О декриминализации хищений

№36-1,

юридические науки

В статье обсуждается проблема декриминализации хищений.

Похожие материалы

30 июля 2015 года, Председатель Верховного Суда России В.М. Лебедев, в ходе встречи с Президентом России В.М. Путиным предложил декриминализировать ряд деяний, предусмотренных УК России, в том числе так называемые «мелкие хищения», что позволит сократить количество направляемых в суды уголовных дел на триста тысяч ежегодно.

Уголовная ответственность за кражу, одно из так называемых «мелких хищений», предусмотрена статьей 116 УК России [5. С. 50]. Общий объект преступления – общественные отношения, находящиеся под уголовно-правовой защитой. Родовой объект – общественные отношения, обеспечивающие нормальное функционирование экономики как единого, целостного комплекса, находящиеся под охраной уголовного закона. Видовой объект – отношения, обеспечивающие право собственности, независимо от ее формы, включающие права собственника по владению, пользованию и распоряжению своим имуществом, а также права лица, хотя и не являющегося собственником, но владеющего имуществом на праве, предусмотренном законом или иным правовым актом, находящиеся под охраной уголовного закона. Право собственности – основополагающее для общественных отношений. Оно определяет правомочия собственника (владеть, пользоваться, распоряжаться). Непосредственный объект – правоотношения, обеспечивающие право собственности конкретного лица, находящиеся под охраной уголовного закона. Речь идет о правах чужой собственности, а не собственности виновного. Право собственности, с которым связаны общественные отношения по поводу распределения, обмена и потребления материальных благ, предусмотрено многими нормативно-правовыми актами, в частности, Гражданским кодексом РФ, что определяет противоправность посягательства на собственность. Уголовный кодекс России, вслед за Конституцией, в равной степени защищает все формы собственности. Противоправность определяется отсутствием правовых оснований для перехода права собственности.

Объективная сторона – действие в форме противоправного, безвозмездного, тайного изъятия чужого имущества. Под изъятием имущества понимается отторжение, обособление имущества от собственника или иного владельца этого имущества. Изъятие лишает собственника возможности владеть, пользоваться, распоряжаться своим имуществом. Если имущество было ранее собственником утрачено, потеряно, то его изъятие невозможно. Изъятие заключается в переводе чужого имущества в фактическое обладание виновного. Имеется в виду обладание, которое позволяет виновному осуществить хотя бы первоначальные распоряжения имуществом — спрятать, унести, передать соучастнику и т. п. Обращение чужого имущества или права на имущество в свою пользу означает возможность распоряжаться им по своему усмотрению, при отсутствии права собственности. При преступном обращении имущества в свою пользу владение становится неправомерным.

Предмет преступления – объективная (материальная) реальность, определяемая числом, весом, мерой или обладающая индивидуальными признаками, которая относится к объективной стороне преступления. К нему относятся деньги, вещи, документы, являющиеся эквивалентом материальных ценностей (например, номерок на получение одежды в гардеробе) и др. При этом выражением ценности вещи – является ее денежная оценка. В уголовном законе не указана денежная оценка предмета преступления, хищение которого исключает уголовную ответственность. Понятие «мелкое хищение» в Уголовном кодексе отсутствует.

Нельзя признавать предметом преступлений против собственности документы, не обладающие экономической ценностью (паспорт, диплом об образовании, трудовая книжка, удостоверение личности и т.п.).

Безвозмездность изъятия означает, что виновный не компенсирует стоимость изъятого имущества, не оставляет взамен какого-либо адекватного эквивалента – денежного, натурального или трудового. Если виновный после окончания преступления вернул похищенное или возместил причиненный ущерб, то он подлежит уголовной ответственности, но его наказание может быть смягчено судом. Именно безвозмездность изъятия имущества обусловливает причинение собственнику ущерба, то есть наступление общественно опасных последствий в виде причиненного ущерба. Изъятие имущества должно быть обращено в пользу самого виновного, либо других лиц.

Виновный совершает действие тайно для потерпевшего. Собственник или иное лицо, которому собственник передал имущество на законных основаниях во временное владение или пользование не знают о том, что нарушаются их права.

Потерпевший – собственник или иное лицо, которому собственник передал имущество на законных основаниях во временное владение или пользование.

Должна быть установлена причинно-следственная связь между действиями виновного и причиненным ущербом.

Согласно части второй статьи 14 УК РФ не является уголовно-наказуемым хищением, которое в силу малозначительности похищенного, не представляет общественной опасности. Малозначительное деяние не вызывает уголовную ответственность, но образует состав административного правонарушения, что приводит к административной ответственности.

