Социальные сети как фактор организации учебного процесса

№39-1,

педагогические науки

В статье рассматриваются особенности внедрения социальных сетей в учебный процесс. Описывается изучение этой проблемы в западной социологии, дается характеристика результатов. Рассматривается роль общественного мнения как фактора успешного внедрения сетей в образовательную среду. В России сегодня присутствует негативная оценка социальных сетей, что снижает их педагогический потенциал. Другой причиной слабого использования социальных сетей является их недостаточная научная изученность. Приводятся данные фокус-групповых интервью, проведенных среди студентов 1-5 курсов Волгоградского государственного технического университета. Показывается большая роль неформального развития социальных сетей в учебном процессе. Отмечено желание респондентов видеть социальные сети как официальный ресурс образовательной системы. Делается вывод о большой роли преподавателя в этом процессе.

Похожие материалы

Одним из отличий ФГОС стало появление требований к освоению компетенций, требующих умений использования студентами социальных сетей и интернета. Наличие компетенций по использованию интернет-сетей является отражением внимания к интернету, как динамично развивающейся среде, которая уже стала неотъемлемой и обыденной частью социальных практик миллионов людей по всему миру.

В нашей стране исследование социальных сетей (и как феномена, и как процесса) находится только на этапе становления. Что же касается изучения эффективности использования социальных сетей именно в учебном процессе то, несмотря на исследования таких авторов как Е.И.Горошко [2, 3], В.А.Редько [1, 6], Е.Н.Бабин [1], А.В.Фещенко [7], в целом эта тема остается также малоизученной. Мы полагаем целесообразным для изучения особенностей использования сетей в образовательном процессе обратиться к зарубежному опыту и опираться на уже существующую традицию, представленную, прежде всего, работами американских исследователей.

Обратим внимание на важный, с нашей точки зрения, момент: в США исследование социальных сетей развивалось в тесном контакте с изучением их влияния на учебный процесс. Причин можно обозначить, как минимум, две. Во-первых, исследователям-социологам, преподающим в университетах, было проще всего проводить полевые исследования в студенческой среде. Во-вторых, молодежь всегда является более активным пользователем современных информационных технологий [4].

Целью данной статьи является изучение эффективности использования социальных сетей в рамках учебного процесса по материалам зарубежных социологических исследований.

Для достижения этой цели нами были поставлены следующие задачи:

  1. Проанализировать современную социологическую традицию исследования использования социальных сетей в образовании.
  2. Описать результаты фокус-групповых интервью в рамках исследования данного вопроса.
  3. Осветить роль социальных факторов (общественного мнения) в использовании социальных сетей в образовательном процессе.

Источниками по данной теме являлись статьи в периодических изданиях. Хронологические рамки анализируемых зарубежных статей охватывают период с 2007 г. Выбор нижней временной границы обусловлен как с научной (рост числа статей, посвященных сетям в академических журналах) [20], так и с социальной (введение сетью FB регистрации с 13 лет и массовый прирост аудитории, в том числе студентов колледжей) точек зрения.

Необходимость внедрения социальных сетей в учебный процесс диктовалась прежде всего социальными условиями. Аудиторией крупнейшей социальной сети Facebook в основном являлись студенты, которые достаточно быстро стали осваивать новую технологию и самостоятельно использовать ее как часть учебного процесса. Это было связано с политикой компании, которая изначально ввела ограничение на регистрацию на сайте. Сначала регистрироваться разрешалось только студентам университетов, а затем и колледжей. На сегодняшний день 80% молодых американцев используют социальные сети, которые стали для них неотъемлемой частью повседневных социальных практик [14, p.12]. Как показывают исследования антропологов, если на ранних стадиях развития интернета еще можно было разграничивать понятие виртуального и реального, то современные технологии делают эту границу еле уловимой.

Говоря об основаниях использования социальных сетей в учебном процессе, необходимо разделять теоретическую и практическую составляющие.

