Нравственный прогресс?

NovaInfo 4, скачать PDF
Опубликовано
Раздел: Философские науки
Просмотров за месяц: 2
CC BY-NC

Аннотация

Совершенствование человека означает достижение нравственного прогресса. Возможно ли это? Допустимо ли говорить о нравственном прогрессе в развитии цивилизации?

Ключевые слова

ИНФОРМАЦИОННОЕ ОБЩЕСТВО, СТРУКТУРА КОММУНИКАЦИИ, ОБМАН, ПРАВДА, ИСТИНА, ПОДЛИННОСТЬ, ПОЛУПРАВДА, ВИДЫ ОБМАНА, ДОБРОДЕТЕЛЬНЫЙ ОБМАН, САМООБМАН, ДРУГОЕ, ЗНАНИЕ И НЕЗНАНИЕ, ПРОБЛЕМНАЯ СИТУАЦИЯ, ДОПРОБЛЕМНАЯ СИТУАЦИЯ, ФЕНОМЕН ВЕРЫ, САМОПОЗНАНИЕ, САМОСОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ, ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА, ПУТЬ, ИЗМЕНЕНИЯ

Текст научной работы

Совершенствование человека означает достижение нравственного прогресса. Возможно ли это? Допустимо ли говорить о нравственном прогрессе в развитии цивилизации?

Большинство мыслителей, обсуждавших эти вопросы, решительно отрицали наличие нравственного прогресса. Такие заключения основывались, конечно, на сопоставлении нравственного состояния общества различных эпох и народов. Но кто и как оценивал нравственное состояние общества в данный период? Обычно такую миссию выполняли философы, поэты, писатели, историки своего времени на основе наблюдений, размышлений, собственного жизненного опыта, анализа массовых событий, учета мнений современников. Неблагополучное состояние нравов в обществе определяется распространением аморальных явлений среди очень большого числа людей, и особенно в верхах, что позволяет говорить о типичных негативных явлениях, о доминирующих чертах поведения и склонностях аморального характера. В ряде отношений оценки такого рода приблизительны, слишком субъективны, касаются иногда лишь высших слоев общества.

Критика нравов – излюбленное занятие не только крупных мыслителей, выдающихся поэтов, но и обывателей. У тех, кто оставлял нам письменные свидетельства о нравах своего времени нередко сильно выражены личные антипатии, комплексы, повышающие критический тонус, и даже явные компенсации собственных эгоистических устремлений (крайний эгоизм у другого ненавистен для крайнего эгоиста). Но других источников у нас нет. Мы вынуждены опираться на эти свидетельства, стараясь отдавать предпочтение тем авторам, которые зарекомендовали себя как люди порядочные и стремившиеся к объективности.

Начнем с Плиния-младшего, жившего около двух тысяч лет тому назад (я буду цитировать «Письма Плиния младшего» (М., 1983), указывая соответствующие страницы для тех, кто хотел бы посмотреть эти места). Вот как он характеризует современников. Они – искательные и лживые (с. 61), больше всего ценят богатство (с. 15), берегут свое и небрежны с чужим (с. 70), они – поклонники успеха, а не справедливости (с. 90), рабы минутного, на них нельзя положиться, они неблагодарны и добра не помнят (с. 44), им приятно очернить ближнего (с. 9–10). А вот отзывы Плиния о судах, адвокатах и сенаторах. В этой среде уже давно вошло в обычай наживаться любыми нечистыми способами и торговать совестью (с. 92). В Сенате при разборе дел трудно рассчитывать на торжество справедливости. Сенаторы – это распущенная толпа, у которой нет уважения ни к себе, ни к месту, где они заседают (с. 58–59); они не постыдятся подвести под наказание мелкого воришку, чтобы этим выгородить крупные фигуры настоящих преступников (с. 49). Какие ассоциации возникают у вас, читатель?!

И еще одно место из Плиния, которое как будто про сегодняшний день: «Людей охватила такая страсть к наживе, что, по-видимому, они больше находятся под властью своего имущества, чем сами владеют им» (с. 173). Не менее яркие характеристики римского общества эпохи цезарей мы находим во множестве у Саллюстия, Тацита, Светония, Сенеки, Цицерона и у самого Юлия Цезаря в его «Записках» о галльской войне».