При совершении умышленного преступления должно быть установлено, что умысел виновного был направлен именно на совершение малозначительного деяния и причинение последствий, не обладающих высокой степенью общественной опасности. Если же виновное лицо замышляло причинить существенный вред, но по не зависящим от него причинам не смогло этого добиться, деяние не может считаться малозначительным.

Субъект преступления (хищения) – человек, способный к осознанно-волевому поведению в момент совершения преступления, достигший 16 лет [18. С. 149-150].

Субъективная сторона – умышленная форма вины. Деяние, совершенное в результате активности, силы субъективных процессов мышления (осознания, предвидения) и воли (желания, сознательного допущения), признается умышленным. Умысел («умышление») может быть прямым или косвенным. К прямому умыслу относятся такие психолого-юридические понятия как осознание посягательства на общественные отношения, находящиеся под защитой уголовного закона (жизнь, здоровье и свобода другого человека, право собственности и др.); предвидение наступления результата этого деяния и желание его наступления. К косвенному умыслу лица относятся осознание им посягательства на общественные отношения, находящиеся под защитой уголовного закона; предвидение наступления результата этого деяния, его сознательное допущение (осознанное наступление) либо безразличие (равнодушие) к возможности наступления этого результата (например, смерти другого человека, утраты им своего имущества и др.). Оценка того, что лицо осознавало, предвидело и желало либо осознавало, предвидело и сознательно допускало или безразлично (равнодушно) относилось к наступлению общественно опасного результата своего деяния, дается судом в своем решении по внутреннему убеждению. Умысел лица может быть внезапно возникшим или заблаговременно обдуманным, что позволяет индивидуализировать наказание за умышленное преступление.

Мотив преступления – корысть, стремление получить материальную выгоду преступным путем. Корысть может отсутствовать у соучастников, которые могут действовать в силу иных побуждений (родственных или дружеских связей, под влиянием угроз или насилия либо в силу служебной зависимости).

Состав преступления материальный. Преступление причиняет ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Хищение признается оконченным в момент, когда виновный изъял предмет преступления и получил реальную возможность распорядиться им по своему усмотрению.

Преступление относится к преступлениям небольшой тяжести. Наказание предусматривает лишение свободы на срок до двух лет [20. С. 56-58].

В сравнении с 2000 годом доля так называемых «мелких хищений» (сумма похищенного составляет от 2500 до 10000 рублей), рассматриваемых в суде, то есть выросла в несколько раз. После принятия законодательной инициативы Верховного Суда России, за счет декриминализации «мелких хищений», нагрузка на суды существенно уменьшится, что, по мнению Председателя Верховного Суда, позволит сосредоточиться на уголовных делах по другим, более тяжким преступлениям.

Но, на наш взгляд, а также наших коллег, например, профессора Академии управления МВД России П.А. Скобликова [21. С. 72-78; 22. С. 43-46; 23. С. 21-23; 24. 50-59], актуальной для нашей страны является задача защиты прав граждан России от преступных посягательств, а не создания комфортных условий деятельности судебной власти, что предполагает последовательную борьбу с преступностью, а не декриминализацию ряда преступлений [25. С. 59-62]. В результате повышения правовой культуры граждан России они стали чаще обращаться в суд за защитой своих прав и свобод. Является ли это основанием ограничивать их права?

Более того, известно, что пресечение преступлений небольшой тяжести эффективно предупреждает совершение тяжких деяний [1. С. 12-24; 2. С. 46-62; 7. С. 110-111; 12. С. 115-117; 14. С. 36-37; 15. С. 136-138; 17. С. 50-55]. В западной криминологии это называется принцип нулевой терпимости [3. С. 42-51; 4. С. 13-18; 6. 45-47; 8. С. 35-40; 9. С. 28-34; 10. С. 26-29; 11. С. 21-24; 13. С. 38-40; 16. С. 19-22; 19. С. 281-288].

Кроме того, вероятно, председатель Верховного Суда России не знаком с уровнем жизни значительной части россиян, для которых сумма в восемь-девять тысяч рублей – большая часть заработной платы, пенсии, то есть составляет значительную часть ежемесячного дохода. Эта сумма, вероятно, является «мелкой» для только представителей судейского корпуса.

Полагаем, что декриминализация «мелких хищений» будет способствовать формированию правового нигилизма, неверия граждан правоохранительным органам и суду, создавать атмосферу безнаказанности для преступников, «преступная добыча» которых зачастую ниже 10000 рублей. В конечном итоге, инициатива председателя Верховного Суда России, вероятно, приведет к росту преступности.