С точки зрения теоретической базы, неоспоримо влияние на внедрение социальных сетей в учебный процесс исследований американского ученого Александра Остина, директора Института исследований Высшего образования. В частности речь идет о так называемой «теории вовлеченности», которая базируется на утверждении, согласно которому успеваемость студентов будет расти в зависимости от степени их включенности как в академические, так и социальные аспекты жизни учебного заведения [11]. В качестве других теоретических оснований, приводимых авторами в своих работах, можно упомянуть теорию «управления приватностью коммуникации», изучающую влияние на отношения моделируемых границ частного и общественного [16].

Практическим основанием можно считать работы, посвященные изучению различных способов опосредованной коммуникации (СМС, форумы и т.д.) как составляющей учебного процесса.

Социологи использовали для выяснения эффективности использования социальных сетей различные методы, среди которых можно выделить эксперимент, позволяющий наиболее наглядно показать действенность той или иной методики.

В 2007 г. в ходе исследования Дж.Мазера, Р.Мёрфи и Ч.Симмондса исследовалось взаимосвязь присутствия преподавателя в социальной сети Facebook и «климатом» классной комнаты. В ходе исследования были выдвинуты несколько гипотез: 1. О взаимосвязи уровня самораскрытия преподавателя через социальную сеть с уровнем мотивации студентов. 2. О связи оценок учеников с уровнем «раскрытия» преподавателя через Facebook, и 3. с уровнем их эмоционального состояния.

Выборка составила 133 студента. В ходе исследования одним из преподавателей были созданы три аккаунта в Facebook с различными уровнями информативности о себе. Студентам, разбитым на три экспериментальные группы, было предложено в компьютерном классе оценить три различных профиля преподавателя, которые различались по уровням самораскрытия (низкий, средний и высокий) (см. таблицу 1)

Таблица 1. Уровни самораскрытия преподавателя в социальной сети.

Высокий

Фотографии в неформальной обстановке, интересы, открытость для комментариев.

Средний

Только семейные фотографии, избранные интересы, закрытость для комментариев.

Низкий

Фотографии самого преподавателя, только рабочая информация, комментарии отключены.

В ходе исследования все три гипотезы были подтверждены: уровень мотивации повышался в зависимости от уровня самораскрытия, чем выше студенты оценивали уровень самораскрытия преподавателя через сеть, тем лучше было их эмоциональное состояние, само наличие аккаунта преподавателя в сети повышало эмоциональное состояние класса [16].

Данное исследование носило эпизодический характер, поскольку систематическое изучение использования социальных сетей было связано с началом публичных дискуссий в СМИ о влиянии сетей на учебный процесс.

В середине апреля 2009 г. на заседание Американской Ассоциации исследований в области образовании (AERA) был заявлен доклад о использовании сети Facebook и академической успеваемости студентов. Аннотация сообщала, что использование этой сети могло быть связано с низкими результатами обучения, однако для журналистов, многие из которых не прочитали ничего кроме этой аннотации, это означало новые заголовки в стиле: «Facebook – причина низкой успеваемости» [9].

Попытки научного сообщества опровергнуть категоричные заявления в СМИ были безуспешными. Уже на следующий день после начала «моральной паники», Э.Хаггитари опубликовала пост (13.05.2009), в котором указала на явное искажение фактов, изложенных в аннотации СМИ. В частности речь шла об неверной цифре респондентов (219 вместо 114), а также о произвольной интерпретации выводов докладчика [10]. Профессионально занимаясь исследованием социальных сетей, Э.Хаггитари привела данные массива исследования более тысячи студентов, в ходе которого не было выявлено никаких заметных корреляций между уровнем образования и использованием социальных сетей. В дальнейшем многие исследователи и преподавателей привели целый ряд результатов уже проведенных исследований, подтверждавших отсутствие негативного влияния Facebook на успеваемость студентов [17].

Несмотря на то, что результаты исследований не дали однозначно негативной оценки использования социальных сетей, общественное мнение уже было сформировано. После превращения названия научной статьи в газетный заголовок, мало кого из журналистов волновали дальнейшие исследования. Тем не менее, как мы отмечали ранее, положительным результатом медийного скандала стало стимулирование дальнейшего исследования данного вопроса.

