Личная и общественная безопасность: в контексте формирования глокалэтики

NovaInfo 7, скачать PDF
Опубликовано
Раздел: Социологические науки
Просмотров за месяц: 0
CC BY-NC

Аннотация

Глобальные изменения современного мира бросили вызов концепциям безопасности социальных систем стран с тоталитарным режимом управления, в частности странам бывшего СССР, а ныне СНГ. Эти изменения в первую очередь связаны с процессами формирования постиндустриального общества, с процессами глобализации. Идеология и общественное мнение о безопасности в сфере информационно-коммуникативных процессов, направленных на сохранение, как деятельности, так и субъекта деятельности - находятся на стадии формирования.

Ключевые слова

ЛИЧНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ, ОБЩЕСТВЕННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ, ГЛОКАЛЭТИКА

Текст научной работы

Глобальные изменения и риски

Глобальные изменения современного мира бросили вызов концепциям безопасности социальных систем стран с тоталитарным режимом управления, в частности странам бывшего СССР, а ныне СНГ. Эти изменения в первую очередь связаны с процессами формирования постиндустриального общества, с процессами глобализации. Идеология и общественное мнение о безопасности в сфере информационно-коммуникативных процессов, направленных на сохранение, как деятельности, так и субъекта деятельности — находятся на стадии формирования.

В эпоху глобализации философия социальных систем должна быть ориентирована на ценности и смыслы, включенные в широкий социальный контекст, предопределяющие разную деятельность с целью защиты жизни каждого человека и безопасности государства. Идеи, которые являются привлекательными для большинства людей в мире, обеспокоенных своей безопасностью и безопасностью своего дела, сконцентрированы в философии ненасилия, идеях сотрудничества, консенсуса, договоренностей, партиципативности и партнерства. В них насилие рассматривается как узурпация свободной воли и посягательство на свободу человеческой воли. Термин «глокалэтика» предлагает глобализирующемуся миру новую этическую матрицу, в которой, с одной стороны, отвергается высокомерие современной морали по отношению к нравам и традициям (т.е. право морали на господство над обычаем), а с другой стороны предлагает осмыслить традиции в контексте безопасности каждого человека независимо от традиций, которых он придерживается.

В имеющейся социологической литературе недостаточно раскрываются проблемы безопасности, которые напрямую связаны с социальной ответственностью каждого человека. Каждый человек испытывает страх перед другим человеком, если знает, что у него есть оружие. И каждый человек хочет обезопасить себя от возможности применения оружия. В статье раскрываются установки населения северокавказского федерального округа (СКФО) РФ на право ношения огнестрельного оружия.

Безопасность в контексте истории, экономики и статистики

О безопасности можно говорить только в контексте угроз и рисков, которые бывают: мнимыми, реальными (объективными), прогнозируемыми. Существует множество аспектов безопасности: личная, национальная, экономическая, социальная, политическая, экологическая, информационная, военная, международная и т.п.

В контексте исследования предлагается придерживаться определения безопасности, как состояния общественных отношений, при котором личность, социальная группа, народ, страна (государство) может самостоятельно, суверенно, без вмешательства и давления извне свободно выбирать и осуществлять свою стратегию поведения.

В новейшей истории развития республик СКФО социальная безопасность граждан — одна из важнейших в условиях низкого уровня развития социально-экономической сферы. При ее таком длительном прижизненном состоянии, учитывая, что в республиках СКФО с 80-х годов XX века не был реализован ни один социальный проект, связанный с открытием рабочих мест. Анализируя криминальную ситуацию в СКФО, руководители государства признавались в слабой социальной политике центра на Северном Кавказе, а слабая социальная политика создает благоприятную почву для криминала с широким использованием огнестрельного оружия. В итоге Кавказ вносит свою лепту расширения людского потенциала для организаторов современного террористического движения и расширения идей радикального течения ислама.

Возможность применения частными лицами огнестрельного оружия в нашей стране, особенно на Северном Кавказе, после распада Советского Союза на фоне участившихся терактов приобретает большую актуальность. Вопрос, который стоит перед обществом в контексте данного вопроса, очень широк и не ограничивается лишь материальной стороной, а охватывает весь спектр человеческих ценностей, прав, свобод, в т.ч. законные интересы личности, охрану безопасности, имущества и достоинства граждан.

