Защита прав должника при совершении исполнительных действий

№122-1,

юридические науки

В статье рассматриваются некоторые конституционные, гражданские права должника и те права, которыми должник может непосредственно воспользоваться в процессе исполнительных действий. Также рассматриваются способы защиты таких прав, виды ответственности судебного пристава-исполнителя за их нарушения. Права должника могут быть закреплены в Федеральном законе, который регулирует исполнительное производство, а также вытекать из судебной практики.

Похожие материалы

В России, как в развивающемся современном правовом государстве существует огромное количество правил поведения, закрепленных на законодательном уровне, за нарушение которых полагается определенного вида правовая ответственность — административная, уголовная, гражданская и другие виды. Санкции, закрепленные в различных отраслях права, в большинстве случаев, выносятся на основании судебного акта. Обеспечение правильного и своевременного исполнения судебного акта лежит на Службе судебных приставов России.

Деятельность судебных приставов регулируется Федеральным Законом №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» от 02 октября 2007 года.

Исполнительное производство — это действия органов службы судебных приставов, направленные на принудительное исполнение вступивших в законную силу исполнительных документов. В свою очередь, исполнительные действия представляют собой действия, непосредственно направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения [1]. Сторонами исполнительного производства являют должник и судебный пристав-исполнитель или взыскатель.

Понуждение включает в себя полное, своевременное и правильное исполнение действий. Но у каждого принудительного деяния есть свои границы и пределы дозволенности. То есть, таким образом, в исполнительном производстве, также можно выделить определенный набор прав и обязанностей сторон, за нарушение которых также предусмотрена ответственность.

В данной статье будут рассматриваться некоторые права должника при совершении в отношении него исполнительных действий и их защита.

Реализация прав, свобод, охраняемых законом интересов должника, подтверждается решением суда, в соответствии с которым и происходит защита права. Помимо этого, защита должна завершиться не после вступления в силу акта судьи, а после фактического полного его исполнения. Это является показателем социально справедливого решения конфликта, эффективности правосудия и строго определенного механизма упорядоченных общественных отношений.

Каждый человек, независимо от своего положения, должник он или взыскатель имеет право на справедливость и обращение в суд за защитой своих интересов. Решение судьи должно соответствовать российскому законодательству.

Так, должник имеет право ознакомиться с материалами исполнительного производства, приводить свои доводы, аргументы по различным вопросам, касающимся данной сферы, не соглашаться и возражать против ходатайств и доводов других лиц-участников, также обжаловать действия судебного пристава.

В вышеуказанном Федеральном Законе можно говорить о том, что способы защиты прав именно должника четко не урегулированы. Нет конкретного, регламентированного перечня предоставляемой защиты. Несмотря на то, что глава 17 посвящена защите прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий, лишь только в двух статьях данной главы максимально кратко отражены данные вопросы.

Так, по смыслу статьи 120 организация обязана восстановить незаконно уволенного работника в результате «ошибочных» действий в отношении данного лица. В случае если данное требование организацией не было исполнено, работник имеет право на получение денежной компенсации за причиненный ущерб.

Если говорить о самом процессе исполнения должником предъявляемых к нему требований, то стоит сказать, прежде всего, о том, что никаким образом не допускается ущемление его конституционных прав и свобод, никакие действия судебного пристава не могут унижать честь и достоинство должника. Применение физической силы допустимо только в так называемой особой деятельности судебного пристава: только пресечение преступления и правонарушения, задержание лиц, совершивших противоправные действия.

Если судебный пристав нарушил данные права, то наступает определенная ответственность в зависимости от характера и степени причиненного вреда. Например, при причинении вреда здоровью (легкого, среднего, тяжкого) может наступить уголовная ответственность. Степень вреда влияет на характер и вид наказания. Кроме того, несмотря на наступление уголовной ответственности в отношении судебного пристава, должник имеет право направить в суд гражданский иск о возмещении ущерба, причиненного жизни и здоровью, а также гражданский иск о взыскании морального вреда (физических или нравственных страданий). В рамках гражданского судопроизводства компенсация должнику выражается в денежной форме в размере, определяемым судом.

Отступая от конституционных прав, необходимо сказать также о защите прав должника в области неправомерного или несоответствующего закону издания постановления судебным приставом в отношении данного лица. Защита прав осуществляется в области гражданского судопроизводства в рамках статьи 1069 ГК РФ.

Также, рассматривая права должника, можно сказать, что данная сторона исполнительного производства имеет право обратиться в суд с требований о приостановлении исполнительных действий. Это может быть связано с призывом на военную службу в Вооруженные силы России, нахождением в длительной командировке, участием должника в боевых действиях и другое [2, c. 162].