В следующем эксперименте изучалось не только влияние социальных сетей на вовлеченность студентов, но и их успеваемость. В 2010 г. в течении одного семестра студенты (N=125), поделенные на контрольную и экспериментальную группу использовали социальную сеть Twitter. В ходе эксперимента для студентов был создан общий аккаунт на весь класс, который выполнял роль центрального узла связи – на него писали сообщения и через него велись дискуссии. В итоге экспериментальная группа показала более высокие результаты с точки зрения как вовлеченности, так и успеваемости [13]. Это позволило авторам подтвердить правильность применения теории вовлечения в отношении социальных сетей.

В том же 2010 г. в университете Мидвестерн (штат Техас, США) 15 студентов приняли участие в эксперименте по использованию сети Twitter в учебном процессе. По его результатам был сделан вывод о том, что наиболее эффективно сети используются студентами для обучения вне учебного процесса и без контроля преподавателя. Те студенты, которые использовали микроблог под наблюдением преподавателя показали более низкую продуктивность, чем те, которые использовали его самостоятельно. Главным позитивным результатом стало использование микроблога для формирования групп интересов и обмена полезной информацией [14].

В 2011 г. группа исследователей провела исследование с использованием в учебном процессе социальной сети Twitter. В течение двух семестров группа студентов старшего курса (N=113) вела аккаунт в сети Twitter совместно с профессором, для которого использовать эту сеть было в новинку. Из студентов только 17 человек имели значительный опыт пользования сетью. По итогам первого семестра, несмотря на незначительный опыт профессора, выкладывавшего в сеть много личной информации, наблюдался значительный рост интереса к курсу, а использование микроблога оценивалось в высшей степени положительно. Во время второго семестра условия использования сети Twitter были изменены. Из микроблога профессора удаляли все личные сообщения, а студентам был прочитан курс о правильном использовании этой социальной сети. В результате интерес и вовлеченность студентов остались на таком же высоком уровне. На последнем этапе из студентов были отобраны 22 человека для участия в фокус группе, по результатам работы с которой были сделаны выводы о сильных и слабых сторонах использования сети. К сильным относились: увеличение заинтересованности в курсе, персональная вовлеченность и эффективное использование времени. Количество негативных комментариев было минимально и касалось различных аспектов использования сети, не относящихся прямо к учебному процессу [18].

В ходе другого эксперимента в том же году студентам (N=80) предложили самостоятельно использовать Twitter в учебном процессе, предварительно разъяснив возможности и особенности функционирования этой социальной сети. По истечении трех недель эксперимента с 10 студентами было проведено полуструктурированное интервью. Из них половина использовала социальную сеть, а половина отказалась от ее использования в ходе курса. Главный аргумент против использования сети заключался в том, что, по мнению респондентов, она дублирует уже имеющиеся ресурсы, которые также можно использовать для обучения. Пятью главными преимуществами сети были названы:

  1. Большая наглядность и доступность приводимых примеров
  2. Удовольствие и комфорт от использования
  3. Понимание перспектив дисциплины в целом
  4. Большая информативность
  5. Упрощение коммуникации [15]

Таким образом, уже из приведенных примеров видно, что в ходе экспериментов выделились два плоскости рассмотрения эффективности использования социальных сетей. Во-первых, речь шла об оценке результативности либо с точки зрения вовлеченности, либо с точки зрения успеваемости. Во-вторых, социальная сеть могла использоваться студентами как автономно, так и под контролем преподавателя.