Провозглашенные права и свободы в реальной социальной жизни в республиках СКФО превращаются в абстрактные, виртуальные понятия. Здесь объяснение очень простое — бездействие правоохранительных органов, их низкая регистрационная активность, в чем уверены почти все наши эксперты. Количество преступлений год от года растет. Так, например, в РСО–А, несмотря на малочисленное население (710 тыс. человек), за год происходит от 10 до 15 громких убийств. Всего же в 2005 году были совершены 78 убийств, 15 из них не раскрыты, а в 2009 году — 70 убийств, не раскрыты 24.

По мере развития северокавказского общества безопасность все больше воспринимается как сохранение нации в целом. В этом контексте побудительным мотивом является сохранение себя как личности, семьи и общества, поэтому во времена межнациональных войн на Северном Кавказе люди любой ценой стремились приобрести оружие, продавая крупный рогатый скот, который кормил семью.

В последнее время в средствах массовой информации много говорится о том, что в правоохранительные органы попадают люди, которые непригодны не только в смысле профессионализма, но элементарно не отвечают тем морально-нравственным качествам, которые необходимы для работы в структуре, обеспечивающей безопасность граждан. Руководством страны, с учетом неудовлетворительных показателей в раскрываемости, росте преступлений, обвинений в сращивании милиции с криминальным миром, жалобами со стороны населения, предпринимался ряд мер, которые так и не принесли желаемого результата. В настоящее время также идет широкомасштабная реорганизация органов внутренних дел, о результатах которой можно будет судить только спустя некоторое время. Но речь идет о сегодняшнем дне, когда в глазах населения образ сотрудника милиции дискредитирован как никогда. Скандалы, связанные с участием сотрудников милиции, включая высокопоставленных милицейских чиновников, в громких преступлениях, не вызывают в народе доверия к правоохранительным органам. В такой ситуации у населения и впредь будет желание приобретать оружие, как говорится «спасение утопающих — дело рук самих утопающих».

Ситуации, когда произошла ресоциализация определенной части общества, т.е. разрушение ранее принятых ценностей и модели поведения личности, с последующим усвоением ценностей, радикально отличающихся от предыдущих, способствующих изменению мировоззрения граждан в ситуациях крайнего напряжения, могут быть весьма драматичными.

С потерей понимания роли государства как инструмента принуждения личность опускается и, в конце концов, превращается в варвара. Такие моральные ценности, как достоинство, доброжелательность, честность и скромность, уходят из общественной жизни. Из жизни общества ушел также и страх наказания. В таких условиях, по мнению большинства, хранение огнестрельного оружия может вызвать необратимые процессы в социальной жизни общества, о чем свидетельствуют результаты опроса.

Методология исследования

Объектом исследования являются национальные республики Северного Кавказа, входящие в Северо-Кавказский федеральный округ России: Республика Адыгея, Республика Дагестан, Республика Ингушетия, Кабардино-Балкарская Республика, Карачаево-Черкесская Республика, Республика Северная Осетия — Алания, Чеченская Республика.

Для полноценной реализации целей и задач исследования в каждой республике в январе — феврале 2009 г. был проведен репрезентативный опрос жителей. Целесообразный объем выборки составил 500 респондентов и 5 экспертов в каждой республике. Математическая ошибка такой выборки не превышает 3,1%, то есть обеспечивает надежную репрезентативность для каждого обследуемого субъекта Российской Федерации. Общий объем выборки для семи республик составил соответственно 3500 респондентов (из них 50% — коренное население и 50% — русские и русскоязычные) и 35 экспертов.

Для проведения опроса в каждой республике выборка строилась как территориальная, стратифицированная по типам населенных пунктов, маршрутная, квотная по социально-демографическим и национальным признакам. А также с учетом возможности сравнительного анализа установок «титульной» части населения республик СКФО и русского и русскоязычного населения (пол, возраст, образование, национальный состав), с учетом возможности сравнительного анализа автохтонной части населения республик СКФО и русской и русскоязычной частей.

Вопрос №1

Нашим респондентам был задан вопрос: «На Кавказе возродилась традиция иметь огнестрельное оружие в доме. Как вы думаете, в нынешних условиях правильно разрешить хранить огнестрельное оружие в доме?» (Таблица №1).