Следующую категорию защиты права можно рассмотреть на примере взыскания с должника определенной денежной суммы с определенной периодичностью. Так как размеры взыскания могут быть различны, закон допускает удержание установленных законом процентов с заработной платы, пенсии и иного дохода должника. По общему правилу при исполнении исполнительного документа с должника может быть удержано не более пятидесяти процентов заработной платы и иных доходов. В случае взыскания алиментов на несовершеннолетних детей, а также возмещение вреда, причиненного здоровью, возмещение вреда в связи со смертью кормильца и возмещение ущерба, причиненного преступлением, взыскивается не более семидесяти процентов.

Но, тут есть определенной аспект, на который стоит обратить внимание. Закон говорит о том, что взыскиваемые проценты с дохода должника не должны быть ниже необходимой нормы для благоприятного и достойного его существования и членов его семьи. Проблема заключается в том, что в ФЗ №229-ФЗ нет конкретного предела взыскания. Но как быть, если проценты все же соответствуют законным требованиям, однако не могут соотноситься с уровнем жизни?

Различные ученые убеждены в том, что необходимо закрепить именно на законодательном уровне в рамках исполнительного производства положения о том, что размер взыскиваемой суммы не должен быть выше минимальной величины прожиточного минимума. Также, они считают, что необходимо ввести больше категорий размеров процентов в зависимости от имущественного положения должника [3, c.147]. Однако данная категория защищает права только в рамках судебной практики. Так, суд по исковому заявлению уменьшает размер взыскиваемых процентов, если будет доказано, что взыскиваемая денежная сумма не соответствует необходимому уровню существования гражданина и членов его семьи. Взыскиваемый процент может быть уменьшен до 15% [4]. Важным является процесс доказывания должником данного факта. То есть, необходимо предоставить ту конкретную информацию суду о невозможности благоприятного существования, о тех факторов, которые этому препятствуют. Например, дорогие лекарственные препараты, назначаемые врачом в связи с наступившей болезнью, которой не было в период назначения процентов по исполнительным документам. Также это могут быть платежи по коммунальным услугам, которые возросли в связи с какими-либо факторами, необходимость ухода за близким родственником и другие обстоятельства.

Кроме того, необходимо закрепить в Законе положение о том, что перед установлением определенного процента удержания с дохода должника, важным условием является сбор и проверка информации судебным приставом об его имущественном положении и социальном статусе. Данное условие должно являться обязанностью для судебного пристава, подлежащее выполнению.

Конституционный Суд РФ указывал на то, что судебный пристав имеет право запрашивать необходимую информацию о должнике в банках и прочих кредитных организациях в размере, необходимом для исполнения требований исполнительного документа, при этом отвечая принципам адекватности, разумности, соразмерности. Но вместе с этим, возникает вопрос, пользуются ли судебные приставы данным правом?

Таким образом, можно сделать вывод, что защита прав должника представляет собой относительно абстрактное понятие с точки зрения исполнительного производства, четко не урегулированное Федеральным законом №229-ФЗ. Она прослеживается преимущественно в гражданских, административных и уголовных нормах, вбирая в себя лишь некоторые отдельные статьи данного нормативного акта. Однако считаем, что на уровне федерального закона необходимо расширять конкретные основания для защиты прав, соединять их в единую слаженную систему, чтобы в большей степени должнику было реально отстаивать свои права.

Список литературы

  1. Об исполнительном производстве: Федеральный закон от 02 октября 2007 г. N 229-ФЗ [принят Гос. Думой Федер. Собр. Рос. Федерации 14 сентября 2007 г.: одобр. Советом Федерации Федер. Собр. Рос. Федерации 19 сентября 2007 г.]: в ред. Федер. закона Рос. Федерации от 08 декабря 2020 г. N 429-ФЗ // Российская газета. — 2007. — 6 октября. — 2020. — №280.
  2. Бобылева А.П., Федоров П.Р. Стороны исполнительного производства /А.П. Бобылева, П.Р. Федоров // Инновационная наука. — №01-1. — 2017. С. 160-162.
  3. Давитавян Д.В. Баланс интересов сторон в исполнительном производстве: проблема обращения взыскания на заработную плату должника / Д.В. Давитавян // Международный научно-исследовательский журнал. — №7. — 2020. С. 145-148.
  4. Кассационное определение СК по административным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 15 июля 2020 г. по делу N 8а-3440/2020.