Большое количество позитивных отзывов о внедрении социальных сетей в учебный процесс, породило и скептическое направление в исследовании этого процесса. В 2012 г. американские исследовательницы Б.Уэлш и Дж.Боннан-Уайт опубликовали критический анализ проведенных ранее исследований и предположили, что в некоторых случаях авторы допустили ряд ошибок. Во-первых, был не учтен «хотторнский эффект», когда студенты «были поставлены в условия, при которых они не могли быть не вовлечены в учебный процесс». В подтверждение своей гипотезы исследовательницы провели опрос в студенческих кампусах (N=206), с целью изучения процесса вовлеченности в учебный процесс через социальные сети. В результате исследования не было обнаружено существенных корреляций между использованием социальных сетей и успеваемостью или заинтересованностью студентов. Однако, в ходе дальнейшего анализа полученных данных, было установлено, что ключевым фактором эффективности использования социальных сетей в учебном процессе является отношение студентов к ним. Во-первых, не у всех студентов социальная сеть вызывает положительные эмоции – некоторым не нравилось ею пользоваться в принципе. Во-вторых, некоторые студенты привыкают использовать одну сеть и не видят необходимости использовать другую. Так, к примеру, когда преподаватель предлагал студентам следить за новостями в сети Twitter, студенты, использовавшие Facebook, не проявляли энтузиазма. В-третьих, многие негативно отзывались о подобном опыте, поскольку использование социальных сетей в аудитории негативно. Кроме того, студенты, меньше использовавшие социальные сети показали хотя и незначительную, но более высокую успеваемость. Это, правда, сами исследователи приводили как пример того, что сеть не может рассматриваться как фактор развития успеваемости, поскольку на это влияет такое количество факторов, что выявить роль социальных сетей представляется трудно допустимым [19].

Своего рода итогом возникшей дискуссии можно считать эксперимент 2012 г., организованный в университете Южной Дакоты. Эксперимент проводился в два этапа. На первом этапе студенты были (N=125) поделены на экспериментальную и контрольную группы, первая из которых использовала сеть Twitter, а вторая – интернет-сервис Ning. На втором этапе велось наблюдение за группой студентов (N=135) использовавших Twitter и студентами, отказавшимися от использования социальных медиа.

В первом случае экспериментаторы предложили студентам вводный семинар по использованию сети в учебном процессе, обрисовав все возможные формы и методы по результатам ранних экспериментов. В итоге, и результаты успеваемости, и уровень вовлеченности у студентов экспериментальной группы был выше, чем у их коллег. Дополнительные измерения показали, что на момент начала исследования разница по этим показателям у обоих групп была незначительной.

На втором этапе студентами предложили использовать Twitter по своему усмотрению, без всякого предварительного инструктажа и рекомендаций, в то время как контрольная группа не использовала социальные сети. В результате успеваемость обоих групп была приблизительно одинаковой, равно как и степень их вовлеченности в учебный процесс. Контент-анализ сообщений в микроблогах студентов показал, что тема образования ушла для них на второй план, уступив место обсуждению других проблем [20].

Анализируя рассмотренные нами примеры, мы можем указать, что социологические методы позволили говорить об эффективности использования социальных сетей в учебном процессе при выполнении нескольких базовых условий. Первым из них является создание системы контроля использования студентами социальных сетей. Руководящим лицом здесь выступает преподаватель или другой сотрудник университета, который должен определять цель и задачи использования социальных медиа в учебном процессе. Вторым условием является четкое понимание приоритетного направления использования социальных сетей – либо как способа вовлечения в жизнь учебного заведения, либо как средства повышения качества образования. Это определяет методы использования ресурса.

Результаты всех значимых исследований на сегодняшний день можно разделить на позитивные, негативные и нейтральные. Что же касается самих форм использования социальных сетей, то мы можем выделить формализованный и неформализованный типы, а также два уровня взаимодействия (таблица 2).

Таблица 2. Формы использования социальных сетей в учебном процессе

Типы связей

Уровни взаимодействия

Преподаватель-студент

Студент-студент

Формализованные

Наблюдение за работой преподавателя в ходе курса и изучение его методических рекомендаций

Работа в группе над проектом в рамках аудиторной работы

Неформализованные

Создание внеучебных форм коммуникации с преподавателем

Создание групп интересов и обмен информацией

С целью дальнейшего исследования вопроса, нами были проведены фокус-групповые интервью среди студентов Волгоградского государственного технического университета. Технические параметры проведенных интервью приведены в таблице 3:

Таблица 3. Фокус-группы по проекту «Социальные сети»

Дата

курс

Кол-во

м/ж

3.10.2013

2

10

4/6

7.10.2013

4

10

3/7

10.10.2013

2

9

3/6

17.10.2013

1

10

5/5

17.10.2013

5

9

2/7

23.10.2013

5

8

3/5

Если оценивать формы использования социальных сетей, то можно отметить преобладание неформальных связей. Студенты сами создают группы и используют их как для поиска и обмена необходимой информацией, так и для контактов с преподавателями.

