Исследование правового положения различных социальных групп в Киевской Руси стало предметом научных работ В.А. Рогова и О.В. Роговой. Вопросам исследования Русской Правды посвящали свои публикации О.В. Борисов, А.О. Иншакова. В числе авторов исследований, конкретизирующихся на вопросе правового положения социальных групп в Киевской Руси, следует выделить Р.Л. Хачатурова, Е.В. Бирк, Г.А. Грибину, Е.Л.Ермолаеву. Вопрос о социальных группах и их правовом положении является довольно спорным, поэтому необходимо более подробно остановиться на его рассмотрении и тех источниках, в которых он представлен. В данном случае, авторы работ по данному вопросу рассматривают его именно с точки зрения Русской Правды. Стоит отметить, что основным источников для изучения в данном случае служит Пространная редакция Русской Правды.
«Русская Правда» как исторический источник дает сведения о развитии феодальных отношений, образовании классов, категориях феодально-зависимого населения, землевладении и земельной собственности, политическом строе Киевской Руси [3, С. 13]. Основным же делением людей в древнерусском праве являлось деление на свободных и зависимых. Основой такого разделения, как во многих других традиционных культурах стали практики, в т.ч. насильственные практики культурной самоидентификации людей, осваивающих новые территории и новые сложные методы хозяйствования в условиях кросскультурной коммуникации, которые сложились в начале прошлого тысячелетия на крупных водных путях будущей центральной части современной России [2, С. 133].
Среди свободного населения выделялись посадские люди и смерды-общинники, которые были юридически и экономически независимыми [9, С. 44]. Свободный смерд-общинник обладал имущественными правами, то есть обладал определенным имуществом, которое он мог завещать детям. В статье 90 Пространной Русской правды мы читаем: «Если умрет смерд. Если смерд умрет, то наследство князю; если будут у него дома дочери, то выделить им часть наследства…» [11]. Таким образом, закон защищал личность и имущество смерда.
Посадское население делилось на ряд социальных групп: боярство, духовенство, купечество, «низы», к которым относились ремесленники, мелкие торговцы, рабочие. В Русской Правде можно увидеть лишь некоторые аспекты о положении данной категории населения. В основном это можно понять по тем статьям, где речь идет о штрафах, назначаемых за убийство представителей этих социальных групп. [2] Например, в первой же статье Русской Правды говорится: «…если никто не будет за него мстить, то назначить 80 гривен за убитого, если он княжий муж или княжеский тиун; если он будет купец, или боярский тиун, или мечник, то назначить за него 40 гривен» [11]. Также в статьях с 12 по 15 о вирах: «А за тиуна огнищного и за конюшего — 80 гривен» или «О ремесленнике и ремесленнице. А за ремесленника и за ремесленницу — 12 гривен» [11]. Это говорит о том, что ценились также личные права посадских людей, в частности их жизнь. Стоит отметить, что нет сведений касаемо бояр или дружинников, но на основе некоторых летописей можно предположить, что за покушения на их жизни предполагалось куда более серьезное наказание — смертная казнь [13, С. 172].
Статус несвободного человека предопределял отсутствие прав и обязанностей. Несвобода в Русской Правде представлена как высшая степень несамостоятельности, поскольку вся ответственность за поступки зависимых людей ложилась на их хозяев. Наличие чёткой границы между свободными и несвободными было закреплено законодательно, что выражается, например, в 46 статье Пространной редакции Русской Правды: «Аже будуть холопи татие любо княжи, любо боярьстии, любо чернечь, их же князь продажею не казнить, зане суть не свободни, но двоиче платить ко истьцю за обиду» [11]. Таким образом теряется дееспособность несвободных.
В Русской Правде используются различные термины для обозначения независимого населения. Например, в статьях 16 и 17 встречаются термины «холоп» и «роба», а в статьях 32 и 38 — «челядь» [11]. В целом, к зависимому населению, судя по тексту Русской Правды, относили также смердов, закупов и холопов.
Определение статуса смерда является неясным, поскольку он также выступает как феодально-зависимое лицо в княжеской или боярской вотчине. Смерды должны были платить государственные налоги, особенно дань [3, С.14]. В Русской правде им посвящен ряд статей, такие статьи, как 16, 78, 90. К примеру, статья 16 говорит о том, что за убийство смерда нужно будет заплатить 5 гривен [11]. Можно сделать вывод, что жизнь смердов не особо ценилась, по сравнению с теми же купцами или ремесленниками, которые упомянуты выше.
Правовому положению холопов в Русской Правде посвящен целый ряд статей, с 110 по 121. Ст. 110 указывает на три основных источника полного холопства: самопродажа в рабство при свидетелях, женитьба на рабыне без договора с ее господином и поступление в ключники без договора [11]. Стоит отметить, что холоп — наиболее бесправный субъект права. Его положение было особенным: все, чем он владел, принадлежало его господину, но также за все проступки холопа отвечал тоже господин. Так, в статье 65 говорится: «…то платити за нь господину 12 гривен…» [11], то есть штраф за холопа уплачивал его хозяин. Личность холопа как субъекта права, можно сказать, не защищалась законом. Его можно было легко продать, купить, избить, а за убийство его ничего не полагалось, исключая случаи, когда это было сделано без вины, как говорится в статье 89: «А за убийство холопа или робы виру не платят; но если кто-нибудь из них будет убит без вины, то за холопа или за робу платят назначенные судом деньги…» [11].
Более сложной юридической фигурой в социальной системе Киевской Руси были закупы. Закуп — это ранее свободный человек, по каким-либо неизвестным нам причинам продавший боярину свою личную свободу за «купу». Этот долг следовало отработать, но установленных норм не существовало, в связи с этим кабальная зависимость могла продолжаться долгое время. В Пространной редакции Русской Правды о закупах говорится в статьях 56-62. Закон охранял личность и имущество закупа, запрещая господину беспричинно наказывать его и отнимать имущество. Статья 59: «Если господин нанесет ущерб закупу, причинит вред его купе или личной собственности, то это все ему возместить, а за ущерб ему платить 60 кун» [11]. За попытку же уйти от господина, не расплатившись, закуп терял свободу окончательно и обращался в холопа. Стоит отметить одну особенность социального положения закупов — они могли выступать свидетелями в судебном процессе в особых случаях: по малозначительным делам или «по нужде», об этом упоминается в статье 66: «А в малом иске по необходимости возложить свидетельство на закупа» [11]. Таким образом мы можем утверждать, что права закупа ограничивались по договору займа.
Исходя из этого, можно сделать вывод, что неравноправие различных социальных групп в Киевской Руси является само собой разумеющейся основой развития правоотношений по Русской Правде. Древнерусское общество представляется как разграниченное общество, где выделяется, прежде всего, привилегированное свободное население наряду с ограниченным в своих правах зависимым населением.