Философия К. Леонтьева и проблемы глобализации

№50-1,

Экономические науки

Проблемы глобализации задолго до современных исследований изучил и проанализировал К. Н. Леонтьев. Унификацию духовной и материальной культуры западной цивилизации философ считает процессом негативным, процессом смесительного упрощения или вторичной простоты ведущей к дряхлости, умиранию и разложению её организма. Процессу всеобщего смешения, упрощения и разложения философ противопоставляет «эстетику жизни». В качестве альтернативы разрушительному ходу истории Леонтьев выдвигал «охранительный» принцип государства и религии, укрепление семьи как «малой церкви», принцип красоты в искусстве и монашеский путь личного спасения.

Похожие материалы

В современных западных исследованиях термин «транснационализм» занял прочные позиции в описаниях мировых тенденций развития в эпоху глобализации. Деньги, труд, образы и стили жизни, информация и идеи не знают сегодня границ. Вместе с тем, тенденции глобализации отнюдь не означают кризиса национальной государственности, они не отменяют устойчивости местной неформальной экономики, этнического своеобразия и культурного «почвенничества» в самых разных видах. Более того, национальные и этнические проблемы, проблемы самобытности государств являются одними из наиболее острых и болезненных в современном мире. Обращение людей к традиции, выпестованной в рамках нации – государства, стало своеобразной реакций на тенденции нарастающей унификации духовной и материальной культуры в условиях глобализации [1-8].

Генезис данных тенденций задолго до современных исследований изучил и проанализировал Константин Николаевич Леонтьев (1831 – 1891), русский мыслитель, писатель и публицист, дипломат, врач, ставший в конце жизни монахом [9;10].

Унификацию духовной и материальной культуры западной цивилизации философ считает процессом негативным, процессом смесительного упрощения и уравнения или вторичной простоты ведущей к дряхлости, умиранию и разложению её организма. В частности Константином Леонтьевым доказывается: «во-первых, что в социальных организмах романо – германского мира …. открылся процесс вторичного смешения, ведущего к однообразию; во-вторых, что однообразие лиц, учреждений, мод, городов и вообще культурных идеалов и форм распространяется всё более и более, сводя всех и всё к одному весьма простому, среднему, так называемому «буржуазному» типу западного европейца; и в-третьих, что смешение более против прежнего однообразных составных частей вместо большей солидарности ведёт к разрушению и смерти (государств, культуры)» [11, c.480]. В таких гибнущих, деградирующих обществах, по наблюдению Леонтьева, меняется психология людей, гаснет энергия жизнедеятельности, падает, как говорил столетие спустя его последователь Лев Гумилев, пассионарность. Империи гибнут при внешне благополучных условиях, при какой - то расслабленности властей и народа, при господстве эвдемонизма, то есть веры в то, что человечество может достичь тихого, всеобщего блаженства на этой земле.

Процессу всеобщего смешения, упрощения и разложения противостоит, прежде всего, у К. Леонтьева «эстетика жизни». Свободная воля человека может влиять на историю, оказывая сопротивление, препятствуя распространению прогресса и религии эвдемонизма. В качестве альтернативы разрушительному ходу истории, или, как можно было бы сказать сейчас, глобализации, Леонтьев выдвигал «охранительный» принцип государства и религии, укрепление семьи как «малой церкви», принцип красоты в искусстве и монашеский путь личного спасения. Все эти факторы, безусловно, связаны у философа на религиозной основе как сопротивление неизбежной апостасии, то есть неминуемости постепенного ухудшения состояния мира вследствие «отступления» человечества от Христа и христианских начал жизни. Даже один монах, по мнению К.Н. Леонтьева, своим выбором аскетического идеала противостоит прогрессивным тенденциям и тем самым «отсрочивает» конец. Что же говорить о целом охранительном государстве.