Если говорить о создании групп интересов, то социальные сети привлекают студентов своими техническими параметрами: возможностью создавать конференции, прикреплять к сообщениям файлы для обмена, удобным интерфейсом, который вписывается в привычную для них электронную среду:

«У нас есть группа нашей группы, и там аккумулируется все: фотографии, темы семестровок и очень удобно» (Артем, 2 курс).

«Чем контакт удобен для учебы, то это тем, что там есть группа. И есть функция диалога, где можно написать сообщение и все его видят. Есть к примеру, дежурство. И там староста пишет, кто дежурит. Например, она за одно сообщение всех проинформировала». (Ирина, 5 курс)

«Я хотела сказать, что есть группа, в которую мы можем все выкладывать, все говорить, что происходит в учебном процессе. Нет, просто я залезла в какую-то группу и там увидела, как комментируют преподавателя и это ужасно, им лучше этого не видеть. А еще там мы шпорами обмениваемся. Семестровыми и т.д.» (Таня, 5 курс)

«Группа используется для сброса информации, по поводу домашних заданий, какие лабораторные будут или какие-то мероприятия. Сами домашние задания…» (Сергей, 1 курс)

«У нас староста создала группу, в которой мы общаемся – разбираем темы рефератов, ссылки полезные, на файловом хранилище университета. Часть – хранилище прошлых лет – рефераты, семестровые , которые потом можно использовать. Также информация, которую нам дают преподаватели – мы ее туда загружаем. Т.е. это аналог файлового хранилища. Там же комментарии». (Вячеслав, 5 курс)

Также студенты упоминали о социальных сетях как неформальном способе общения с преподавателями, хотя подчеркивали что их коммуникация ведется по учебным вопросам:

«Допустим есть конференция, и ты скидываешь информацию преподавателю, а он там отмечает, что правильно, что нет. У меня допустим есть контакт с преподавателем и он может написать что к примеру на следующий день надо быть там-то или там-то» (Ксюша, 1 курс).

Следует отметить, что преподаватель в этом случае не является инициатором группы, он участвует в ней как «гость». Между тем, как показали эксперименты в США и в России, в частности, в Томском университете [7, c. 44-45], участие преподавателя в качестве координатора проектов на основе сетей увеличивало эффективность обучения студентов.

Многие студенты используют социальные сети для поиска информации, в связи с чем также высказывались предложения об их внедрении в учебный процесс:

«Я состою в нескольких группах, где выкладываются книги, по разным тематикам. Там есть специальные меню и легче искать. Что касается дальнейшего использования, хотелось бы видеть больше групп с книгами, в том числе с аудиокнигами. Больше видео записей, в том числе с научной тематикой» (Александр, 4 курс)

«А что касается учебного процесса, можно использовать видео из сетей на лекциях, где те же химические реакции» (Оля, 4 курс).

Говоря о необходимости развития новых форм использования социальных сетей, респонденты высказывали пожелание о необходимости создать официальную страницу университета «ВКонтакте»:

«Если бы новости политеха мелькали бы в ленте, то внимания к ним было бы больше…» (Юля, 5 курс)

«Есть группа самого политеха, и там информация, но не всегда. У нас была конференция в 12 часов и только в 10 нам про нее сказали. И вот там какие-то группы поддержки, и там заранее и все сидят «ВКонтакте», а на сайт мало кто заходит». (Катерина, 1 курс)

«Можно было бы создать страничку официальную и выкладывать ин-формацию. Какие-то события все равно происходят. Это было бы интересно почитать. Конечно, есть сайт, то там нет такой возможности для обсуждения». (Лилия, 5 курс)

«Я бы хотела, чтобы «ВКонтакте» создали группу по олимпиадам нашего университета. На сайте я не замечаю этого. Я не видела отдельно… А вот если бы была группа, и там было бы написано – состоялась олимпиада такого-то числа по такому-то предмету или требования и тогда больше народа придет на олимпиаду, больше захочет поучаствовать» (Настя, 2 курс).