Первый вариант ответа:

  • «Безусловно, необходимо разрешить» хранить огнестрельного оружие в доме выбрали 44,6% ингушей, 44,4% русских и русскоязычных РИ, 25,1% осетин, 27,5% народов РД;
  • «Скорее, необходимо разрешить», — так думают 27,7% ингушей, 27,4% карачаевцев, черкесов, 26,2% кабардинцев, балкарцев.

Если сложить два варианта, то «за»: ингуши РИ (72,3%), русские и русскоязычные РИ (50,0%), дагестанцы (49,7%), карачаевцы, черкесы (47,9%), осетины (45,6%), адыгейцы (40,6%), русские и русскоязычные РД (39,0%), чеченцы (38,0%), русские и русскоязычные КБР (36,8%), русские и русскоязычные РСО–А (36,7%), русские и русскоязычные КЧР (33,7%), русские и русскоязычные РА (28,9%), русские и русскоязычные ЧР (27,1%).

Третий вариант: «скорее, необходимо изымать» выбрали 29,6% русских и русскоязычных ЧР, 28,9% русских и русскоязычных РА, 28,7% русских и русскоязычных РСО–А, 25,6% осетин, 25,0% русских и русскоязычных КЧР.

За то, чтобы «безусловно» изымать у населения из оборота незаконное огнестрельное оружие 34,6% русских и русскоязычных РА, 33,3% русских и русскоязычных ЧР, 32,6% русских и русскоязычных КЧР, 28,1% чеченцев, 27,4% карачаевцев, черкесов, 26,7% русских и русскоязычных РД, 26,4% русских и русскоязычных КБР.

Вновь сложим два варианта (третий и четвертый) и получим, что 63,5% русских и русскоязычных РА, 62,9% русских и русскоязычных ЧР, 57,6% русских и русскоязычных КЧР, 48,2% русских и русскоязычных РСО–А, 46,9% чеченцев, 45,6% русских и русскоязычных КБР, 44,7% адыгейцев, 43,8% карачаевцев и черкесов, 41,4% осетин, 38,4% кабардинцев, балкарцев, 38,3% русских и русскоязычных РД, 30,0% дагестанцев, 27,8% русских и русскоязычных РИ, 14,3% ингушей против разрешения хранить огнестрельное оружие в доме.

Достаточно высокий процент тех, кто не смог выразить свое отношение к данной проблеме: в ЧР среди русских и русскоязычных (33,3%) и чеченцев (28,1%), в РД русских и русскоязычных (26,7%), в РСО–А русских и русскоязычных (19,5%), в КБР кабардинцев, балкарцев (19,2%), русских, русскоязычных (17,6%), в РД дагестанцев (18,0%), в РСО–А осетин (15,8%), в РА среди коренного населения (15,3%).

Таблица 1. На Кавказе возродилась традиция иметь огнестрельное оружие в доме. Как вы думаете, в нынешних условиях правильно разрешить хранить огнестрельное оружие в доме?

Код

ответа

Варианты ответа

РА

КБР

КЧР

адыгейцы

русские и русскоязычные

кабардинцы, балкарцы

русские и русскоязычные

карачаевцы, черкесы

русские и русскоязычные

1

безусловно, необходимо разрешить

17,6

11,4

16,3

16,8

20,5

12,0

2

скорее, необходимо разрешить

22,4

17,5

26,2

20,0

27,4

21,7

3

скорее, необходимо изымать

24,7

28,9

23,3

19,2

16,4

25,0

4

безусловно, необходимо изымать

20,0

34,6

15,1

26,4

27,4

32,6

5

затрудняюсь ответить

15,3

7,6

19,2

17,6

8,2

8,7

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

Таблица 2. На Кавказе возродилась традиция иметь огнестрельное оружие в доме. Как вы думаете, в нынешних условиях правильно разрешить хранить огнестрельное оружие в доме?

