слова

УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКСА, СУДЕБНИК, СОБОРНОЕ УЛОЖЕНИЕ, РУССКАЯ ПРАВДА, ВИДОК, ПОСЛУХ, СУД, УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС, ДОПРОС, СВИДЕТЕЛЬ, СВИДЕТЕЛЬСКИЕ ПОКАЗАНИЯ

Текст научной работы

В настоящем пункте будут отражены результаты сравнения уголовного процесса в развитии России и английский (американский) уголовный процесс на разных этапах его формирования.

Хотелось бы отметить, что прежде, чем в российском уголовно-процессуальном законе было определено понятие «свидетель», нормативно закреплено и общепринято, свидетельствование претерпевало различные изменения, приобретало характерные черты, а также намечался курс использования свидетельских показаний в современно уголовном процессе и место свидетельским показаниям в общей системе судопроизводства.

Несомненно, истоки формирования института свидетельских показаний берут начало в Древней Руси, хотя нормативной регламентации такое доказательство, как свидетельские показания не было подвержено, упоминания об использовании свидетельских показаний ещё в Древней Руси можно встретить, анализируя документы, касающиеся уголовного процесса того времени.

Поскольку девятый век ознаменован сотрудничеством Руси и Византии, появление первых процессуальных норм, в том числе связанных с наличием процессуальной фигуры свидетеля появляется в договорах Руси и Византии.

В статье 3 договора между Русью и Византией 911 года указано следующее: «А о главах, аже ся ключит проказа, урядимъ сясице: да елико яве будеть показании явленными да имеють верное о тацех явлении; а ему же начнуть не яти веры, да клянется часть та, иже ищеть неятью веры; да егда кленеться по вере своей, и будеть казнь, яко же явиться согрешенье».

В указанной норме отражена необходимость при отсутствии явных доказательств преступления (следы, явка, показания сторон) прибегать к доказательствам, таким как присяга сторон, формально которые нужно использовать, если нет доверия явным доказательствам преступления.

Основным источником именно русского права является Русская Правда, относящаяся к IX-XV вв. Несмотря на большой период времени, разделяющий законодательство Киевской Руси и современное уголовно-процессуальное законодательство, нельзя не признать, что Русская Правда включает некоторые основные правила и процессуальные механизмы, продолжающие существовать, пусть и в измененном виде, в настоящее время.

Как отметил М.А. Чельцов-Бебутов: «для обозначения свидетелей в древнем русском законе применяются термины «послух», «видок», «люди», иногда «свободные мужи», а однократно даже используется понятие «свидетели». Тем не менее, в научной литературе нет единого мнения относительно основания разделения свидетелей на «видоков» и «послухов». Наиболее распространенным считается следующее толкование терминов «видок» и «послух». Видок — свидетель, очевидец, возможно, драки, а возможно, и доброй жизни истца. Послух — свидетель преступления, а также доброй славы обвиняемого, очевидец.

В то же время А.Е. Леднев указывает, что Русской Правде были известны два рода свидетелей: свидетели, удостоверяющие фактические обстоятельства по делу (они могли называться и видоками, и послухами, и людьми), и свидетели-очистники со стороны ответчика (только послухи).

При этом среди авторов и исследователей однозначного мнения какое место занимали свидетельские показания в доказательной базе при использовании Русской Правды, нет, мнения разнятся.

Одни историки утверждают, что к свидетельским показаниям судебные органы прибегали, когда были исчерпаны все иные виды доказательств, при этом истина ещё не была установлена, другие же говорят, что судебные органы считали показания свидетеля, как самостоятельное судебное средство доказывания, предназначенное конкретно для суда, а не какой-либо из сторон процесса.

В свою очередь институт свидетельских показаний претерпевает изменения в очень важных с точки зрения процессуального закрепления статуса свидетеля, документах — в Псковской судной грамоте 1467 года и Новгородской судной грамоте 1471 года.