При этом отдельно затрагивалась тема отличия социальных сетей от сайта университета:

«Не выкладываются мелкие новости о проведении маленьких конкурсов. Такая-то олимпиада, такой-то конкурс… А на сайте крупные новости - заседание ректората». (Станислав, 5 курс)

«ВКонтакте» можно создать, группу официальную от лица университета. …Мы все новости узнаем из «ВКонтакте»… Учимся на втором высшем и нам все время вешают расписание на пятом этаже, что мы не всегда замечаем, потому что редко ходим… А если бы в сеть, то сразу бы поняли» (Оля, 4 курс).

Отдельно мы бы хотели отметить, что хотя в целом преобладает позитивное отношение к внедрению социальных сетей в учебный процесс, что совпадает с тенденциями в западной системе образования, некоторые респонденты высказывали опасения, что социальные сети будут мешать процессу обучения.

Анализ и оценка результатов исследования

В качестве промежуточных выводов, анализируя результаты фокус-групп, мы можем отметить следующее:

  1. Социальные сети, еще до введения государственных стандартов, стали повседневной практикой многих студентов, что оказало существенное влияние на образовательный процесс.
  2. В основном преобладает использование социальных сетей на неформальном уровне. Несмотря на то, что студенты не всегда используют сети как образовательный ресурс, те коммуникации которые в них протекают, создают информационную среду, влияющую на образовательный процесс.
  3. В качестве перспектив развития социальных сетей как сегмента образовательного процесса можно выделить ее информационную составляющую Студенты в качестве пожелания указывают на необходимость внедрения социальной сети как альтернативного официальному сайту источника информации.

Говоря об итогах нашего исследования в целом, мы должны, вернувшись к началу нашего сообщения, еще раз подчеркнуть актуальность темы использования социальных сетей в учебном процессе. Также, как и на Западе, в России интернет уже стал частью института образования, а социальные сети становятся повседневной практикой молодежи. Социальные сети также стали для молодежи новыми пространствами социализации, заменив привычные социальные практики в виде прогулок в парке или походов в кино. Однако само по себе наличие массовой аудитории пользователей сетей еще не является достаточным условием их полноценного внедрения в учебный процесс.

Более глубокое изучение процесса внедрения социальных сетей в образовательный процесс показывает, что для их полноценного использования необходимы ряд дополнительных условий.

Во-первых, это интерес к социальным сетям в гуманитарной науке. Так, к примеру, хотя социальная сеть Facebook была создана в 2004 г., в 2005 г. была опубликована всего одна статья о ней в научных журналах гуманитарной направленности, в 2006 г. – 9, в 2007 г. – 22, и только в 2008 г. – 70, после чего количество публикаций стало расти в геометрической прогрессии [20]. Для сравнения укажем, что социальная сеть «ВКонтакте» была создана в 2006 г., а к августу 2013 в базе РИНЦ можно найти только 47 статей на эту тему, что для ресурса с более чем 50 млн. пользователей является явно недостаточным.

Во-вторых, решающим фактором исследования сетей является создание позитивного имиджа. В США примером может быть преодоление последствий «моральной паники» в отношении безопасности детей. До 2007 г. социальные сети в основном воспринимались как опасное для детей место, а, как указывал исследователь развития техники Э.Бейкер, потенциально опасные или неудачные изобретения редко пользуются вниманием научного сообщества до тех пор, пока не будет доказано обратное [8, p.12]. Когда государственные органы в 2007 г. предъявили ряд требований Facebook касающихся обеспечения безопасности, то сеть пошла на значительные уступки, объявив о введении нескольких десятков уровней безопасности, что не только обеспечило ей позитивный имидж, но и сделало регистрацию в ней статусным символом. Это, на наш взгляд, позволило нивелировать негативное отношение к ним, созданное в том числе после обсуждения проблемы успеваемости, о которой мы говорили выше. Кроме того, американскую прецедентную правовую систему отличает динамичное развитие и появление новых правовых норм в отношении социальных сетей на уровне штатов. Так, в 2013 г. в штате Миссури были приняты поправки в «Акт Защиты Студентов Эми Хестир», согласно которым теперь учебное заведение может обязать учащихся и преподавателей общаться только через контролируемые школой ресурсы. Соответственно, свободное общение между преподавателями и студентами в социальных сетях, при некоторых условиях может оцениваться как противоправное действие.