Таким своеобразным государством? С точки зрения российского мыслителя, может стать Россия, но для этого у неё должна быть форма, а форма «… есть деспотизм внутренней идеи, не дающей материи разбегаться» [11, c.82]. Явления вне определенной формы не существует: оно или пребывает в форме, или ищет форму. Форма «стесняет», но это стеснение спасительно, в то время как вне формы — смешение, упрощение, гибель. Так, в частности, нет требуемого государства без принудительных форм власти, армии, полиции, вообще неравенства и социальных перегородок, создающих сложность государственных форм; нет православия вне совершенно определенных форм церковности, нет произведения искусства (это наиболее очевидно) без подчинения материала форме, наконец, нет в нравственном смысле и человека, если он не будет «стесняться» – во всех смыслах этого слова: внешне человек должен быть «отечески и совестливо» стеснен государственной властью, внутренне – религией и собственной совестью. Второе – важнее, поэтому религия – краеугольный камень охранения: «Когда веришь, тогда знаешь, во имя чего стесняешься...».

Специфику и основу охранительности национальной российской государственности даёт византизм. «Византизм в государстве значит — Самодержавие. В религии он значит христианство с определенными чертами, отличающими его от западных церквей, от ересей и расколов. Византизм ... отвергает всякую надежду на всеобщее благоденствие народов ... он есть сильнейшая антитеза идее всечеловечества в смысле земного всеравенства, земной всесвободы, земного всесовершенства и вседовольства» [11, c.9-10].

С точки зрения К. Леонтьева, византизм способен задержать Россию от вступления на путь либерально-эгалитарного прогресса, который разъедает Запад и начал в его время уже проникать в Россию.

Византийские же начала — аристократические начала организовали Россию в великий и своеобразный мир противоположный Западу. Свободное же господство народных начал, национального самоопределения, без принудительных начал сверху и извне, должно привести к разложению и распадению России. Здесь философ, казалось бы, принижает и недооценивает роль народных начал, национального самоопределения, но с другой стороны русская история как будто бы подтвердила правоту К. Н. Леонтьева. Он оказался провидцем. Падение организующих и скрепляющих византийских начал, «проявление крайнего практического безбожия» [12, с. 343] всегда приводило к процессам разложения в России. Разлив народной, национальной стихии никогда не удерживал её единства и силы.

Список литературы

  1. Актуальные вопросы экономики и управления в условиях модернизации современной России. Коллективная монография/ под общей редакцией Голичева В.Д. Смоленск, 2015. - 290с.
  2. Кондрашов В.М. Мировая экономика в условиях глобализации и регионализации// Актуальные вопросы экономики и управления в условиях модернизации современной России. - Смоленск, Смоленская городская типография, 2015. - С. 19-24.
  3. Шеломенцева М.В. Позиционирование региональных экономических систем по уровню инвестиционной отдачи// Актуальные вопросы экономики и управления в условиях модернизации современной России. - Смоленск, Смоленская городская типография, 2016. - С. 83-89.
  4. Негрей А.В. Демографический фактор активизации инновационной деятельности региона//Творческое наследие А.С. Посникова и современность, 2014. - № 8. - С. 135-139.
  5. Кондрашов В.М. Современные национальные инновационные системы//Экономика и общество/ под общ. ред. В.В.Бондаренко, В.А.Дресвянникова, О.В.Лосевой. Пенза, 2013.- С. 457-469
  6. Михальченков Н.В. Smart-технологии как индикаторы инновационного развития региона// Мир науки и инноваций. - 2015. - Т. 13. - С. 51-54.
  7. Шеломенцева М.В. Концепция формирования оценочных моделей воспроизводства трудовых ресурсов региона// Вектор науки Тольяттинского государственного университета. 2013. - № 3 (25). - С. 388-390
  8. Попова В.В. Смарт-технологии в контексте экономики знаний// Актуальные вопросы экономики и управления в условиях модернизации современной России. - Смоленск, Смоленская городская типография, 2015. - С. 25-28.
  9. Михальченков Н.В. Инновации: историко-философские истоки//Экономика и общество/ под общ. ред. В.В.Бондаренко, В.А.Дресвянникова, О.В.Лосевой. Пенза, 2013.- С. 537-547
  10. Михальченков Н.В. Актуальность философии К. Леонтьева для современной России// Сборник научных трудов. Смоленск, 2007. С. 28-31.
  11. Леонтьев К.Н. Храм и церковь. М.: ООО «Издательство АСТ», 2003.
  12. Трубецкой Е.Н. Смысл жизни. М.: ООО «Издательство АСТ», 2003.