Теперь перенесемся на тысячу лет. И обратимся на этот раз к поэтическим формам оценки нравственного состояния общества.

Ложь и злоба миром правят.

Совесть душат, правду травят,

мертв закон, убита честь,

непотребных дел не счесть.

Заперты, закрыты двери

Доброте, любви и вере.

Мудрость учит в наши дни:

укради и обмани!

Друг в беде бросает друга,

на супруга врет супруга,

и торгует братом брат.

Вот какой царит разврат!

Что за времечко такое!

Ни порядка, ни покоя,

и господень сын у нас

вновь распят, – в который раз!

Это написал в средине 12 века знаменитый поэт своего времени Примас Гуго Орлеанский, оказавший большое влияние на творчество вагантов. Может быть, он слишком эмоционален и сгущает краски? Но вот еще одно стихотворение, созданное в то же время другим выдающимся поэтом Вальтером Шатильонским, который был одним из самых образованных людей своего времени, изучал право в Болонье, преподавал в монастырской школе в Шатильоне, состоял на службе при дворе Генриха II, выполнял поручения французского короля в Англии, т.е. обладал широким жизненным материалом и кругозором для размышлений и обобщений:

Загубили веру,

умерла надежда.

Делает карьеру

Жулик и невежда.

Знай, убогий странник:

Каждый настоятель –

чей-нибудь племянник

или же приятель!

Зря себя тревожишь!

В мире вероломства

Выдвинуться можешь

только по знакомству.

В честном человеке

Гнев созрел великий:

иль дана навеки

власть презренной клике?

Миром правит хитрость!

Мир вражды и кражи!

Мир, где сам антихрист

у Христа на страже!

И, наконец, трудно удержаться от того, чтобы не привести еще несколько строк из стихотворения поэта-ваганта, имя которого осталось неизвестным; оно написано им более 800 лет тому назад:

Тех, с кого он получает,

он особо отличает:

сунешь в лапу – вверх пойдешь,

а не сунешь – пропадешь!

Все на свете продается,

Всяк разврату предается.

Стать святым желает вор?

Сунь – и кончен разговор!

Ошалевши от богатства,

Симон хапает аббатства

и дружкам своим – смотри! –

Раздает монастыри.

Как знакомо! У поэтов-вагантов есть много в этом отношении любопытного, можно было бы их цитировать дальше. Но переместимся еще лет на 300 – 400 вперед. Здесь мы встречаем Макиавелли с его «Историей Флоренции», Монтеня, а несколько позднее Ларошфуко, которые рисуют нам примерно ту же картину состояния общественной нравственности. Нетрудно привести аналогичные и весьма красочные свидетельства из XVIII века с их рефреном «человек человеку – волк». И, как говорится, далее – везде: Шопенгауэр, Ницше, классическая русская литература и т.д.

Развитие европейской цивилизации припудривает низменное, эгоистическое в облике обывателя и представителей элиты, создает новые «интеллигентные» спо-
собы маскировки лжи, лицемерия, бесстыдства, учит соблюдению внешней пристойности, умению «хранить и в подлости оттенок благородства». Но вряд ли европейская цивилизация даже в лучшие свои периоды дает повод говорить о нравственном прогрессе.

Революции и войны ХХ века, небывалые по своим масштабам в истории человечества, Хиросима и Нагасаки, гитлеровские и сталинские концентрационные лагеря, геноцид целых народов, период холодной войны под угрозой атомной бомбы и самоуничтожения человечества – все это ставит точку в рассуждениях о нравственном прогрессе. Наше время не добавляет здесь ничего нового, скорее усугубляет пессимистический настрой.

Читайте также

Цитировать

Дубровский, Д.И. Нравственный прогресс? / Д.И. Дубровский. — Текст : электронный // NovaInfo, 2011. — № 4. — URL: https://novainfo.ru/article/2327 (дата обращения: 29.09.2022).

Поделиться