В случае российских сетей позитивный имидж социальных сетей только формируется. Как показал проведенный нами анализ материалов российского телевизионного канала «Вести», в основном социальные сети освещаются нейтрально или негативно, а социальная сеть «ВКонтакте» прочно ассоциируется с множеством негативных практик. В 2012 г. рост негативных упоминаний об этой сети был связан с чередой самоубийств подростков (февраль), начало сдачи ЕГЭ (май), арестом педофилов (август), манифестом «Московского Брейвика» Дмитрия Виноградова и расстрелом им своих коллег в столичном офисе (ноябрь). При этом упоминание «ВКонтакте» в связи со скандалами в ЕГЭ уже становится традицией [5].

Учитывая, что в силу ряда субъективных и объективных обстоятельств внедрение социальных сетей в учебный процесс проходит стихийно, необходимо более пристальное внимание к этой теме, прежде всего с целью выработки эффективных механизмов интеграции социальных сетей в учебный процесс.

На наш взгляд, правомерно выделить два аспекта этой проблемы: теоретический и социальный. Говоря о теоретическом аспекте, мы должны помнить о том, что исследование вопроса о внедрении сетей в образовательный процесс находится только на начальном этапе своего развития. Не в малой степени причиной этого является не разработанность в отечественной науке тем, связанных с социальными сетями в целом. Исследование и привлечение зарубежного опыта должно стать необходимым элементом развития этих исследований, однако он не может быть эффективно использован без учета культурологической специфики российской образовательной среды. Можно также утверждать, на основе проанализированных нами экспериментов, что говорить об однозначно негативном влиянии сетей на институт образования нельзя. Также их внедрение во многом зависит от преподавателя и представителей руководства учебного заведения, что делает насущным обсуждения вопроса о необходимости специальной подготовки в этой сфере. Другим дискуссионным вопросом подобного рода является необходимость правовой регламентации использования сетевых ресурсов в рамках учебного процесса.

Помимо теоретической составляющей, значимую роль играет и будет играть социальная, под которой понимается, прежде всего, общественное мнение в отношении социальных сетей. Процесс внедрения любой технологии может описан через процесс взаимодействия различных социальных групп, среди которых можно выделить государство как группу чиновников, имеющих отношение к данному вопросу, СМИ как институт, формирующий общественное мнение и в нашей стране находящийся под большим влиянием государства, разработчики технологии, т.е. владельцы и менеджеры ресурсов, а также преподаватели и учащиеся. Учитывая централизованность системы управления в России, мы можем предположить, что позиция первых двух групп будет определяющей в этом вопросе.