Код

ответа

РД

РИ

РСО–А

ЧР

народы Дагестана

русские и русскоязычные

ингуши

русские и русскоязычные

осетины

русские и русскоязычные

чеченцы

русские и русскоязычные

1

27,5

15,7

44,6

44,4

25,1

14,9

14,6

8,6

2

22,2

23,3

27,7

5,6

20,5

21,8

23,4

18,5

3

12,0

11,6

9,8

16,7

25,6

28,7

18,8

29,6

4

18,0

26,7

4,5

11,1

15,8

19,5

28,1

33,3

5

20,4

22,7

13,4

22,2

13,0

14,9

15,1

9,9

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

Анализ таблицы показывает, что большая часть населения северокавказских республик за то, чтобы изымать у населения незаконное огнестрельное оружие. Но настораживает то, что каждый второй житель коренной национальности, русского и русскоязычного населения РИ, каждый третий дагестанец РД, каждый четвертый житель РСО–А не сомневается в том, что людям необходимо разрешить держать оружие в доме.

Несмотря на то, что большинство ЗА изъятие оружия в некоторых республиках, если суммировать два первых варианта, то результаты опроса говорят о том, что каждый второй и более житель коренной национальности КБР, КЧР, РД, РИ, РСО–А и русского и русскоязычного населения РИ хочет вооружиться.

Если же суммировать третий и четвертый варианты, то ЗА изъятие — каждый второй и более коренной житель РА, ЧР и русского и русскоязычного населения РА, КБР, РСО–А и ЧР. Надо отметить, что против вооружения активнее высказывается русское и русскоязычное население республик Северного Кавказа.

Вопрос №2

На вопрос: «Вы лично допускаете возможность применения частными лицами огнестрельного оружия?» получены следующие ответы: безусловно, допускают возможность применения огнестрельного оружия 36,0% ингушей, 27,8% русских и русскоязычных РИ. Скорее, допускают такую мысль 28,8% карачаевцев, черкесов, 26,7% кабардинцев, балкарцев, 25,4% русских и русскоязычных РД. (Таблица №2)

Каждый третий русский и русскоязычный РИ (33,3%), осетин (28,8%) и русский и русскоязычный РСО–А (29,9%), каждый четвертый русский и русскоязычный РА (25,2%) скорее, не допускает возможность применения огнестрельного оружия.

Без сомнения против применения огнестрельного оружия каждый третий русский и русскоязычный КЧР (30,8%), РА (31,0%), РД (26,6%), ЧР (34,6%), чеченец (27,7%), адыгеец (27,1%), каждый четвертый русский и русскоязычный КЧР (25,0%) и каждый пятый русский и русскоязычный КЧР (20,5%). Пятый вариант ответа: «руку, взявшую оружие, надо отрывать по шею» во всех группах не набрал легитимного большинства.

Затруднились с ответом на вопрос русские и русскоязычные РД (19,7%), осетины (19,1%), народы РД (18,8%), кабардинцы, балкарцы (18,0%), русские и русскоязычные РИ (16,7%), ингуши (16,2%), русские и русскоязычные КБР (14,5%), карачаевцы, черкесы (13,7%).

Таблица 3. Вы лично допускаете возможность применения частными лицами огнестрельного оружия?

Код

ответа

Варианты ответа

РА

КБР

КЧР

адыгейцы

русские и русскоязычные

кабардинцы, балкарцы

русские и русскоязычные

карачаевцы, черкесы

русские и русскоязычные

1

безусловно, допускаю

10,6

9,0

8,1

9,7

15,1

17,6

2

скорее, допускаю

24,7

18,6

26,7

15,3

28,8

20,9

3

скорее, не допускаю

21,2

25,2

23,3

24,2

11,0

16,5

4

безусловно, не допускаю

27,1

31,0

16,3

25,0

20,5

30,8

5

«руку, взявшую оружие, надо отрывать по шею»

10,6

9,0

7,6

11,3

11,0

6,6

6

затрудняюсь ответить

5,9

7,1

18,0

14,5

13,7

7,7

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

Таблица 4. Вы лично допускаете возможность применения частными лицами огнестрельного оружия?

Код

ответа

РД

РИ

РСО–А

ЧР

народы Дагестана

русские и русскоязычные

ингуши

русские и русскоязычные

осетины

русские и русскоязычные

чеченцы

русские и русскоязычные

1

22,4

10,4

36,0

27,8

16,7

8,0

7,3

12,3

2

15,2

25,4

20,7

11,1

18,6

23,0

21,5

13,6

3

18,2

13,3

18,0

33,3

28,8

29,9

24,1

21,0

4

21,8

26,6

8,1

11,1

13,5

18,4

27,7

34,6

5

3,6

4,6

0,9

0,0

3,3

6,9

9,9

9,9

6

18,8

19,7

16,2

16,7

19,1

13,8

9,4

8,6

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

100,0

В таких республиках, как РИ, КЧР, КБР, РД среди коренного населения есть значительные силы, которые способны применить при случае огнестрельное оружие. Среди русского и русскоязычного населения такие же настроения проявились в РИ, РД.