Для обозначения свидетелей в статьях законов используются такие термины, как «суседи», «сторонние люди», «послухи». Чаще всего свидетель называется «послухом». Что примечательно «послух» должен был являться непосредственным очевидцем преступления и в случае, если противная сторона сомневалась в правдивости его показаний, «послух» должен был подтвердить свои показания поединком или присягой, причем выбор был за противной стороной и нередко противная сторона выставляла профессиональных бойцов, поскольку проигрыш «послуха» в поединке автоматически обозначал недействительность его показаний и проигрыш дела противной стороне.

Вместе с тем, первостепенные требования к свидетелю, и кто не может им быть были изложены в Новгородской судной грамоте, так Новгородская судная грамота содержит запрет призывать в качестве послухов «одерноватых холопов», то есть холопов, несвободное состояние которых носит не временный, а постоянный характер, при этом допускает привлечение холопов в качестве свидетелей против холопа. Кроме того, было установлено важное правило, которое не позволяло суду отвергнуть показания послуха в связи с показаниями другого свидетеля.

Можно сделать однозначный вывод, что на фоне договоров между Русью и Византией, свидетельские показания в Псковской судной грамоте, как и Новгородской судной грамоте занимают центральной место в уголовном процессе, их считают приоритетными в системе доказательств, отдают им предпочтение.

Наиболее кодифицированный характер законодательство претерпело с принятием Судебников 1497 г. и 1550 г., а затем и Соборного уложения 1649 г., где также была дана регламентация свидетельским показаниям.

Судебники 1497 г. и 1550 г. различают два вида свидетельских показаний: «послушество» — свидетельские показания очевидцев и свидетельские показания, полученные в результате повального обыска. Знаковая новация Судебника 1497 г. связана с появлением первых указаний на производство повального обыска как особой формы допроса свидетелей. Как указывает А.С. Кобликов, повальный обыск представляет собой «опрос окружающих жителей о репутации обвиняемого».

Что примечательно повальный обыск сохранил своё действие вплоть до отмены Александром II в связи с проведением судебной реформы 1864 года, хотя он, и был малоэффективен, достаточно труден в организации и прочее.

Судебник 1497 года содержал последствия неявки в суд свидетеля по вызову суда, а также последствия дачи заведомо ложных показаний, которые распространялись как на свидетеля, так и на сторону, которую его пригласила.

Судебник 1550 года наряду с закреплением ответственности за лжесвидетельствование закрепил ответственность за ложное обвинение (ложный донос).

Наиболее детальную регламентацию свидетельские показания, как вид доказывания, получили в Соборном Уложении 1649 года. Свидетельские показания закреплялись в Соборном Уложении в четырех формах: 1) «ссылка из виноватых», которая заключалась в просьбе стороны о вызове определенного свидетеля (ст. 158-160 гл. Х Соборного уложения); 2) «общая ссылка», которая заключалась в свидетельстве лица (или лиц), на которого ссылались обе стороны (ст. 167-171 гл. Х Соборного уложения); 3) показания, данные свидетелями в современном понимании этого явления (ст.ст. 158, 159 гл. Х Соборного уложения); 4) повальный обыск.

В Соборном уложении закреплены фактически две разновидности повального обыска. Повальный обыск по «обычным» преступлениям, осуществляемый в обвинительном уголовном производстве по делам с участием истца и ответчика (гл. Х Соборного уложения), и повальный обыск по «государственным» преступлениям («розбойные и убийственные и татиные дела» — ст. 1 гл. ХХI Соборного уложения), производимый в порядке розыскного уголовного процесса.

Соборное уложение дало основополагающее развитие принципов уголовного процесса в целом, особенно в нашем исследовании важном — как допустимость, при этом, как правило не всем свидетельским показаниям, судебные органы верили, некоторые ставили и под сомнения, это как правило, показания, данные женщинами, зависимых категорий, таких как крестьяне.