Список литературы

  1. Авдеев В.А., Авдеева О.А. Концепция уголовно-правовой политики Российской Федерации: основные направления совершенствования уголовного закона и оптимизации мер противодействия преступности // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. 2014. № 1. С. 12-24.
  2. Авдеев В.А., Авдеева О.А. Основные направления реализации уголовно-правовой политики в сфере противодействия преступности: сравнительный анализ федеральных и региональных начал // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. 2014. № 2. С. 46-62.
  3. Белоус В.Г., Голодов П.В., Пертли Л.Ф. Правоохранительная система России в современной историографии // Актуальные вопросы образования и науки. 2015. № 3-4 (49-50). С. 42-51.
  4. Белоус В.Г., Дивитаева О.А. Становление научной школы уголовного права НОУ ВПО «Институт Управления» // На пути к гражданскому обществу. 2015. № 1 (17). С. 13-18.
  5. Белоус В.Г., Мартынов Е.А. Уголовный кодекс Российской Федерации: этапы его совершенствования (1996-2013 гг.): учебное пособие. Архангельск, 2013.
  6. Быков А.В. Американский опыт установления контроля над преступностью // Российский следователь. 2013. № 13. С. 45-47.
  7. Быков А.В. Британская модель обеспечения внутренней безопасности государства // Закон и право. 2008. № 6. С. 110-111.
  8. Быков А.В. Британский вариант интегрированной модели обеспечения внутренней безопасности государства // Российский следователь. 2008. № 13. С. 35-40.
  9. Быков А.В. Значение зарубежного опыта для совершенствования деятельности уголовно-исполнительной системы России // Актуальные вопросы образования и науки. 2015. № 3-4 (49-50). С. 28-34.
  10. Быков А.В. Континентальная модель обеспечения внутренней безопасности государства // Российский следователь. 2007. № 8. С. 26-29.
  11. Быков А.В. Организационные основы деятельности полицейской системы США // Вестник Московского Университета МВД России. 2008. № 5. С. 21-24.
  12. Быков А.В. Организационные основы деятельности полицейской системы ФРГ и Австрии // Закон и право. 2008. № 8. С. 115-117.
  13. Быков А.В. Основы организации деятельности современной системы обеспечения внутренней безопасности США // Российский следователь. 2008. № 12. С. 38-40.
  14. Быков А.В. Отличительные характеристики английской модели полицейской системы // Российский следователь. 2007. № 22. С. 36-37.
  15. Быков А.В. Правовые основы деятельности полицейской системы США // Вестник Московского университета МВД России. 2009. № 3. С. 136-138.
  16. Быков А.В. Прикладное значение зарубежного пенитенциарного опыта для совершенствования деятельности уголовно-исполнительной системы // Вестник института: преступление, наказание, исправление. 2015. № 2 (30). С. 19-22.
  17. Быков А.В. Теоретические и прикладные проблемы функционирования национальных полицейских систем: диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. М, 2008.
  18. Бычкова А.М. Рецензия на работу «Психические расстройства и их уголовно-правовое, криминологическое, уголовно-исполнительное значение (история, теория, уголовно-правовое регулирование, практика)» доктора юридических наук, доктора медицинских наук, профессора Б.А. Спасенникова // Актуальные вопросы образования и науки. 2012. № 5-6 (33-34). С. 149-150.
  19. Волеводз А.Г. Международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства – уроки истории и некоторые проблемы реформирования // Библиотека криминалиста. Научный журнал. 2014. № 6 (17). С. 281-288.
  20. Костик Е.В. Понятие и цели наказания // Вестник международного Института управления. 2014. № 3-4 (127-128). С. 56-58.
  21. Скобликов П.А. Отказ в доступе к правосудию пострадавшим от преступлений: проблемы и решения // Законодательство. 2012. № 8. С. 72-78.
  22. Скобликов П.А. Противодействие необоснованным и незаконным отказам в возбуждении уголовных дел уголовно-процессуальными средствами // Судья. 2013. № 9. С. 43-46.
  23. Скобликов П.А. "Теневая юстиция": формы проявления и реализации // Российская юстиция. 1998. № 10. С. 21-23.
  24. Скобликов П.А. О мерах по предупреждению функционирования в России "теневой" юстиции // Государство и право. 2002. № 2. С. 50-59.
  25. Швырев Б.А. Общие начала назначения наказания в уголовном праве России // Вестник международного Института управления. 2014. № 3-4 (127-128). С. 59-62.