По мнению экспертов, применение огнестрельного оружия возможно только в целях самозащиты и обязательно должно быть законным, ибо незаконно приобретенное оружие чаще всего попадает в криминальные структуры. Эксперты и респонденты предлагают ужесточить наказание за незаконное хранение огнестрельного оружия.

Также есть мнение, что необходимо дать разрешение иметь травматическое оружие частным лицам. Но важно учитывать традиции на Кавказе: по прошествии десятилетий кровная месть еще в силе. Если гражданам будет позволено иметь огнестрельное оружие, то институт кровной мести вновь возродится. Анализ социальной структуры некоторых народов в республиках СКФО показал, что они отстали от других республик в культурном развитии, что во многом связано с низким материальным уровнем подавляющей части населения с учетом сохранения традиции родового быта и склада.

Размышления социолога

В обществе есть мнение: если даже у граждан нет желания иметь в доме оружие, условия жизни их провоцируют. С одной стороны, этого быть не должно, с другой — люди держат оружие в доме, чтобы защищать свою семью. Органы власти не могут обеспечить их безопасность. Хранить в доме оружие — это необходимость, если, конечно, речь не идет о ящиках с оружием. Но все должно быть законно, должно быть соответствующее разрешение на хранение огнестрельного оружия. Все эти люди должны быть на учете и их необходимо систематически досконально проверять.

Эксперты считают, что можно разрешить иметь огнестрельное оружие тем, кто вынужден иметь с ним дело по долгу службы, а также еще в том случае, если это будет жестко регулироваться законодательством (все условия хранения и т.д.). Но разрешать иметь оружие нужно только психически уравновешенным людям. Это очень сложный вопрос, который необходимо изучить на государственном уровне. Государство, власть не могут обеспечивать гарантий личной безопасности, безопасности собственности и т.д. Если в нашей стране будет жить безопасно, то вопрос об оружии автоматически снимается.

Общественное сознание готово к тому, чтобы запретить хранение огнестрельного оружия, так как на данном этапе, когда человек не может себя ограничить сам (а ограничение должно быть в мыслях, чувствах, действиях), должно срабатывать внешнее ограничение. Неподготовленному сознанию нельзя давать свободу.

На Северном Кавказе в настоящее время больше минусов. С одной стороны, необходимо, чтобы какие-то формы защиты были по той причине, что неспокойный регион. И проблемы есть: уличная преступность, кражи автомашин, покушение на личную собственность… Считается, что Северный Кавказ сложный регион. Во-первых, культура не на должном уровне, что может отразиться и на использовании огнестрельного оружия. В-третьих, имеют место межнациональные конфликты, в ходе которых может сработать это оружие. Продажа огнестрельного оружия разрешена в высококультурных странах, где ценность жизни высока, в нашей же стране ее нет. Ее не было и в царской России, и в советский период, и тем более в постсоветский. Понимание ценности жизни у нас нет, оно не выработано исторически. Если в нашей стране разрешить хранение оружия, то возрастет количество самоубийств, грабежей и т.д.

По мнению экспертов, эта традиция на Кавказе никогда не умирала. Но вопрос в том, правильно это или нет. На первый взгляд, неискушенному человеку мысль о том, что все вооружатся, кажется ужасной, особенно у женщин возникают опасения по поводу того, что возникнет беспредел. А возможно, что все будет совершенно наоборот, поскольку если преступник будет знать, что его потенциальная жертва вооружена, то этот факт может служить барьером его преступному действию. Эта мера, конечно, не искоренит преступность, и в первое время возможен некий всплеск насилия, но в итоге благодаря оружию как сдерживающему фактору должна произойти стабилизация криминальной обстановки. Оружие дает человеку личную защищенность, чего у нас не было в советские времена, когда государство фактически стояло над личностью, и чего мы не имеем сейчас.