Ещё одним значимым рубежом в отражении лиц, кто не может быть допрошен в качестве свидетеля, явилось начало 18-го века, а именно издание указа «Краткое изображение процессов и тяжеб» 1716 г., в котором было закреплён перечень лиц, не подлежащих допросу в качестве свидетеля, а именно:

  • клятвопреступники; лица, «которые банизированы или прокляты»;
  • лица, «которые еще у святаго причастия не бывали», лица, «которые межевые признаки тайно портят»;
  • изгои или лица, имеющие клеймо за прошлые преступления («у которых преступления их ради, уши и нос резаны, или знак на щеке положен»);
  • лица, «которые в суде объявлены нечестными людми»;
  • разбойники и воры;
  • «смертноубивцы»;
  • «явные прелюбодеи»;
  • лица, «которые единаго из сих вражды ради обижают»;
  • лица, являющиеся кровными родственниками или близкими стороны («которые с челобтчиком кровным или ближним обязаны суть свойством…»);
  • лица, иным образом связанные со стороной в деле («оные, которые в доме челобитчиков или ответчикове хлеб ядят или в службе его суть»);
  • лица, не достигшие 15-ти летнего возраста;
  • подкупные свидетели;
  • лица, имеющие прямую или косвенную заинтересованность в рассматриваемом деле;
  • иностранцы и лица, «которые по доношению других свидетельствуют».

Как указывалось, в Своде законов Российской империи, составной частью которого являлось «Краткое изображение процессов и тяжеб», для принятие свидетельских показаний в качестве допустимого должно быть соблюдены следующие требования: свидетелей должно быть не менее двоих, они должны были принести присягу и указанные лица должны вызывать доверие, а также не входить в круг лиц, которые не имеют право давать показания.

Если указанные выше условия были выполнены, то такие свидетельские показания относились к «совершенным», то есть исключающим невиновность обвиняемого.

С принятием «Устава уголовного судопроизводства» 1864 года, свидетельские показания должны были отвечать следующим требованиям:

  • правдивость показаний;
  • дееспособность свидетеля;
  • осведомлённость свидетеля о произошедшем преступлении.

Устав 1864 г. устанавливал запрет на дачу показаний следующими лицами: безумными и сумасшедшими; священнослужителями в отношении к признанию, сделанному им на исповеди — такое же ограничение установлено и в п. 4 ч. 3 ст. 56 действующего УПК РФ 2001 г.; присяжными поверенными и иными лицами, исполнявшими обязанности защитника, в отношении к признанию, сделанному им доверителями во время производства дела в отношении них — аналогичное положение обнаруживается в п. 2 ч. 3 ст. 56 УПК РФ.

Если характеризовать реформенный период развития института свидетельских показаний, то хотелось бы отметить всё более яркое соответствие нынешнему уголовно — процессуальному закону, выразившемуся в закреплении требований к статусу свидетеля, законодательном закреплении перечня лиц, которые не могут быть допрошены в качестве свидетеля, усилении роли свидетельских показаний, как доказательству по делу.

Полное искоренение и уничтожение дореформенных и реформенных уголовно — процессуальных законов произошёл с Октябрьской революцией 1917 года, когда весьма подробная регламентация свидетельских показаний исчезла.

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1923 г., действовавший вплоть до 1960 г., не сформулировал понятия доказательства, а приводил только перечень видов доказательств, среди которых фигурировали показания свидетеля, закрепленные ст. 58 УПК.

С обострением политической ситуации, усилением доносов, УПК РСФСР 1923 года отменил право не свидетельствовать против самого себя и своих близких родственников, свидетелями могли являться как заинтересованные в исходе дела лица, так и не заинтересованные. Ближайшие родственники, супруги повсеместно давали показания против друг друга, поскольку в рассматриваемый период была введена уголовное ответственность за не донесение информации, при чём привлечению к ответственности подлежали также и ближайшие родственники.

С принятием УПК РСФСР 1960 года, статья 74 закрепила следующее положение: «свидетель может быть допрошен о любых обстоятельствах, подлежащих установлению по данному делу, в том числе о личности обвиняемого, потерпевшего и о своих взаимоотношениях с ними; не могут служить доказательствами фактические данные, сообщаемые свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности».

Круг лиц, которые не могли выступать в качестве свидетелей, закреплялся в ст. 72 УПК РСФСР 1960 г. — это защитники обвиняемых и лица, которые в силу физических или психических недостатков, не способны давать правильные показания. Адвокаты и представители общественных организаций, которые получили сведения, будучи представителями, были включены в этот перечень в 1983 году.