Список литературы

  1. Бабин Е. Н., Редько Н. В. Cоциальные сети как веб-сервис в организации образовательного процесса в ВУЗе // Информационная среда вуза XXI века. - Петрозаводск: Петрозаводский государственный университет, 2011. - С. 24-27.
  2. Горошко Е.И. Твиттер как разговор через контекст: от Образования 2.0 к Образованию 3.0? [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.textology.ru/article.aspx?aId=224
  3. Горошко Е.И. Виртуальное групповое обучение (с использованием Skype-технологий) как средство реформирования магистерских программ университетов. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.textology.ru/article.aspx?aId=216
  4. Ефимов, Е.Г. Молодёжь и социальные Интернет-сети: особенности социологических исследований на примере диссертационных исследований США / Е.Г. Ефимов // Научный потенциал регионов на службу модернизации : межвуз. сб. науч. ст. / ГАОУ АО ВПО "Астраханский инж.-строит. ин-т (АИСИ)". - Астрахань, 2012. - № 1 (2). - C. 134-137.
  5. Ефимов, Е.Г. Культура как фактор конструирования образа социальных сетей в общественном мнении (опыт контент-анализа российских телеканалов 2011-2012 гг.) / Е.Г. Ефимов // Известия ВолгГТУ. Серия "Проблемы социально-гуманитарного знания". Вып. 13 : межвуз. сб. науч. ст. / ВолгГТУ. - Волгоград, 2013. - № 9 (112). - C. 69-74.
  6. Редько В.А. Особенности формирования готовности учащихся к самостоятельному использованию образовательных возможностей сети интернет / В.А.Редько // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Образование, здравоохранение, физическая культура. - 2007. - № 26 (98). - С. 129-133.
  7. Фещенко А.В. Социальные сети в образовании: анализ опыта и перспективы развития // Открытое и дистанционное образование. Томск, 2011. № 3(43). С. 44–50.
  8. Bijker W. The Social Construction of Technology / Wiebe Eco Bijker. – Eijsden: The Netherlands, 1990 – 218 p.
  9. Boyd D. Facebook and academic performance: Reconciling a media sensation with data [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.zephoria.org/thoughts/archives/2009/05/01/facebook_and_ac.html
  10. Hargittai E. ZOMG! Facebook use and student grades [Электронный ресурс] Режим доступа: http://crookedtimber.org/2009/04/13/zomg-facebook-use-and-student-grades/
  11. Heiberger G. Harper R. Have you facebooked Astin lately? Using technology to increase student involvement / Greg Heiberger, Ruth Harper // New Directions for Student Services. Special Issue: Using Emerging Technologies to Enhance Student Engagement. – V.2008 (124). – 2008. - P. 19–35.
  12. Junco R. Elavsky M.C. Heiberger G. Putting twitter to the test: Assessing outcomes for student collaboration, engagement and success / Reynol Junco, C. Michael Elavsky, Greg Heiberger // British Journal of Educational Technology. – V. 44 (2) – 2013. – p. 273–287.
  13. Junco R. Heiberger E. Loken E. The effect of Twitter on college student engagement and grades / R. Junco, G. Heiberger, E. Loken // Journal of Computer Assisted Learning. - Volume 27, Issue 2, pages 119–132, April 2011
  14. Kassens-Noor E. Twitter as a teaching practice to enhance active and informal learning in higher education: The case of sustainable tweets / Eva Kassens-Noor // Active Learning in Higher Education. - № 13 – 2012. – p. 9-16.
  15. Lowe B. Laffey D. Is Twitter for the Birds? : Using Twitter to Enhance Student Learning in a Marketing Course / Ben Lowe and Des Laffey // Journal of Marketing Education. – №33 - 2011. – p. 183-192.
  16. Mazer J.P., Murphy R.E., Simonds C.J. I'll See You On “Facebook”: The Effects of Computer-Mediated Teacher Self- Disclosure on Student Motivation, Affective Learning, and Classroom Climate / Joseph P. Mazer, Richard E. Murphy & Cheri J. Simonds // Communication Education. - Vol. 56, - No. 1, - 2007, - pp. 1-17.
  17. Pasek J. More E. Hargittai E. Facebook and academic performance: Reconciling a media sensation with data / Josh Pasek, eian more, and Eszter Hargittai // First Monday. – V. 14. - № 5. – 2009. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://journals.uic.edu/ojs/index.php/fm/article/view/2498/2181
  18. Rihaldo S.B. Tapp S. Laverie D.A. Learning by Tweeting : Using Twitter as a Pedagogical Tool / Shannon B. Rinaldo, Suzanne Tapp and Debra A. Laverie // Journal of Marketing Education. – №33 - 2011. - p.193-203.
  19. Welch B.K., Bonnan-White J. Twittering to increase student engagement in the university classroom / Bridget K. Welch, Jess Bonnan-White // Knowledge Management & E-Learning: An International Journal, Vol.4, No.3. – 2012. – p. 325-345.
  20. Wilson R.E. Gosling S.D. Graham L.T. A Review of Facebook Research in the Social Sciences / Robert E. Wilson, Samuel D. Gosling and Lindsay T. Graham // Perspectives on Psychological Science. - 2012. - №7(3). - p. 203 –220.