Анализ ответов респондентов в зависимости от гендерной принадлежности, возраста, образования и места жительства особых изменений не выявил.

У респондентов есть устойчивое мнение: хранение огнестрельного оружия в России необходимо запретить. На данном этапе, когда человек не может себя ограничить сам (а ограничение должно быть в мыслях, чувствах, действиях), должно срабатывать внешнее ограничение. Нельзя неподготовленному сознанию давать в руки оружие. Мы находимся на том этапе, когда запрет необходим.

Материалы исследования позволяют сделать следующие выводы

На фоне абсолютной бедности населения и неспособности властей обеспечить социальное благополучие большинства населения, тенденция к приобретению оружия легальным и нелегальным путями будет расти, учитывая, что у людей растет страх перед угрозой новых терактов, разбойных нападений, грабежей и физическим уничтожением личности.

Высокий уровень безработицы будет способствовать появлению бандформирований, что является, по сути дела, открытым выражением недовольства своим униженным положением, учитывая, что подавляющая часть населения, а если проще, кроме людей власти, считают свое положение совершенно нетерпимым, включая в эту категорию высококвалифицированных граждан: учителей, врачей, ученых с научными степенями и званиями, работников культуры, искусства и литературы.

Если ситуация в сфере ношения огнестрельного оружия не станет меняться, то угроза государственной безопасности России будет нарастать, так как не будет удовлетворяться основополагающая потребность каждого человека и социальных групп, потребность в личной безопасности, защите от угроз, насилия и рисков.

Читайте также

Список литературы

  1. Адорно Т. Исследование авторитарной личности. М., 2001;
  2. Аликберов А.К. Эпоха классического ислама на Кавказе. М., 2003;
  3. Асадуллин Ф.А. Ислам в Москве. М., 2007;
  4. Бауман З. Индивидуализированное общество. М., 2002;
  5. Горленко Д. Легализация огнестрельного оружия в России. Дорога к «Дикому Западу» // http:// pgtu.by.ru/pub/gun.shtml;
  6. Гудков Л.Д. Негативная идентичность. М., 2004;
  7. Дзуцев Х.В. Пути преодоления этносоциальных конфликтов в СКФО РФ. М., 2010;
  8. Дзуцев Х.В. Беслан после 1-3 сентября 2004 г.: социологический анализ. М., 2008;
  9. Дробижева Л.М. Возможность совместимости гражданской и этнической идентичности//Национально-гражданские идентичности и толерантность. Опыт России и Украины в период трансформаций. Киев, 2007;
  10. Карпов А.В. Язычество, христианство, двоеверие. Религиозная жизнь Древней Руси в IX–XI вв. СПб., 2008;
  11. Лапин Н.И. Пути России. М., 2000;
  12. Лич Э. Культура и коммуникация: логика взаимосвязи символов. М., 2001;
  13. Локосов В.В. Трансформация российского общества (социологические аспекты). – М., 2002;
  14. Малашенко А.В. Ислам для России. М., 2007;
  15. Мансикка В.Й. Религия восточных славян. М., 2005;
  16. Мосс М. Социальные функции священного. СПб., 2000;
  17. Подвижники ислама: культ святых и суфизм в Средней Азии и на Кавказе. М., 2003;
  18. Путин В.В. Послание Федеральному Собранию Российской Федерации, 16 мая, 2003г. // www.kremlin.ru;
  19. Регионы в России: социокультурные портреты регионов в общероссийском контексте. Составление и общая редакция Н.И. Лапина, Л.А. Беляевой. М., 2009;
  20. Религия и глобализация на просторах Евразии. М., 2005;
  21. Религия и политика на рубеже двух тысячелетий. М., 2000;
  22. Россия и Чечня. СПб., 2003;
  23. Рэдклифф-Браун А. Р. Религия и общество // Структура и функция в примитивном обществе. М., 2001;
  24. Социальное неравенство этнических групп: представления и реальность. М., 2002;
  25. Федеральный закон «Об оружии», принятый Государственной Думой РФ 13 ноября 1996г.

Цитировать

Цой, Л.Н. Личная и общественная безопасность: в контексте формирования глокалэтики / Л.Н. Цой. — Текст : электронный // NovaInfo, 2011. — № 7. — URL: https://novainfo.ru/article/1344 (дата обращения: 24.05.2022).

Поделиться