С принятием Уголовно — процессуального кодекса Российской Федерации в 2001 году, свидетель и свидетельские показания стали иметь статус и свою регламентацию, но несмотря на длительно пройденный путь формирования указанного института, он (институт свидетельских показаний) и в настоящее время имеет ряд неточностей и требует доработок.

Переходя к исследованию института свидетеля и свидетельских показаний зарубежных стран, хотелось бы отметить, что мною не спроста взяты такие страны как Англия и США, как наиболее контрастирующие между собой семьи права, если российское право шло по пути романо-германской системы, где основным источником, как раз выступало право и закон, то Англия и США являются странами англо — саксонской семьи, где основным источником является судебный прецедент, который и ложился в основу принятия законов, о чём будет приведено ниже.

Во все времена существования и развития англо-американского судебного процесса свидетелем в уголовном судопроизводстве могло являться любое компетентное лицо, которое должно обладать дееспособностью, то есть понимать значение своих слов и действий и отдавать себе отчёт, но когда говорят «некомпетентный свидетель», то здесь понимается его невозможность давать показания в узком смысле, то есть по каким-то определенным делам или в отношении определенных лиц, или относительно каких-то вопросов свидетель не может давать показания, хотя в широком смысле данный свидетель является компетентным.

При этом свидетельские показания всегда являлись основным источником доказательств в уголовном процессе Англии и США, это опосредовано тем, что как было отмечено выше, свидетелем является любое лицо, показания любого лица, даваемые перед судом, являются свидетельскими, то есть, показания обвиняемого, жертвы преступления, эксперта, иных должностных и частных лиц являются свидетельскими; во-вторых, нередко иные виды доказательств вводятся в судебное разбирательство посредством показаний свидетелей, а иногда ими суд вынужден заменить документальное или вещественное доказательство в силу невозможности их представления.

При этом хотелось бы отметить основные характеристики современного института свидетеля и свидетельских показаний, которые закреплены в настоящее время в Англии и США и к которым ведёт длительный путь развития.

Если в российском уголовном процессе свидетель перед дачей показаний, предупреждается по ст. 306-307 УПК РФ за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний, то в современном уголовном процессе Англии и США свидетель обязан давать показания под присягой, и они имеют доказательственную силу.

В уголовном процессе Англии и США наметилась тенденция к отмене правила о запрете показаний, основанных на умозаключениях, что более приводит нас к мысли о неформальности процесса, наличия красноречия, и ярких выступлений.

В системе уголовного процесса Англии и США имеет место свидетельский иммунитет, который предоставляется только лицам, владеющим ценной информацией, которую невозможно получить другим путем и который представляет собой дачу показаний в обмен на отказ от уголовного преследования в отношении указанного лица.

Что кардинально отличает российский уголовный процесс от процесса Англии и США, так это право суда в Англии и США вызывать свидетелей наряду со сторонами, если в российском уголовном процессе чётко определены свидетели обвинения и свидетели защиты, то в Англии и США судья может по своей инициативе вызвать лицо для допроса в качестве свидетеля, так сказать «подтолкнуть» процесс для какого-либо развития.

В англо-американском процессе часто допрашиваются уполномоченные на проведение следствия полицейские для опровержения факта применения насилия к обвиняемому.

Также судебной привилегии против оглашения подвергаются и такие свидетельские показания как отношения супругов, адвоката с клиентом, а в некоторых судах США — врача с пациентом, священника с прихожанином. Супружеская привилегия охватывает только информацию, которой обмениваются супруги лишь в связи с брачными отношениями во время состояния в браке.

Англоамериканский уголовный процесс, который традиционно принято считать построенным на принципах демократизма и защиты частных интересов, во многом способствует и отстаиванию публичных интересов, установлению истины в уголовном процессе.

Читайте также

Цитировать

Колмогорова, Ю.Е. Эволюция института свидетеля и свидетельских показаний в отечественном и зарубежном уголовном процессе / Ю.Е. Колмогорова. — Текст : электронный // NovaInfo, 2023. — № 135. — С. 80-82. — URL: https://novainfo.ru/article/19625 (дата обращения: 04.02.2023).

Поделиться